Развестись нельзя спасти

– Не так уж много дел… Вы обычно больше успевали, – помощница неловко улыбнулась и пододвинула к себе мое расписание. – Если позволите, я помогу. Например, встреча с этой журналисткой. Она постоянно задает одни и те же вопросы, на которые Вы не отвечаете. Так и я могу. Выбрать обложку – раз плюнуть. Вы на всех одинаково красивая. И о встрече с редакцией на следующую неделю я тоже договорюсь. Зачем Вам об этом заботиться.
– Настя, ты чудо! Напомни выписать тебе премию, – девушка довольно улыбнулась и прижала к себе папки, которые всегда носила из приемной в мой кабинет. – Спасибо большое, можешь идти. Если понадобишься, я позову.
– Хорошо. Ольга Владимировна, я еще хотела кое-что сказать…
Настя застопорилась на пороге, и по одному ее растерянному взгляду я поняла, что поговорить она хочет не о работе.
– Снова личное? – девушка кивнула. – Говори, чего уж…
– Вы так изменились за три недели! Сначала я очень переживала. На Вас лица не было. Ходили такая серая, мрачная, как будто безжизненная. А сейчас… Сейчас! В Вас будто жизнь вдохнули. Вы много улыбаетесь, стараетесь уйти с работы пораньше, приходите всегда с хорошим настроением. Даже внешне изменились. Стали такой… Более мягкой, округлившейся что ли.
– Я поправилась? – судорожно схватилась за бока, которые все еще влезали в прежние вещи.
– Нет, нет, что Вы! У Вас все такая же отличная фигура, просто формы как будто женственнее стали, лицо такое милое. Я не знаю, как это объяснить! Вы изменились. И Вам к лицу эти изменения.
– Выходит, приближающийся развод идет на пользу?
Я поднялась со своего места и прошла к зеркалу на стене во весь рост, чтобы попытаться разглядеть изменения, которые во мне нашла помощница.
Вроде бы та же я. Может, краситься стала немного меньше, волосы иначе укладываю… А так как будто ничего не изменилось.
– Новый мужчина идет Вам на пользу, – едва слышно произнесла Настя. – Вы простите, что я не в свое дело лезу. Но раньше Вы такой никогда не были.
Девушка оставила меня одну в кабинете. Совершенно ошарашенную и озадаченную.
Мышечная память помогла дойти до офисного кресла. Я опустилась в него, все так же не сводя глаз с отражения в зеркале.
Потом посмотрела на настольный календарь. Для пущей уверенности взяла его в руки.
– Седьмое, – произнесла вслух. – Ровно через неделю будет месяц. Нужно подготовить документы.
То ли мысль, что в следующий вторник нужно будет поехать в ЗАГС и подать документы на развод меня никак не трогала, то ли за внешним равнодушием я скрывала глубокую душевную рану, но осознание приближающейся даты не вызвало никаких эмоций.
Казалось, что ничего не изменится, когда в наших паспортах появится отметка о разводе. Что станет? Мы и так почти не общаемся, не живем вместе.
– Разве что Галина Яковлевна перестанет быть моей свекровью. Забавно.
Настя очень помогла мне с работой. Я была ей так благодарна, что пообещала отпуск в любое время года и, конечно, солидную премию.
Девушка смущалась, но от моей щедрости не отказывалась.
Подумать только: когда эта совсем юная неопытная девчонка, путающаяся в словах и кнопках компьютера, превратилась в настоящего профессионала? Я помнила Настю едва окрепшей девушкой.
Она пришла ко мне после института. В ее гардеробе не было стильных нарядов, она горбила спину, пытаясь скрыть себя за образом рядовой секретарши. Общение с кем-то кроме меня было для нее пыткой.
А сейчас в приемной сидела настоящая акула. Она могла с легкостью расправиться с задачами, которые брала на себя я. От девушки веяло уверенностью. Она знала свои достоинства и умело пользовалась ими.
– Ольга Владимировна, Вы чего? – Настя обеспокоенно посмотрела на меня, когда мы с ней пили кофе.
– Нет, нет, что-то в глаз попало, – соврала я, бумажной салфеткой промакивая слезинки на ресницах.
Ну не признаваться же своей подчиненной, что я расчувствовалась из-за ее профессионализма! Детский сад какой-то.
– Я Вам еще сказать хотела… Не знала правда как. Мне из головного офиса звонили.
– Кто? Борис?
– Нет, – Настя мотнула головой и закусила губу. – Его помощница.
– Она звонила тебе как его помощница или как любовница?
– Как… Я не знаю, – голос девушки звучал так, будто она была виновата в том, что ей позвонила любовница моего мужа. Как будто она была виновата в появлении этой самой любовницы. – Она хочет назначить Вам встречу завтра. Я подумала, что можно было бы в обед…
– Плохая затея. В обед рядом со мной будет слишком много колющих и режущих предметов… Шучу! – я поспешила успокоить напуганную помощницу. – Назначай, раз нужно. Странно это, конечно. Почему не позвонить или просто прийти?
Настя пожала плечами и записала в ежедневник еще одну встречу.
Параллельно с работой я листала первые полосы глянцевых журналов и второсортных газетенок.
Само собой, авторитетные издания давно забыли о нас с Борисом и переключились на звезд мировой величины. А вот вторые полосы желтой прессы еще не оставили в покое разваливающуюся семью.
Нет-нет, да на какой-нибудь десятой странице была лживая статья о нашем разводе и фотография меня с Кириллом или Бориса с его пассией.
Сейчас все это забавляло. Я посмеивалась и злорадно хихикала, фантазируя, какая реакция была у моего мужа после прочтения этих броских заголовков.
Вообще, журналы я перебирала не столько, чтобы почитать сплетни о себе, сколько попытаться извлечь из прессы статьи о разводе старших Миролюбовых.
Я знала журналистов и знала, какими пронырливыми они бывают. Новость о разладе в семье рано или поздно появится на обложках. А мне не хотелось, чтобы Галина Яковлевна видела это.
– Ольга Владимировна, – из приемной раздался голос Насти, когда я поймала себя на мысли, что сижу за столом и размеренно постукиваю кончиком ручки по фарфоровой чашке. – К Вам Борис Григорьевич.
– Новая девушка обобрала до нитки, и даже деньги на телефоне кончились? – саркастично хмыкнула я, выходя в дверной проем. – Не мог позвонить?
– Хотел увидеться. Позволишь?
Мужчина кивнул на мой кабинет, но я демонстративно не сдала и шагу от прохода.
По какой-то необъяснимой причине оставаться с ним один на один не хотелось. От Насти секретов у меня все равно не было, так что поговорим тут.
– Это личное, – настаивал мужчина.
– На развод подадим через неделю. О чем еще вести разговоры?
– Ты все решила? – Борис снял с себя пальто, хотя я и не предлагала пройти.
– А ты?
– Оль, давай поговорим по-человечески? Не цвет обоев обсуждаем! Я могу подвезти тебя до дома. Машины на парковке нет, я видел.