Разведенка

Это настолько, для меня, пошло и необычно, что даже не знаю, как себя вести.
— Блядь, Каринка, ты ж моя девочка, водопадик, сладкая детка, погоди, не спеши, я вот сейчас. Сейчас — шепчет Вова, винимая из меня палец.
Я в немом шоке, не понимаю, чего ждать, как он, резко входит в меня.
Когда то успел штаны стянуть!?
Охаю.
— Тш, сейчас, сейчас, только не дергайся — просит Вова.
А я и не собиралась, наоборот насаживаюсь на него больше, пусть думает, что хочет про меня, мне хочется чувствовать его глубже в себе.
Зарываю глаза, закусываю губы, блин хорошо то как! — Твою мать! Твою мать, рай, просто рай — шепчет Вова.
Его слова, подстегивают меня и я насаживаюсь еще глубже.
Он шипит, стонет.
— Подожди, дай я, дай я — просит Вова, и начинает двигаться.
Ооооо!
Согласна! Рай, просто рай.
Он движется резко и быстро, входит в меня до самого упора, этот раз отличается от первого, тогда он был нежным терпеливым, а сейчас как с цепи сорвался, такое чувство, что он насытится, мной не может.
Его движения быстрые, ритмичные и резкие, но меня уносит, то, что все происходит в не совсем удобной позе, уже не имеет никакого значения.
А лишь то, что он во мне, наши вздохи, рычания, похлюпывания наших жидкостей, движения наших тел, доводит нас до пика удовольствия одновременно.
— Вова!
— Мммм!?
— Тебе пора! — смотрю на спящего мужчину, моего мужчину и улыбаюсь.
— Куда!? — сонно спрашивает он, не открывая глаз.
— К себе — отвечаю я, не сдерживаюсь и провожу пальцем по его лицу.
Мне нравится его трогать, везде, проводить пальцем по его плечам, и спускаться ниже, проводить по кубикам пресса и спускаться еще ниже, по дорожке волос, которая ведет вниз к его члену.
Бамц, он ударяет мне по пальцу, ммм, я наслаждаюсь тем как быстро, всего лишь от моих легких прикосновений, он встает за секунды.
Провожу пальцем по уздечке, член становится тверже.
— Карина — шипит Вова.
— Мммм!?
— Злая ты, не любишь меня, возбудила и на мороз.
— Вова, побойся бога, какой мороз!? Жара тридцать градусов!? Голые спим! И не выгоняю я тебя, а всего лишь прощу, пойти к себе в квартиру, скоро Мишка проснется.
— Когда ты уже расскажешь ему про нас!?
— Скоро.
— Ага, прошло уже две недели, как мы вернулись из лагеря, а все скрываемся.
— Вова, ну не бухти, я сказала, что все ему расскажу, значит расскажу! — Когда!? Когда мы будем старыми и немощными!?
— Не придумывай!
— Да серьезно!? Карина блин, это уже не смешно!?
— Тшшш, разбудишь Мишу.
Вова поджимает губы, скрещивает руки на груди.
— А вот ни куда я не пойду!!!! — выдает он обиженно.
— Что ты как маленький!?
— Маленький!? Карина, ты ничего еще не сказала о нас Мише, да и сосунок не в курсе, мне как на это смотреть!?
Теперь уже я поджимаю губы, я понимаю его возмущение, но ничего не могу поделать с собой.
Мне банально страшно рассказать про нас Мише, а с Ромой, разговор все никак не состоится. Перед самым его приездом, у него случились проблемы со отцом, и он сразу поехал к родителям, вот уже как две недели, разбирается с их проблемами. Я фактически одна руковожу фирмой. Даже Женя неожиданно заболела и не ходит на работу.
Я как белка в колесе кручусь, ничего не успеваю, хорошо Вова, помогает с Мишей, но на разговор с сыном, у меня не остается ни сил, да и боюсь я пока, не знаю какие слова подобрать, и в обще, да и с Ромой по телефону о таком не расскажешь, тем более когда у него своих проблем Выше крыше, не могу я с ним так поступить. Не честно это и не заслужил он такого.
— Вов — целую его в плечо, вижу, как оно покрывается мурашками, довольно улыбаюсь — Ну ты же все прекрасно понимаешь! — целую в шею, он ослабляет руки, губы уже не так сжаты — Потерпи еще чуть чуть!? — целую в щеку, он прикрывает глаза.
— Зараза, ты Каринка, моя персональная зараза, к тому же еще и вредная, вьющая из меня веревки! Не могу перед тобой устоять — сгребая меня в охапку и подминая под себя, шепчет он.
— Вова! — охаю я.
— Мы тихонько, не переживай..
— Карин, ты это, сядь лучше.
Смотрю на него и сердце не на месте, вид у него такой!? Странный! Мне не нравится, совсем!
Сажусь на стул, а у самой предчувствие плохие.
— Села, говори — неуверенно выдаю я.
— Блядь, даже не знаю, как начать — устало трет глаза, вздыхает.
— Начни сначала — уже совсем неуверенно отвечаю я.
Мне совсем, совсем не нравится начало нашего разговора, чувство большой жопы, прям витает в воздухе.
— Бляядь, я мудила Карин! Я изменил тебе! — говорит он, а мое сердце ухает в пятки.
— Вова, ты цветешь и пахнешь.
— Мам, я только с тренировки, помоюсь и не буду пахнуть.
— Фу Вова, ты же прекрасно понимаешь о чем я.
— Мам, в нашей семье психолог не я, поэтому, нет, не понимаю о чем ты.
— Знаю, знаю сынок, ты когда косячишь, не прислушиваешься ко мне, сразу становишься слепо глухонемым и добавляешь взгляд идиота, чтоб уж наверняка.
— Мама, вот сейчас ты не права! — Да, да, я же тебя не рожала и не знаю тебя больше тридцати лет, что я могу понимать!?
— Мам, ну давай пожалуйста без этого!? — прошу я, разводя руки.
— Без чего!? Этого!?
— Нравоучений! — Упаси господи, таким не занимаюсь.
— Да, да, а сейчас ты, что делаешь!?
— Сейчас я пытаюсь вразумить своего слепо — глухого сына.
— Мама — вздыхаю я.
— Да, что мама!?
— Я уже большой мальчик, разберусь сам в своей жизни.
— Кхм, если ты имеешь гору мышц и бороду, то все взрослый и умный!? Кстати когда ты наконец ее сбреешь!?
— Мам, я большой мальчик и с бородой и без, сам разберусь со всем! И кстати сбривать ее не собираюсь, Карине нравится.
Мама внимательно на меня посмотрела, я прям смутился, мамин взгляд, выдержать не всегда могу, со спокойствием, она улыбнулась и сказала:
— Нуууу раз Карине нравится!? Я умываю руки.
— Мама!!! — На последок только скажу.
— Маааам! — А я все равно скажу!!!!!
Я смиренно выдохнул и молча посмотрел на маму.