Развестись нельзя спасти

– Оленька, так вышло… – но не успела Галина Яковлевна оправдаться, как в прихожей послышались шаги. – А вот и Боренька!
– Вы издеваетесь?
Но в тот момент моя пока что свекровь еще не издевалось. Настоящие пытки начались, когда она вернулась в столовую со своим сыном, моим пока что мужем, и его ассистенткой, девушкой на данный момент.
Пауза в пару секунд показалась настоящей вечностью. Мы обменивались любезными взглядами и умело прятали свои эмоции под масками лицемерия.
– Спасибо за вкусный ужин, Галина Яковлевна, но мне пора. Боюсь, что кость в горле встанет.
– Оленька, ну куда ты? Нам столько всего нужно обсудить! В том числе с Боренькой. Ну и она тоже… – женщина брезгливо глянула в сторону нежданной гостьи, и жестом указала Вадиму поставить еще одну тарелку.
Я колебалась пару секунд, делая выбор. Здравый смысл шептал, что нельзя сидеть за одним столом с человеком, с которым собираешься разводиться, его матерью и любовницей. Но женщина внутри говорила: «Уйти – значит принять поражение».
Лучезарно улыбнувшись, я опустилась на ближайший ко мне стул.
– Мама, познакомься, это Марина, она работает моей ассистенткой…
– И рушит твой брак, – бесцеремонно ответила моя любимая свекровь.
Я держалась изо всех сил, чтобы не выдать улыбки. По-женски мне было даже жаль молодую девушку… Но она оказалась не из робкого десятка.
– Мне очень приятно с Вами познакомиться, Галина Яковлевна. Борис очень много о Вас рассказывал. Я уверена, что мы найдем общий язык. Кстати, это мое фирменное морковное печенье к чаю.
– Вадим, отнеси это на кухню, – с приторной улыбкой попросила женщина. А потом тише, чтобы Марина и Борис не слышали, шепнула: – И сожги там. Сынок, а мы с твоей женой как раз собирались обсуждать нюансы завтрашней презентации. Я не смогу пойти, но хочу, чтобы все было на высшем уровне.
– Да, Галина Яковлевна, я принесла материалы, – хоть напряженная атмосфера в сторону моего пока что мужа и его любовницы мне нравилась, я не хотела провоцировать конфликт и решила увести разговор в рабочее русло. – Я добавила в презентацию больше цвета и иллюстраций, потому что инвесторы делают упор на эстетическую сторону вопроса. Немного скорректировала речь Бориса, свою, добавила пару слов от специалиста по конструированию.
– А что за презентация? – с искренним интересом спросила Марина. – Там будут представители нашего холдинга? Можно я тоже пойду?
– Как кто? – оторвав взгляд от бумаг, серьезно спросила Галина Яковлевна. – Как ассистентка генерального директора или как его любовница?
– Марина права, и было бы не плохо Вам прийти вместе, – я пропустила мимо ушей колкие замечания моей пока что свекрови и перевела взгляд на милую пару, сидящую напротив меня.
Наверное, от такого предложения в шоке были все. В том числе и я. Как можно предложить своему действующему супругу появиться на мероприятии со своей любовницей?
Но что-то внутри подсказывало, что так будет правильно. Нельзя делать вид, что Марины не существует. И лучше мне смириться с ее существованием и принять этот факт с гордо поднятой головой.
– Пресса рано или поздно пронюхает, что у тебя новая пассия. Будет лучше, если мы сами сообщим об этом официально.
– Отлично! Я могу подготовить речь, сказать о себе что-нибудь, о Борисе, – я посмотрела на воодушевленную Марину и негромко вздохнула.
Я не понимала глупа эта девчонка или чертовски умна. Но она не умела держать язык за зубами и не умела держаться на людях.
На знакомство с мамой своего молодого человека она надела нелепую трикотажную мини-юбку и блузку в цветочек, какие носили лет пятнадцать назад. Ее поведение было олицетворением всех ошибок этикета.
Она сутулилась, нервно посмеивалась и не могла пристроить свои руки.
Я не осуждала ее, хоть этого и очень хотелось… Когда-то я тоже была молодой, неопытной, тушевалась в присутствии представителей светского общества. Возможно Марина с годами тоже превратится в прекрасного лебедя, но пока этого утенка нельзя отправлять под прицелы камер.
– Лучше расскажи мне о себе, и я представлю тебя прессе и гостям. Это моя работа.
– Ну мне двадцать один, я родилась в Уфе, там закончила педагогический колледж и приехала в Москву работать. Я чувствую, что именно здесь мое место. Знаю, что у меня есть какое-то большое предназначение. Я люблю ходить в кино. Мне нравятся мелодрамы и комедии. Что еще…
– А со строительным бизнесом ты была знакома раньше? – осторожно уточнила я, после того как в заметках появилась лишь запись «Двадцать один год».
– Да, у меня есть два года опыта. Я была консультантом в строительном магазине в Уфе.
Прикрывая лицо планшетом, я перевела взгляд на Галину Яковлевну, которая боролась то ли с улыбкой, то ли с приближающимся инфарктом.
Видит Бог, я делала все, что в моих силах. Но как возможно сделать хоть что-то с этой наивной девушкой? Может быть, она добрая, веселая, амбициозная, но этого мало, чтобы инвесторы поверили в их с Борисом счастливое будущее и успех холдинга!
– Марина, давай отойдем на кухню? Поможем дворецкому сделать чай.
Уход парочки на кухню спас нас с Галиной Яковлевной от приступа нервного смеха.
Я улыбалась, не скрывая этого, а женщина обмахивала себя чистой тарелкой и пила водку из фляжки, припрятанной в складках плиссированной юбки.
– Она в трикотажной мини-юбке!
– Я вижу.
– На ее ногтях красный лак, который начал облезать еще на прошлой неделе.
– Знаю.
– А волосы похожи на мочалку!
– Не будьте к ней так строги! Она еще молодая, наивная. Но ведь не плохая, нет. Вспомните как Вы ненавидели меня в первый месяц знакомства.
– Я ненавидела тебя, потому что считала глупой охотницей за деньгами. А ее ненавижу, потому что она разрушила семью моего сына!
– Попробуйте частично винить в этом своего сына, – посоветовала я.
– Оля, что он в ней нашел? Она же годится ему в дочери! Такая молодая, необразованная, девушка совсем не его уровня. Холдингу конец, если инвесторы поймут, что вместо тебя у руля встанет это башкирское чудо!
– Я сделаю все, что в моих силах, – произнесла я, беря пока что мою свекровь за руку.
– Сохрани семью, – в глазах женщины промелькнула тень надежды, но я отрицательно мотнула головой.
Я смотрела на эту странную пару и понимала, что не хочу лезть. Если бы Борис променял меня на девушку из нашего круга, возможно, я бы боролась и пыталась доказать, что я лучше.
Но как мне бороться с той, с которой мы ни в чем не похожи? Да, она молодая и беззаботная, но время молодости мне не вернуть никогда, как не вернуть его и Борису. Может быть, таким образом он просто молодится?