Развестись нельзя спасти

Как будто снова вернувшись в реальность, я отпрянула от мужчины и резко развернулась на пятках.
Огнем горели щеки, губы, все внутри съедал пожар появившейся из ниоткуда страсти.
Я едва нашла в себе силы провести по экрану, чтобы ответить на входящий звонок.
– Оля, сейчас все хорошо, но мы с Галиной Яковлевной в больнице. У нее было предынфарктное состояние. Она в полном порядке, под наблюдением врачей, отдыхает.
– Что? – еще не до конца осознавая, что происходит, я посмотрела на экран телефона, где крупными буквами светилось «Кирилл», и судорожно сглотнула. – Почему… Ты… Адрес!
– Напишу сообщением. Не переживай и не торопись, умоляю. Будь осторожна. Ей ничего не угрожает, и я рядом на случай, если что-то пойдет не так.
Я кивнула, будто Кирилл мог это видеть, сбросила вызов, чтобы поскорее получить адрес больницы, и повернулась к Борису.
– Кирилл с твоей мамой в больнице. Сейчас все хорошо, но у нее был риск инфаркта. Клиника сердца в четырех кварталах отсюда. Знаешь?
Ничего больше не спрашивая, Борис кивнул на свою машину, и через считанные секунды мы уже рассекали воздух по дорогам вечерней столицы.
Я ничего не соображала. Мозг еще не отошел от произошедшего поцелуя, а тут еще одна шокирующая новость я просто не справлялась.
– Почему с ней Кирилл?
– Я понятия не имею! – сказала, чуть не плача. – Она не звонила, он тоже. Мы не общались сегодня и не договаривались о встрече. Я не понимаю, что там произошло!
– Оля, успокойся, – чувствуя мое состояние, Борис переложил одну руку с руля на мое колено и сжал его в поддерживающем жесте. – Мама сейчас в порядке, это главное. С остальным разберемся на месте.
Я гулко выдохнула и прикрыла глаза в попытках избавиться сразу от всех мыслей, которые роем кружили в моей голове.
До больницы мы домчали за считанные минуты. Не помня себя, очень скоро я уже бежала по светлым коридорам, на ходу меняя пальто на белый медицинский халат.
На третьем этаже около одной из палат стоял Кирилл. Он разговаривал с врачом – низким мужчиной лет пятидесяти с сединой в волосах. Когда я подошла, они уже закончили, и до меня долетели лишь обрывки фраз.
– Здравствуйте. Я невестка. Как Галина Яковлевна? В порядке?
– Девушка, не волнуйтесь, сейчас с ней все хорошо. Состояние стабилизировалось, мы взяли анализы, она под наблюдением. В ее возрасте под действием стресса такое вполне естественно. Но мы назначим лечение и терапию, чтобы избежать повторения подобного в дальнейшем.
Я активно закивала, как будто врач требовал моего одобрения своих слов.
В это же мгновение из лифта вышел Борис с другим врачом – заведующим отделением, которого он перехватил на первом этаже, когда заполнял какие-то бумаги.
– Здравствуйте. Борис. Я сын пациентки. К ней сейчас можно?
– Она спит, – ответил за врача Кирилл, не отрывая взгляда от серой плитки под ногами.
– Да, ей действительно нужен покой. Не волнуйтесь, Ваша мама не выглядела взволнованной и в принципе не переживала. Так что ей сейчас лучше отдохнуть, а когда она проснется, Вы сможете зайти.
– Тогда я останусь здесь, подожду. Оль, ты можешь поехать домой, выспаться…
– Нет, нет, я все равно не смогу уснуть. Останусь пока здесь. Позвони Марине, предупреди ее.
– Да, точно, – Борис будто опомнился, но его перебил Кирилл.
– Я позвонил ей, она должна вот-вот приехать, – мы устремили растерянные взгляды на мужчину, но он свел брови у переносицы, будто не понимал, чему мы так удивляемся. – Галина Яковлевна сказала, что Вы ужинаете в ресторане. Я подумал, что приедете вместе. Позвонил Марине, чтобы она тоже была в курсе. Что-то не так?
– Нет, нет, спасибо, – выдержке моего мужа в тот момент можно было только позавидовать, потому что в его взгляде я читала желание задушить Кирилла прямо в этой больнице.
Пока Борис пытался дозвониться до Марины и понять, где она находится, я отозвала свидетеля инцидента в сторону.
Нужно было выяснить, что именно произошло и как Галина Яковлевна оказалась в больнице. А главное – как Кирилл оказался здесь с ней.
– Объясни, что произошло, пожалуйста. Что с ней? Почему ты оказался рядом? Я ничего не понимаю…
– Я сам ничего не понял. Я приехал, чтобы отдать тебе кое-что. Галина Яковлевна открыла двери, а когда я вошел в дом, она уже едва не задыхалась, держась за сердце, кое-как стояла на ногах. Мой приятель главный врач этой больницы. Я сразу набрал ему, и по его совету поехал сюда, потому что скорую ждать было в два раза дольше. Хорошо, что все обошлось. Как только приехали, Галину Яковлевну приняли врачи.
– Ты говорил с ней в больнице?
– Да, да. Перед тем как уснуть она поблагодарила меня за помощь и сказала позвонить тебе, потому что вы с Борисом должны быть вместе. Я не стал спрашивать, почему она перенервничала. Врачи сказали, что пока нужен полный эмоциональный покой.
– Понятно, – я кивнула и холодной ладонью схватилась за лоб, который буквально горел огнем. – Кирилл, спасибо. Это какое-то невероятное стечение обстоятельств! Мне представить страшно, что могло случиться, если бы тебя не занесло в мой дом в тот момент… Я…
Неожиданно неконтролируемые слезы хлынули из глаз, я не смогла говорить и просто прикрыла лицо руками.
Кирилл прошептал что-то очень тихое и осторожно притянул меня к себе. Я почувствовала, как наткнулась на тонкую ткань белого медицинского халата, как терпкий аромат одеколона ударил прямо в нос, как бережные объятия коснулись спины.
Стало тепло и спокойно. Я еще всхлипывала, но всхлипывала на груди у мужчины, который защищал меня от внешнего мира и всех проблем, которые могли быть.
Возможно, если бы мы стояли иначе, я бы увидела, как Борис с ненавистью и ревностью смотрел на конкурента, который обнимал его жену. Или я могла бы заметить самодовольную ухмылку победителя на лице Кирилла.
Но я не видела этого. Я глубоко дышала в объятиях мужчин, который сейчас был героем для меня.
Через несколько минут раздался характерный стук платформы по кафельному полу. Эти безвкусные замшевые ботильоны я бы узнала из тысячи даже будучи глухой и слепой.
Я поспешила отстраниться от Кирилла и растереть по щекам уже высохшие слезы.
К палате подбежала взволнованная Марина.
– Что произошло? Кирилл сказал, что у Галины Яковлевны был инфаркт!
– Просто предынфарктное состояние, – поспешила успокоить я. – Она переволновалась, но сейчас все хорошо.
– Слава богу! Вы к ней заходили? К ней можно?
– Нет, мы только приехали. Она сейчас спит. Зайдем, когда разрешит врач.
– Да, хорошо, отлично, – Марина была так взволнована и суетлива, что ее появление увеличило градус напряжения сильнее, чем сама ситуация, это напряжение вызвавшая.