Развестись нельзя спасти
Я металась между тем, чтобы пойти следом за женщиной и визитом к своему свекру. Но с Григорием Юрьевичем теплых личных отношений у нас не было, и я выбрала свекровь, с которой мы сейчас были в одной лодке.
– Галина Яковлевна, это же работа, понимаете? Просто бизнес, с семьей никак не связано. Не нужно из-за проекта ссориться с мужем.
– Ссориться? А кто ссорится? – женщина с усилием застегнула черный чемодан на колесиках и откинула со лба прядку светлых волос. – Мы разводимся! Кстати, я поживу у тебя?
– Но…
– Это дом и моего сына тоже. Обещаю съехать через пару дней.
Я ничего не ответила, потому что в окне увидела, как Вадим грузит чемоданы в мою некрупногабаритную машину.
Если еще час назад я была уверена, что мой жизненный круг замкнулся, и сейчас я день ото дня следую одному и тому же сценарию, то в данный момент такой уверенности уже не было.
В уютном доме, где двумя неделями ранее мы с мужем жили счастливой семейной жизнью, размещалась моя свекровь и ее четырнадцать чемоданов одежды «на пару дней».
– Оленька, а можно я займу спальню? В гостевой кровать такая маленькая.
– Можно, Галина Яковлевна, можно, – сокрушаясь, ответила я, и звонко вытащила пробку из бутылки вина.
– Ой, мне тоже винца плесни, пожалуйста. Развод – дело тяжелое, сама понимаешь.
– О каком разводе Вы говорите? Это просто ссора. Не нужно было раздувать из мухи слона.
– Ах, так ты заговорила? – свекровь удобно устроилась на барном стуле и пододвинула к себе сырную тарелку, к которой я даже прикоснуться не успела. – Когда об тебя муж ноги вытер, ты терпеть не стала. А я, значит, должна?
– Нет, не должны… Почему они так с нами? За что?
– Видимо мы слишком много молчали, и они решили, что имеют право так с нами обойтись.
Мы одновременно вздохнули и сделали по большому глотку вина.
Я все чаще задумывалась, почему все происходящее происходит со мной.
Себя винить было глупо, все-таки не я, будучи в браке, позволила себе мысль о романтических отношениях с другим человеком. Но почему Борис так поступил? Почему он изменился после объявления о разводе?
Я все чаще не узнавала своего мужа. Им будто двигало что-то неизвестное, совсем не похожее на рассудительного и сдержанного Миролюбова, с которым я была знакома.
Может быть, виной тому мальчишеская влюбленность, которую он познал в свои тридцать девять лет? Кто знает…
– Этот проект – какая-то нелепость! Как они хотят сотрудничать с Корневым?
– Не знаю, – я отрицательно мотнула головой. – Я бы с большим удовольствием никогда с ним не пересекалась.
– Он подозрительный тип.
– От него за версту веет хорошими манерами и желанием угодить мне. Зачем он вообще появился в моей жизни?
– Это совпадение.
– Нет, он приезжал в мой дом, он постоянно оправдывается передо мной…
Казалось, что я искала какие-то подводные камни там, где их нет. Но этот человек не выходил из моих мыслей. Я думала о нем, о его словах, и не могла перестать думать, пока не разберусь с его личностью окончательно.
– Ну-ка, – Галина Яковлевна пальцами взяла мой подбородок и заставила смотреть на нее. – Влюбилась?
– В кого? В Корнева? Вы в своем уме?
– А глазки-то забегали, заблестели. Молоденький симпатичный мальчик на горизонте появился, посмотрите на нее.
– Так, я отказываюсь общаться в таком контексте! О подобном не может быть и речи!
Экспрессивно я поставила бокал на стол так, что вино расплескалось по столешнице, и ушла с кухни.
– От себя не убежишь, Оленька! Пьяная ты не мужу стала звонить!
Ни о какой влюбленности, конечно, и речи быть не могло. Но переубеждать Галину Яковлевну все равно, что пытаться сдвинуть с места китайскую стену. Так что я предпочла просто закончить этот нелепый спор.
Кирилл слишком молод, мы практически не знакомы, да и мне сейчас явно не до влюбленностей. Да, мы пересекаемся с ним по каким-то неведомым причинам, он проявляет себя с самых лучших сторон.
Но это же не значит, что я влюблена!
– Или значит? – вопрос был адресован самой себе глубокой ночью, когда я поняла, что не усну сегодня из-за навязчивых мыслей об этом человеке.
Нет, разговор о чувствах все еще был верхом глупости, однако невпопад брошенная Галиной Яковлевной фраза заставила меня задуматься. А это дурной знак.
Глава 11Я уже забыла, когда выходные были для меня действительно выходными. Презентации и проекты заполнили жизнь до краев, и воскресенье давно не отличалось от среды или четверга.
Но сегодня Галина Яковлевна топила печаль в турецких сериалах и водке со льдом. И, поскольку свекровь с этим справлялась и сама, я решила дать себе возможность немного отдохнуть.
Удивилась ли я, когда план не задался с самого утра? Пожалуй, нет.
– Оленька, там кто-то пришел!
– Я слышу, слышу, – кутаясь в шелковый халат, я нехотя спустилась по лестнице из гостевой комнаты в прихожую.
– Если там Гриша, не пускай!
– Там хуже, – ответила я, глядя на экран, где транслировалась картинка с камеры.
У ворот дома стояли Борис и его новая пассия.
Как я должна была реагировать на их появление? С одной стороны, мужчина позвонил в дверь, а не открыл ее своим ключом. Значит он отдает отчет в том, что пришел на правах гостя. Но, с другой, эту дамочку в своем доме я не хочу видеть даже в качестве гостьи!
– Что нужно? – мое приветствие вышло довольно недружелюбным, учитывая то, что гостей в дом я не пропустила.
– Мы к маме. Она же у тебя?
– Почему-то у меня, а не у родного сына. Проходи один, – я кивнула на зал, за что в ответ получила презрительный взгляд от спутницы моего мужа.
– Оль, Марина тоже хочет поговорить с мамой, она сможет ее успокоить. В конце концов, это и мой дом тоже, и мама моя.
– А я твоя жена. А это любовница, – я иронично улыбнулась и крикнула в глубь дома. – Галина Яковлевна! К Вам тут сын со спутницей.
– Пока он перед тобой не извинится, видеть его не хочу! А эта профурсетка пусть даже порога дома не переступает!
– Вы все слышали. Так что простите, – небрежным жестом ногой, обутой в меховой тапочек, я убрала ногу Марины со входного коврика за пределы дома.
Ожидаемо, Борис попросил девушку подождать его в машине, а сам прошел внутрь, чтобы поговорить со мной.
Я почему-то не была такой мудрой как моя свекровь и не отказала ему в разговоре.