Зигзаг судьбы

За час до прихода Теоррена я вспоминала вчерашний бал и наш алегард. Чувства, которые я раскрыла для себя, стали для меня неожиданностью, герард нравится мне, так же, как и я ему. Я видела его глаза, в которых светились нежность и страсть, неужели это было враньем? Почему он оттолкнул меня и стал опять холоден? Надо поговорить с ним, пока я ещё человек (надеюсь, им и останусь), и для меня важно узнать причину.
 
***
Когда дверь открылась, являя герерда, мой пыл начать разговор по душам угас.
— Добрый вечер, Полина, как вы себя чувствуете? — спросил он учтиво.
— Добрый вечер, Теоррен, вполне сносно, жажда усилилась, но я начинаю к ней привыкать. Воду почти всю выпила, как вы и сказали, — я покосилась на графин.
— Хорошо, нам пора спускаться в подземелье, — мужчина протянул руку, приглашая проследовать с ним, что я и сделала.
В коридоре мы никого не встретили, видимо, все сидели в своих комнатах подальше от меня.
— Герард, пока я спала, мне приснился князь Радимр, — проговорила я, зная, что лучше рассказать об этом странном сне.
— Он навеял вам сновидение, — произнес мужчина, о чём я и так знала.
— Да, он мне так и сказал, значит, я на самом деле с ним разговаривала? — удивилась я.
— Похоже на то. И о чём вы говорили с ним? — поинтересовался герард, напряженным голосом.
— Он рассказал о моих потенциальных возможностях в качестве вампира: бессмертие, вечная молодость и красота, сила, быстрая регенерация. Вы и сами, наверное, знаете, — мы спускались уже по винтовой лестнице вниз.
— Заманчивые перспективы, не так ли?
На что он намекает? Думает, меня можно прельстить подобными качествами вампирской жизни?
— Может, для кого-то и заманчивые, но, по мне, лучше умереть лет в восемьдесят от старости, чем пить целую вечность человеческую кровь, — мне стало обидно, что герард мог подумать обо мне такое.
— Простите, я не хотел вас обидеть, — извинился мужчина искренне. — Многие чистокровные люди, которые имеют совсем немного магии или вообще лишенные её, сами ищут вампиров, чтобы обратиться.
— Как сами? По своему желанию? — воскликнула я, удивляясь.
— Таким людям тяжелее всего жить в нашем мире, где почти сплошь и рядом все имеют магический дар, — пояснил герард. — Ни работы приличной, ни связей, ни нормальной семейной жизни. Вот они и ищут способы обрести силу и магические способности.
— Понятно, а как же дети? Неужели ради магии, они хотят лишиться возможности стать родителями? — я вдруг вспомнила наши земные фильмы про вампиров, что это ходячие мертвецы, не способные дать новую жизнь.
— А почему вы решили, что вампиры не размножаются? — поднял удивленно бровь собеседник.
— Как же они будут размножаться, если они неживые, сердце у них не бьется? — не унималась я.
— Что??!! — кажется, кто-то надо мной смеется. — Простите, Полина, но вы не правы. Вампиры — это обычные живые люди, которым необходима человеческая кровь для поддержания уровня приобретенной магии. Так что они, как и все остальные расы, воспроизводят потомство.
— Зачем тогда я понадобилась князю в качестве жены, раз у них все в порядке с деторождением?
— Полина, дело в том, что у детей вампиров магия на более низком уровне, поэтому они слабее родителей, вампирская пара рожает не более двух детей. А вот внуки рождаются крайне редко и имеют ещё более низкий уровень магии. Вампиры без обращения новобранцев будут вырождаться. А я как уже говорил, что обращенные самые сильные вампиры.
— Вампиры бессмертные, как они могут выродиться?
— Да бессмертные, но их можно убить. Вампиров никто не любит, их бояться, так что смертность в вампирской автономии выше, чем в самой Эраллии, — мы уже шли по узкому коридору, освещенному магическими шарами. — И князь Радимр периодически пополняет свой гарем новообращенными сильными вампиршами.
— Так он многоженец?! — удивилась я.
— Да, только у князя имеется гарем, остальные вампиры ограничиваются одной женой, — герард отпер низенькую железную дверь и жестом пригласил меня проследовать в помещение.
— Вот гад, этот князь, мало ему что ли жен? — негодовала я, протискиваясь в дверь, так как та заржавела и открылась не до конца.
В помещении я увидела лежащую на полу перину, длинные цепи с кандалами, прикованные к стене.
— Полина, это ваша убежище на три ночи, — извиняющимся тоном произнес мужчина за моей спиной. — Другого выхода я не вижу, как спасти вас от обращения в вампира.
— Да уж, ничего не поделаешь, — выдохнула я.
Герард одел на мои руки кандалы. Цепь длинная, я могла спокойно ходить в радиусе трех метров. Я присела на перину, на которой мне предстояло ночевать.
— Мне пора идти, скоро взойдет луна. Доброй ночи, Полина, вы сильная, вы справитесь, — пожелал мне мужчина и вышел из темницы, оставив меня одну.
Я посидела на перине минут десять, в подвале было жутко, но осознание, что ночью я буду ещё опаснее, чем днём, придало сил. Жажда начала усиливаться, в горле пересохло, а я уж думала, что сильнее некуда, оказывается, есть куда. Вдруг во мне стала нарастать злость на герарда, за то, что он упрятал меня сюда. Грубые слова сами начали слетать с моих уст, проклиная хозяина замка, на чём свет стоит, что-то я раньше не замечала за собой такой лексикон. И не успела я удивиться своему красноречию в адрес герарда, как в глазах потемнело, и я отключилась.
 
***
— Поля, проснитесь, — тревожный голос герарда заставил меня открыть глаза. — Как вы себя чувствуете?
Пару секунд я в изумлении смотрела на мужчину, вспоминая прошедшие события.
— Вроде нормально, только слабость ощущаю, — ответила я, присаживаясь, и ахнула. Перина, на которой я сидела, была вся разодрана в клочья, белые перья разлетелись по всему помещению, и сама была вся в перьях. — Что произошло?
— Вы разорвали перину, — пояснил герард и добавил, заметив мой немой вопрос. — Сущность взяла вверх над вашим разумом, вы не помните ничего. Отросшими когтями она перину и искромсала, видимо, злилась очень, когда поняла, что заперта в подвале.
Так вот откуда корни растут моего вчерашнего сквернословия в адрес хозяина, но я ничего не сказала вслух, решив, что лучше промолчать.
— Пойдемте, вам нужно отдохнуть и поесть, — герард снял с меня оковы, помог подняться и, поддерживая за талию, повел наверх.
В комнате нас ждала Сюзи, она помогла мне добраться до ванны, опасливо поглядывая на мои губы. Мне стало стыдно за вчерашний порыв укусить подругу.
— Сюзи, прости, дальше я сама, — и закрыла за девушкой дверь.
Горячая вода погрузила меня в негу, усталость навалилась ещё больше, мышцы ныли, как будто я всю ночь танцевала без перерыва.