Краткая история Европы

Так как Рим к тому времени давно уже не был столицей, папа Григорий I пользовался в городе неограниченной властью. Он откупился от лангобардов, убедив их оставить Рим в покое, и начал некрасивую ссору с восточным патриархом Иоанном IV – из-за того, что последний в 588 г. взял себе титул «экуменический» (то есть вселенский), что предполагало, будто он властвует и над западной церковью тоже. Не церемонясь, Григорий I называл Иоанна «предтечей Антихриста».
За четырнадцать лет папства Григорий I (590–604) удостоился звания Великий. Он переработал католическую литургию, не оглядываясь на мнение Константинополя. В церковной традиции считается, что Григорий I заложил основы песнопений, известных как григорианский хорал. Он уничтожал развалины Древнего Рима, чтобы языческие храмы не отвлекали паломников от христианских церквей и святынь. Первый монах на посту папы, Григорий I страстно желал распространять христианство с помощью миссионерства. Там, где Древний Рим для расширения своей власти в Европе использовал легионы, он прибегал к помощи аббатов, приоров и монахов. Григорий Великий – первый из отцов церкви, чья яркая индивидуальность выделяет его в истории того периода: он был умным, рассудительным и уверенным в себе человеком. Историк Кристофер Уикхем пишет, что «испытал бы истинное удовольствие от встречи с Григорием», одной из немногочисленных ярких фигур той эпохи.
Около 595 г. Григорий наткнулся на римском рынке на двух светловолосых рабов, о которых он, по легенде, сказал, что они non Angli sed angeli – не англы, но ангелы. При римлянах Британия была христианской, но к тому времени по большей части вернулась к англосаксонскому язычеству. Папа приказал римскому приору Августину ехать на север и «вернуть заблудших овец» обратно в стадо. Не особо обрадованный поручением Августин в 597 г. сошел на берег в Кенте, где он и еще сорок монахов быстро обратили в христианство кентского короля Этельберта при содействии его королевы Берты, франкской христианки. Миссия Августина порадовала Григория Великого: «Господь даже край земли привел к вере». Возможно, так и случилось на юге Британии, однако в западных и северных областях, населенных потомками древних кельтов, все еще был в ходу так называемый Айонский обряд святого Колумбы. Только в 664 г. синод в Уитби наконец латинизировал если не всю Британию, то хотя бы Англию.
А на материке со смертью Хлодвига распалась и его империя. По франкскому обычаю владения его не перешли к старшему сыну, а были разделены между всеми наследниками мужского пола. Такое частичное наследование подходило кочевым народам, разделявшим завоеванное между родичами, но оказалось губительным для целостности зарождающегося государства, которому нужна надежная и непрерывная преемственность знати, торговцев и крестьян. Больше всех от раздела выиграла церковь. Она добилась для себя правовой неприкосновенности и освобождения от уплаты налогов и военной службы. Епископы и аббаты наращивали богатство и власть над душами людей. Церковь обеспечивала правителей обученными управленцами и дипломатами. И самое главное, она поддерживала связь времен, до некоторой степени сохраняя традиции классического образования. Собственно говоря, к моменту смерти Григория Великого в 604 г. из руин старой империи восстала новая – Римская церковь. По своему величию и организованности и по способности внушать верность себе она в те времена была достойной преемницей Рима.
 
Персия и ислам
На рубеже VII столетия настала очередь Константинополя противостоять смертельной угрозе. Императора Ираклия I (610–640) с севера поджимали славяне, болгары и авары, а с востока – воспрянувшая Персидская империя. Персы прошли Сирию, в 614 г. взяли Иерусалим и отрезали Константинополь от поставок зерна. В конце концов они подступили к стенам города, где, по утверждению Гиббона, от них попытались откупиться, предложив им «тысячу шелковых нарядов, тысячу лошадей и тысячу девственниц», в которых город явно не испытывал недостатка. В ходе дерзкой зимней кампании Ираклий I отбросил персов, вытеснил их вглубь Месопотамии и в 627 г. разбил в битве при Ниневии.
Однако Византия недолго наслаждалась своей победой, поскольку ослабленная Персия оказалась уязвимой перед новой беспрецедентной силой – арабами. В 632 г. смерть пророка Мухаммада в Медине вызвала шквал рьяного экспансионизма. Конные арабские армии захватили Месопотамию, вошли в Сирию, а в 635 г. взяли Дамаск. Следующим пал Египет: в 642 г. была взята Александрия. За ней последовала Северная Африка. В мгновение ока христианский мир, владевший Средиземным, Черным и Каспийским морями, дотянувшийся до берегов Нила и Тигра, неузнаваемо изменился. Великие города античности – Антиохия, Дамаск, Александрия и Карфаген – сдались исламу, а с ними чуть ли не треть населения христианского мира. Никакое другое событие в истории Европы так наглядно не изменяло и не закрепляло представление о том, где проходит ее граница с Азией.
Христианство не было готово к такой беде. Вера Восточной Римской империи погрязла в богословской схизме и гонениях на инакомыслящих. Провинции жили в страхе, что их обвинят в ереси и отлучат от церкви: Ираклий как раз принялся насаждать ортодоксальную веру среди своего измученного войной народа. Подход же мусульман поначалу был терпимым: они не стремились обращать народы в свою веру, они лишь хотели подчинить их и заставить платить дань. Изучая историю Шелкового пути, Питер Франкопан подчеркивал сочувствие, с каким ранний ислам относился к вере, распространенной на Ближнем Востоке: «Идейный посыл выглядел знакомым, был обращен к каждому и, казалось, смягчал остроту разобщающих споров, которые так нервировали христиан».
В результате ислам, выйдя из Месопотамии, обрел широкую поддержку среди евреев и христиан-диссидентов, живших на завоеванных территориях. Тем не менее очаги христианского вероисповедания на Ближнем Востоке пережили Средние века и сохранились до наших дней. Александрия не лишилась своего статуса и по-прежнему оставалась центром как эллинистической, так и христианской культуры. Копты Египта не боялись, что их объявят еретиками. Но в целом территории, завоеванные мусульманами в VII в., так и не вернулись к христианству. Христианскую веру ждали холодные, иногда враждебные отношения с породившей ее землей.
 
Карл Мартелл и Пипин Короткий
Новый правитель франков Пипин Геристальский (687–714) принялся заново собирать воедино земли Хлодвига. В 687 г. он взял под контроль Северную Францию, затем подчинил себе Бургундию и Аквитанию, а также территории вдоль Рейна. Его сын Карл Мартелл (714–741) пробился на север до Фризии и Нижних земель (территория исторических Нидерландов), а на юге дошел до границ лангобардской Италии. Но величайший вызов ждал его на западе. В 711 г. армия Омейядов переправилась из Африки через Гибралтарский пролив в Испанию. К 719 г. мусульмане завоевали всю Иберию, кроме Страны Басков. Затем они перевалили через Пиренеи и углубились во франкские земли, добравшись до Гаронны и Роны. На востоке силы Омейядов атаковали Константинополь, где император Лев III в 718 г. едва от них отбился, после чего арабские полчища двинулись по Балканам.
Это было самое серьезное нашествие на Европу со времен падения Рима. Христианский мир столкнулся не только с армией завоевателей, но и с религией – единой и терпимой к верованиям покоренных народов. В 732 г. после серии наступлений и отступлений на юге Франции армия под командованием Абдур-Рахмана совершила переход из Испании в Гасконь и далее – в сердце франкских земель. Мартелл собрал войско и дал Рахману бой в битве при Пуатье (при Туре). Продвижение Омейядов было в конце концов остановлено.