Сделка с мажором

— И что он в ней нашел? — различаю шепот одногруппницы слева.
— Не знаю, — отвечает ее соседка. — Тощая, плоская, одевается как с помойки. Может жалко стало?
Раздается противное хихиканье.
— А может выведете прыщи и заткнетесь, — шипит Ирка, наклоняясь через меня.
Я пихаю ее локтем, чтобы не вмешивалась. Нельзя кормить троллей. Чем больше огрызаешься, тем сильнее они пристают.
Девушки резко разворачиваются к нам, собираясь огрызнуться в ответ, но вмешивается препод, требуя тишины, и я внутренне расслабляюсь, зная, что затишье будет недолгим.
Неужели их жизнь настолько скучна? Они абсолютно не знают Дениса, но возносят его на какой-то пьедестал. Почему? Из-за смазливой рожи? Денег его семьи?
Одногруппники и меня практически не знают, но уже навесили ярлыки.
Во мне поднимается злость. Какое право они имеют судить?
И все из-за какого-то парня, который по непонятной причине не хочет исчезать из моей жизни и делает все, чтобы ее испортить. Даже на работу прокрался. До сих пор не понимаю, почему Артем наплевал на свои правила и пустил троицу в ВИПы хотя никому из них нет двадцати пяти.
Бесит!
Наконец пара подходит к концу. Я не спешу собираться, жду, когда группа покинет аудиторию. Ирка следует моему примеру.
— Чем займемся сегодня? — спрашивает она.
Думаю, ей хочется немного отвлечься от негативного внимания, которое зацепило ее из-за меня.
— Приходите ко мне на вечеринку.
На парту впереди плюхается наш одногруппник, имени которого я не помню. За прошлый год он появлялся несколько раз: первого сентября и во время сессии. Родители уже давно проплатили ему учебу, вот он и не учится.
— А ты кто? — задает Ирка бестактный вопрос, который мучает и меня.
— Я Паша, — говорит так, будто это все объясняет.
И, кажется, нисколько не коробит, что мы его не знаем, продолжает широко улыбаться, демонстрируя отличную работу стоматологов.
Быстро осматриваю аудиторию: несколько человек задержались и делают вид, что остались по очень важной причине, а не погреть уши.
— Спасибо, но мы не придем, — чеканю холодно и встаю.
— Полин, брось, — шатен преграждает мне дорогу. — Думаю, ты не против подвигать телом.
Его улыбка превращается в мерзкий оскал, а в глазах вижу уже знакомый блеск: парень представляет в каких позах меня поимеет. Видела подобное на работе. Но там я должна быть вежливой, здесь это необязательно.
— Думать — это не твое, — говорю с издевательской улыбочкой и протискиваюсь между партой и Павлом, задевая его плечом.
— А ты ничего не попутала? — летит мне в спину. — Я Павел Фролов.
Оборачиваюсь. Шатен уже не улыбается, смотрит исподлобья.
Надеваю маску самоуверенности, которой абсолютно не чувствую внутри. Скорее я как зверек, загнанный в угол большим животным. И раз никто меня не защитит, буду рычать и кусаться пока хватит сил.
— Мне плевать.
— Послушай, ты, — Фролов шагает ко мне вплотную. — То, что ты с Шуваловым…
— А не боишься, — перебиваю и гордо задираю подбородок, — что я расскажу ему о твоей выходке? — спрашиваю тихо, чтобы не никто кроме нас не слышал.
Блефую как никогда, надеясь, что репутация Дениса, о которой рассказывала Ирка, идет впереди него.
Моя лживая угроза попадает в цель, вижу, как Пашин кадык дергается, а в глазах мелькает страх.
— Он с тобой ненадолго.
— Возможно. Но что случится с тобой за это время?
— Да, пошла ты! — рявкает шатен и уходит.
А я сдуваюсь. Плечи опускаются, словно я взвалила мешок с кирпичами, напускная бравада исчезает.
— Круто ты его, — восторгается Ирка, беря меня по локоть и уводя из пустой аудитории.
На выходе сталкиваюсь с остальной группой. Обычно после последней пары народ разбегается как тараканы от света, но сегодня такое шоу.
— Ничего крутого, — возражаю, накидывая капюшон толстовки, — я только что подтвердила, что сплю с Шуваловым.
— Никто кроме Фролова это не слышал.
— А ты думаешь, он будет молчать? А теперь представь, что случится, когда Шувалову надоест играть со мной и он переключиться на другую девушку.
Ирка смотрит сочувствующе и старается приободрить:
— Все обойдется. Я уверена.
 
31 Денис
— Привет, Ден, — брат заходит в свой кабинет и раскрывает объятья. — Прости, что заставил ждать.
— Перестань, я знаю, как ты занят, — крепко обнимаю Артема.
Он проходит за массивный дубовый стол, а я снова опускаюсь в кресло напротив.
— Что привело тебя ко мне?
— Сразу к делу. Мне нравится.
— Если бы ты хотел семейных посиделок, — брат откидывается в кожаном кресле, — пришел бы в гости домой. Адрес ты знаешь. Но ты просил встретиться как можно скорее.
Мне неловко просить помощи, с детства привык все свои проблемы решать сам.
— У тебя здесь мрачновато, — начинаю из далека, обводя кабинет взглядом.
Мебель из маренного дуба в приглушенном свете кажется черной, а коричневые стены плохо отражают включенные лампы.
— Предыдущий владелец, мой дядя, косил под крестного отца, — Артем издает смешок и встает.
Смотрю на его широкую спину. Если бы сейчас кто-то вошел, ни за что бы не предположил, что мы братья. Я голубоглазый блондин, у Артема черные как смоль волосы и темно-карие глаза. Но оба высоким ростом пошли в отца. Я видел фото его мамы. Она была миниатюрной очень красивой кавказской женщиной.
Из шкафа за спиной Артем достает пару стаканов и бутылку скотча. Я сегодня приехал на такси, рассчитывал немного отдохнуть, поэтому с благодарностью принимаю янтарную жидкость.
Какое-то время мы сидим молча. Артем ничего не спрашивает, знает это бесполезно, пока я сам не решусь начать разговор.
Одним глотком допиваю содержимое стакана, и когда скотч перестает жечь пищевод, выпаливаю:
— Мне нужна работа.
Артем приподнимает в удивлении брови.
— В клубе?
— Вообще-то, меня больше интересует другой твой бизнес, — я подаюсь вперед, пристально глядя на брата.
— Егор сказал, — Артем не спрашивает, утверждает.
— Да, он обмолвился, что ты разрываешься между клубом и IT-компанией. Я могу помочь, если ты позволишь.
— Семейный бизнес, — задумчиво говорит Артем, разглядывая содержимое своего стакана.
Молчание затягивается, и я начинаю думать, что брат подбирает слова, как потактичнее мне отказать. Зная, с какой тщательностью он подбирает персонал, я могу оказаться в пролете, потому что не вызываю такого доверия как Егор. Друг с детства увлекается программированием, выбор факультета для него был очевидным. Я же поддался отцу.