Не испытывай мое терпение

Сев в кресло, закинула ногу на ногу, закурила тонкую сигарету, которая терялась между ее толстых пальцев.
 
— Вот думаю рекомендовать тебя на повышение, Чехоев, — решила облагодетельствовать.
— С чего вдруг? — во-первых, я находился в подразделении брата, и он решал, куда меня там рекомендовать и какое звание я должен получить, во-вторых, приказ на мое имя уже пришел, и она не может об этом не знать.
— Получишь внеочередное звание, если окажешь мне небольшую услугу, — за небольшую услугу звезды на погоны не дают. Да и знает она, что отказать я не могу.
— Что за услуга? — все равно, что подписать договор не читая.
— Сначала согласие, Валид, — вот так заканчивались все хорошие истории …
Понимаю, что могу вляпаться по самые помидоры и даже совершить госизмену, но даю согласие.
— Оно у вас есть, — представляю лицо Самира в этот момент, и мне хочется бежать жить к пингвинам.
— Тогда слушай…
 
***
Секьюрити всех элитных клубов знают меня в лицо. Я спокойно могу пройти в любой клуб и даже попасть на закрытую вечеринку. Сегодня мне нужен клуб «Ласкала». Я пришел один. Сегодня я не на отдыхе, на задании.
Обычный стриптиз не люблю, что я там не видел? Потное голое тело? Хотя «Ласкала» отличался тем, что на их сценах не было стриптиза в обычном понимании. Многие приходили посмотреть на их танцевальные постановки. Минимум эротизма, но максимум чувственности и исполнения. Я видел пару раз их постановки, не впечатлило. Наверное, потому что оба раза попадал на восточную тематику — танец живота в разных вариациях. Зато турки и арабы были в восторге и осыпали танцовщиц стодолларовыми купюрами.
Меня узнает администратор — и это неудивительно, я бы тоже не забыл такого клиента. Все на высоте, максимум вежливости, в меру улыбчивости, будто я не утыкал его носом в пол. Провожает в вип-кабинку. Интересуется, присоединится ли ко мне кто-нибудь.
— Нет. Сегодняшний вечер проведу в одиночестве, — не хочется каждый вечер здесь торчать, но я обещал Дуровой собрать информацию. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы мы разошлись раз и навсегда.
Делаю заказ. Остаюсь один. Смотрю на часы: начало первого. На сцене идет какое-то представление. Все культурно, как в театре, никто не выкрикивает, не свистит. Отсюда хорошо просматривается сцена, и этого вполне хватает, чтобы смотреть на представление. Я открываю боковую стеклянную дверь и выхожу на балкон. Оглядываю зал, взглядом пытаюсь отыскать девушку, подходящую под описание: чуть выше среднего роста, хрупкого телосложения, с длинными темно-русыми волосами, ямочками на щеках и родинкой в виде сердечка на шее. Вряд ли я отсюда увижу родинку. Насколько проще было бы дать мне фотографию, но Дурова не ищет простых путей. Все управление по ее щелчку выполняет самые сложные задания, а вот добыть снимок хореографа не догадалась.
В это время на сцене появляется Клеопатра. Движения завораживают. Плавные, четкие, ни одной помарки. Танец до такой степени пронизан чувственностью и эротизмом, что мое воображение распаляется. Я в своей голове рисую такие картины… Кто она? Я хочу эту Клеопатру.
А действо на сцене продолжается. Уставшая и вспотевшая Клеопатра становится в импровизированную ванну в виде большой раковины, и ее начинают омывать служанки.
Не раздевается. На ней какой-то лифчик и штаны-шаровары, но я представляю, что сейчас происходит со всеми мужиками в зале и в кабинках. То же, что и со мной! В руках служанок появляются кубики льда. Они плавно водят по разгоряченному телу, голова танцовщицы откидывается назад, она вздрагивает, будто испытывает оргазм. Мои руки сжимаются на поручнях балкона.
В кабинку возвращается администратор с официантом. Я прикрываю на несколько секунд глаза и возвращаюсь за стол. Внизу звучат громкие аплодисменты. Я отчего-то злюсь.
— Я хочу заказать приват-танец, — голос звучит очень низко от напряжения.
— Да? Какой танец бы вы хотели увидеть? — я знаю, что эта практика в «Ласкала» не приветствуется, но отказать некоторым гостям не могут. Хотя строгие правила для всех — девушек трогать нельзя.
— Тот, что сейчас я наблюдал на сцене, — администратор мнется, официант покидает кабинку.
— Извините, это невозможно, — отказ меня злит, но я не показываю своих эмоций.
— Я заплачу вдвойне… втройне…
— Колибри… то есть девушка, которую вы видели на сцене, — не танцовщица, она хореограф. Ей пришлось заменить сегодня заболевшую девушку, чтобы не сорвалось представление, но с клиентами она не общается. Если я ей такое предложу, она уйдет, а меня вышвырнут с работы.
Вот ты и нашлась, Ясмина. Колибри… Мое задание.
    
Глава 7
Ясмина
 
— Я не пойду, — заявляю директору клуба, не дослушав его просьбу.
— Колибри, я прошу тебя, — прикладывает руку к груди и умоляюще смотрит на меня. — Самый невинный танец, полностью в одежде, только не отказывай. Дикий мне всех клиентов разгонит. Устроит маски-шоу, еще и наркоту найдет. Ты же знаешь наших клиентов. У них в карманах добра на несколько статей. А мне потом доказывай, что это не я барыжничаю. Клуб закроют, пока будут разбираться, сколько времени пройдет, вы без зарплаты останетесь. Колибри, я прошу тебя, — я продолжала мотать головой, но уже по инерции. Сердце дрогнуло при взгляде на озабоченное расстроенное лицо.
Мужчину, который требовал приват-танец, я, не видя, возненавидела. Вот такие вот экземпляры привыкли, что все их прихоти выполняются, а стоит отказать, они рушат чужие жизни, не задумываясь ни на миг о другом человеке. Есть ли у него семья? Здоровы ли близкие? Есть ли что-нибудь в холодильнике на ужин или деньги на лекарства? Может ли он заплатить за комнату или придется ночевать на улице?
Долго не думаю, выбираю костюм райской птицы. Я вся в цветных длинных перьях. Они же украшают голову. Там не только тела не видно — лица не разглядеть. Танцевать в таком костюме эротический танец при всем желании не получится, даже если захочется стянуть с себя костюм, сексуально это сделать невозможно.
Райская птичка — не сольная постановка. Это антураж. У нас есть короткая постановка по мотивам сказки «Тысяча и одна ночь» — танец Шахерезады. И вот там на заднем плане танцуют три райские птицы. Спроси любого мужчину, он скажет, что никого, кроме Шахерезады, не видел. А жаль, девочки очень гармонично и слаженно работают на сцене, создают цельный, законченный образ танца.
Одному из этих мужчин сегодня придется посмотреть на сольное представление райской птицы, и если оно его не устроит, это не мои проблемы. Пусть в следующий раз идет в стриптиз-клуб!
— Ты серьезно? — спросила меня Гуля, когда увидела приготовленный для переодевания костюм.
— Абсолютно. Помоги. Зря только душ принимала, — бурчала я, натягивая плотные колготы, обклеенные перьями.