Присвоенная темным. Факультет магических пар

Рэй тяжело вздохнул, и нас заволокло мраком, перемещая в другое место. Когда туман рассеялся, мы оказались в приемной дорого обставленного офиса: с деревянными панелями на стенах, высокими напольными растениями и красными ковровыми дорожками в коридоре. Место мне было совершенно не знакомо.
Миловидная блондинка за секретером радостно затараторила приветствие:
— Господин О’Брайен, очень приятно, что вы нас решили навестить! С вами все в порядке? Доктор свободен и сможет вас принять. Проходите в кабинет, — девушка торопливо открыла перед нами дверь.
Рэй пробормотал приветствие, и мы вместе вошли в комнату. За дверью оказалась приемная с отгороженной смотровой зоной и столом, за которым мужчина в белом халате делал записи. Время посеребрило его волосы, но его глаза лучились энергией и молодостью. Лекарь пробежался по нам взглядом и задержался на моей руке.
— Господин О’Брайен, присаживайтесь. Что вас привело в нашу поликлинику? — он указал нам на два стула возле него.
— Господин Беккер, это моя подопечная Аника Вуд. У нее болит рука. Не могли бы вы ее осмотреть?
— Конечно. Рассказывайте, что произошло?
Рэй поведал врачу история нашего «соединения» и как я повредила свою руку. Господин Беккер слушал внимательно. Затем заполнил больничную карту на мое имя и предложил пройти за ширму для осмотра. Я выполнила распоряжение врача, и вместе с Рэем прошла за перегородку. Здесь была койка для осмотра, на которую мы присели.
— Подождите одну минутку. Мне нужно взять инструменты, — произнес доктор и вышел из кабинета.
Пользуясь его отсутствием, я атаковала арха:
— Зачем ты меня сюда привез? — тихонько прошептала.
— Ты не довольна? Мне казалось, я сделал все, как ты хотела.
— Довольна. Спасибо. Но такие клиники стоят дорого, а Энжэй бы вылечил меня за пару минут совершенно бесплатно.
— У Энжэя есть своя магическая пара — пусть ей и занимается. А ты моя. И я в состоянии обеспечить тебя самым лучшим…
— Мне от тебя ничего не надо!
— Твое упрямство нам дорого обходится, Ники. Давай ты хотя бы сейчас не будешь доставлять мне проблемы?
Я хотела ответить, но в комнату вернулся лекарь. Вместе с ним вошла медсестра. Она держала сумку, из которой доктор извлек стеклянную палочку с мерцающими серебристыми всполохами.
— Можно вашу руку? — попросил врач.
Протянула ее, и он провел странным предметом над опухшим местом. Магическая вещь отбросила на кожу серебристый свет.
— Очень интересно… — угрюмо пробормотал Беккер.
— Перелом? — спросила я.
— Нет. Ушиб. Кости не пострадали, — он поднял палочку выше и повел ее выше к плечу, к груди, а закончил осмотр на моих ногах. — Даже не знаю, как сказать… Вы здоровы, госпожа Вуд, если не считать травмы руки. Но ваше общее состояние весьма плачевное. Вы должны были замечать слабость, усталость, головные боли, возможно, обмороки?
— Я умираю?
— Я этого не говорил. У вас какой-то необычный энергетический сбой. Мне нужно посоветоваться с коллегами и провести более глубокое обследование. Я никогда прежде с таким не сталкивался.
— Это связано с тем, что она моя магическая пара? — спросил Рэй.
— Я не буду делать прогнозов, нужно собрать больше информации. Давайте сделаем так: я переговорю с коллегами, и вы придете ко мне послезавтра на еще один осмотр.
— Не думаю, что это необходимо, — запротестовала я.
— Конечно, она придет, доктор Беккер, — решил за меня темный.
— Тогда я наложу вам повязку. Она пропитана восстанавливающим раствором. Через два дня покажетесь мне, и я проведу дополнительное обследование. — Медсестра подала врачу повязку из чемодана, и он ловко наложил ее мне. — Руке нужен покой. Постарайтесь больше отдыхать.
Врач закончил перевязку. Мне действительно стало чуть легче.
— Спасибо, доктор Беккер, — поблагодарила его.
— Всего хорошего, — сказал Рэй.
Взор застелило темной пеленой, и когда реальность проступила сквозь магическую завесу, мы снова оказались в кабинете возле горы разбросанных книг и задранного ковра.
Слова Беккера немного настораживают. Не знаю, что он мог увидеть во мне. Может, я больна более серьезно, чем могла предполагать? Или всему виной вспышки необузданной магии, которые заставляют телепортироваться и поджигать парты?
Рэй взмахом руки поднял разбросанные на полу книги и положил на стол. Мы в молчании расположились за секретером. Здоровой рукой я открыла блокнот, просматривая задание на завтра.
— Мне задали эссе, но теперь я его написать не смогу, — с искренним сожалением произношу.
— На какую тему?
Протягиваю Рэю блокнот, в котором написано название. Он хмурится. Достает из ящика секретера чистые листы бумаги, чернильницу и ставит на стол.
— Я не смогу написать его другой рукой. Мелкую работу делать могу, но письмо мне не подвластно.
— Значит, заставим перо писать без тебя.
— Нельзя. Одна студентка уже приносила подобные конспекты, госпожа Холдж сразу их определила и поставила отрицательную оценку.
— Чертова старуха Холдж.
— Может, справки от врача будет достаточно, чтобы она дала мне время?
— Нет. Если она уже вцепилась в тебя зубами, то не отпустит. Здорово ты ее допекла, хотя только начало учебного года.
— Мне было кем вдохновляться, — кольнула его.
— Ладно, — он выставил перед собой правую руку, и ее заволокло туманом. Когда мрак рассеялся, я еле сдержала крик. Правая рука арха превратилась в левую. Теперь у него две левых руки!
— Зачем ты это сделала?
— Я, как и ты, не могу писать не ведущей рукой. Но, в отличие от тебя, могу ее себе наколдовать.
— Это ужасно, — смотрела на него, и по спине бежали мурашки.
— Давай сюда, — он еще раз посмотрел в блокнот, затем обвел взглядом разложенные на столе книги.
Учебники по велению его разума открывались и перелистывали страницы. Каждый распахнулся на теме, обозначенной в моем блокноте. Рэй принялся выводить аккуратным почерком на листве каллиграфичные буквы.
— Что ты делаешь? — ошарашено смотрела на него.
— А на что это похоже? Пишу за тебя доклад. Холдж может распознать магию, но к написанному рукой у нее не будет претензий. Уверен, она будет рада, что ты вообще что-то подготовила.
— Спасибо, — пробормотала я удивленно.
Рэй опять склонился над бумагами, но я продолжала не верить своим глазам.
— Я надеюсь, это останется между нами, — произнес невзначай.
— Да, конечно, — наблюдая, как строчка за строчкой на листах появляются записи, пообещала я.