Черная осень

Да и церковь тут какая-то есть, тоже свою функцию выполняет на совесть, учит людей прогибаться во всех интимных позах.
А теперь представьте.
Вот пошли ваши товарищи убивать царя. А тут спускается привидение, морда в крови, руки в крови, стонет, зубы скалит, к вам руки тянет…
Хоть на секунду рука дрогнет?
Однозначно.
А Яне больше и не надо было.
Трепет?
Угрызения совести?
Да вы, господа, смеяться изволите! Она в лесничестве росла, а там водятся такие животные – браконьеры называются. Твари опаснее волчьей стаи. Промахаешь ушами – и над тобой лопухи зацветут.
Яне и стрелять доводилось, и на мушке подонков держать, и кровь видела. До этого дня, правда, не убивала, ну так что же?
С почином, значитца.
А все остальное в пользу мертвых.
Первой жертвой Яны стал мужчина лет сорока, который стоял в конце коридора. При виде девушки он дернулся, едва папиросу не проглотил… Нет, не папироса. «Козья ножка», самокрутка. И, кажется, не с табаком. Яна всю наркоту не знала, но анаша похоже припахивала.
Замечательно! Наширялись – и на подвиги!
Револьвер послушно выплюнул пулю, помогая негодяю открыть «третий глаз».
Глаз открылся.
Яна даже головы не повернула, прошла мимо. Беспечность, конечно, но после пули в голову и так не живут.
Дом был не слишком большим, двухэтажным. Первый этаж – большая гостиная, столовая, библиотека, подсобные помещения: людская, кухня, кладовки…
Второй этаж – восемь комнат. Спальни, спальни… хватило на всех. И на императорскую семью, и на личного доктора его императорского величества, который так и не покинул своего монарха, и на верную мамину подругу, и на нескольких слуг… Слуги, правда, жили на чердаке…
Да, чердак и подвал.
Слуг согнали на первом этаже. Императорскую семью – на втором.
Яна помнила устройство этого дома, хотя отродясь в таких домах не бывала. Память Анны. Ее разум, ее знания.
Дверь в библиотеку была открыта. И шум оттуда слышался – туда Яна и пошла.
– …Все?
– Да уж точно, небось слыхал стрелялки?
– Ага. Страшно-то как, дядька! И девки там молодые, зря их…
– Девки! Анператорские дочки то, а не девки!
– Ну так можно б их сначала повалять, а потом стрельнуть!
– Ты молчи, дурак! Дойдет до Тигреныша – кровью умоешься!
Яна так поняла, что Тигренышем прозвали «кожаного». А что, похож чем-то. Глаза такие, медовые, волосы черные, кожа смуглая… Кавказец?
Здесь это называется «горец». И горы – не Кавказ, а Ферей. Ферейские горы, и здесь не кавказцы, а фереи.
Впрочем, мысли никак не мешали Яне. Шаг вперед, еще один – и упасть на колени в дверном проеме.
Риск, конечно. Но если она так не сделает…
Черт, ну не икс-вумен она! А как хорошо было бы! Пришла, всех перебила…
– Тебе, Хелла!
Пистолет не дрожал.
Их было двое. Всего двое. Мало.
Яна выглянула в окно.
Ага, а вот и автомобили. Местные, как принято здесь – больше похожи на кареты с колесами. Один, два… не так много!
Яна обратилась к воспоминаниям Анны.
Была охрана?
Была. Общим числом восемь человек плюс приехавшие.
Считаем.
Четверо наверху, двое внизу, а в каждом автомобиле может поместиться минимум четверо человек. Еще десятерых надо где-то найти.
Яна быстро оглядела комнату.
Бедный доктор Шеин. Бедная Санна. И слуги… дядька Архип, Венна, Тайра…
– Сенька, я тут…
Что он тут – договорить мужчина не успел. Яна стреляла без предупреждения.
– Тебе, Хелла.
И еще один труп валится на пол.
А где могут быть остальные бравые рыцари Освобождения?
Дура.
Наверх пошли самые проверенные. Это понятно. Чуть менее доверенные остались со слугами. Несколько человек – хотя бы двое должны остаться в машинах. А есть еще конюшня, есть еще территория…
Это что – ей тут перестрелки устраивать? У Яны аж волосы на голове зашевелились от ужаса. Она не потянет! Она просто не справится, а умирать-то и нельзя. Никак нельзя…
Ладно.
Вряд ли кто пошел на территорию. Конюшня? Да, безусловно. И есть же еще храм…
Для начала надо обойти дом. А там разберемся, что делать дальше.
 
Яна злобно ухмыльнулась и принялась перезаряжать оружие. Интересно, не найдется ли у покойничков патронов для ее револьвера? Еще одного?
Если будет – она готова их даже простить… немножко. И лично помолится за усопших. Можно даже два раза.
А если нет?
Хелла, приятного аппетита.
Показалось Яне – или она услышала рядом знакомый ледяной смешок?
Не важно!
Ага, а вот и еще один револьвер, правда, другой модификации, Яна с такими раньше не встречалась. Небольшой, явно для скрытого ношения…
Ладно.
С нее две молитвы.
* * *
В доме оказалось еще четверо негодяев. Два в кабинете, один на кухне, еще один в ватерклозете. А что – герои не люди, что ли? Живот прихватило у подонка от сильных чуйств!
Проблем у Яны не возникло ни разу. Она просто шла и стреляла.
Невероятно?
Вот что значит – инерция мышления! Даже убийцы от нее не застрахованы!
Император паршивый! Сам сдох, как баран на скотобойне, свою семью за собой утащил… и ведь все это восприняли как должное!
Этакое…
Благородная дама должна быть гибридом между трепетной нимфой и ледяной статуей, вот императорских дочек так и воспринимали. Скользили по дому этакие тени, которые даже по морде в ответ на наглость дать не могли.
Яна вспомнила, какими взглядами провожали девчонок охранники, – и взбеленилась.
Ненадолго, правда.
Она еще в лесничестве одного такого едва в болоте не утопила – природу пожалела. Еще змеи передохнут, лягушки потравятся, да и пиявок жалко.
А тут…
Ты – мужик!
Отец, наконец!
Да Янин отец, когда ему на Яну тот козел жаловаться начал, только и сказал: «Дочка добрая. У меня б не вышел ты из леса». Доходчиво получилось настолько, что ублюдок еще до конца дня уехал, половину барахла забыл, пришлось почтой отправлять. А тут что?!
Мало того, семью на убой притащил, так еще и рот открыть боялся?!
Ничтожество!
Яна быстро пересчитала убитых.
М-да, с Хеллой она уже расплатилась. Четверо есть, даже с перевыполнением плана. Всего десять человек, отлично.
А сколько надо?
Если б она знала, сколько приехали на авто! Но память Анны молчала…
Попробовать сравнить убитых с воспоминаниями?
Нет, бессмысленно. Анне так по мозгам шарахнуло, что картинки как сквозь кривое стекло видны. Ладно.
Надо бы наведаться к машинам и в часовню. А как? Идти по пересеченной местности? На виду у всех?
Хотя зачем же такие проблемы? Есть черный ход.
Вот туда Яна и отправилась.
О, замечательно!
У черного хода стоял еще один человек с оружием. Стоял, поглядывал по сторонам, остро так, серьезно…
Яна поступила, как рассказывали. Взяла в углу швабру, толкнула дверь, а сама отступила в темноту. В угол…
Мужчина поступил так, как она и предполагала. Повернулся, потом оглядел окрестности, толкнул дверь…
Ага, и прекрасно был виден черный силуэт на фоне светлого прямоугольника. Яна всадила в него две пули, как в тире – в живот и в голову.
Даже не задумалась.
Седьмой, девять осталось. Примерно.
Теперь в часовню.
* * *
Конечно, идти по прямой Яна не могла. Да и не собиралась. Она тут что – в мишени нанималась? До часовни было метров двадцать, не так много, но ведь пройти расстояние надо.
Яна плюнула – и принялась избавляться от юбок.
От лифа не надо – под ним жилет с драгоценностями. В изгнание император и его семья тащили на себе несколько килограммов ценных побрякушек. Чтобы уж точно не жить бедными родственниками.
Панталоны? Да по меркам двадцать первого века – это полноценные шорты-бермуды! Сойдет! Только вот… разрез, конечно. Да на самом интересном месте… ноги выше головы лучше не задирать.