Доминика

Конечно, мама сразу приехала ко мне в школу.
В общем, с тех пор «томатный сок» – это своеобразный секретный код между нами. Когда готовили подарок папе на 23 февраля или на день рождения, всегда при нем его использовали: выйти за томатным соком, или спрятать, или в магазин пойти. Он не понимал, а мы готовили ему сюрприз. И вот сейчас она пытается сказать, что если меня принуждают остаться на ночь, я должна ей дать знать об этом, и тогда она приедет мне на выручку.
– Нет, мам. Мне нравится этот томатный сок, – говорю сквозь смех.
– Ладно, – мама тоже смеется, – надеюсь на твое благоразумие.
Ой мам, благоразумием здесь и не пахнет. Боюсь, я сорвалась в омут с головой.
Возвращаюсь на кухню, а он все еще хомячит еду и смотрит на меня вопросительно.
– Поговорила… все нормально.
– Отлично. Значит, у нас есть еще целая ночь.
– Макс, у тебя всё так просто.
– А почему я должен всё усложнять?! Тебе понравилось, мне понравилось. Мы оба взрослые. Почему мы не можем продолжить? Или у тебя есть парень?
– Нет, конечно. Стала бы я с тобой так тут… эээ… сидеть, если бы у меня кто-то был!
На долю секунды он меняется в лице, а потом как ни в чем не бывало продолжает:
– Тогда в чём проблема? Или я тебе уже надоел, и ты хочешь от меня избавиться?
– Что? Нет-нет.
– Ну и всё, – как маленькой девочке объясняет мне Макс, – Доминика, у тебя здесь есть какие-нибудь фильмы интересные? Интернет подключён?
– Да-да, есть.
– Какие фильмы тебе нравятся?
Поужинав и поговорив о том, что нам нравятся, мы перебрались в зал. Разложили диван, уселись на него, вытянув ноги. Макс притянул меня к себе, и в таком положении мы начали смотреть фильм «Трансформеры».
После моих настойчивых замечаний он все-таки оделся. Сидели в обнимку, целовались, смотрели фильм, и я не заметила, как уснула.
Проснувшись с утра, почувствовала, что все тело затекло и ломило. Осторожно встала, чтобы не разбудить Макса, и поплелась в ванную. Пока умывалась, заметила вчерашнее покрывало, быстро закинула его в стиралку. Пошла и прибрала в спальне. На часах было 6:30 утра, я успевала приготовить завтрак и покушать. Работа рядом – к восьми успею.
Достала фарш из морозилки, кинула его на сковороду и, пока он там размораживался-жарился, начистила картошки и тоже туда закинула. Вскипятила чайник, поджарила чёрный хлеб, положила на стол сыр, масло, сахар.
Из сковородки уже ощущался вкусный запах, и я пошла будить Макса.
– Максимилиан, просыпайся, – тормошу его за плечо.
– Мама? – вскакивает с дивана Максим и смотрит на меня удивлённо.
– Прости, прости. Это я, Доминика.
Макс несколько раз моргает и окончательно просыпается.
– Это ты меня извини. Я тебе уже говорил, твой голос и интонация очень похожи на ее.
– Если хочешь, я буду звать тебя Максим или Макс?
– Нет, называй, как удобно. Не думай, мне не неприятно. Просто непривычно, как будто слышу ее голос.
– Ясно. Я там завтрак приготовила. Просыпайся, умывайся и давай к столу. Потом мне надо на работу идти, – хотела бы я, чтобы сегодня был выходной. Но увы.
Макс пришёл на кухню минут через десять, как раз картошка дожарилась. Ещё я приготовила глазунью, омлет и яичницу.
Макс, увидев все это на столе, удивился.
– Просто я не знаю, что ты предпочитаешь на завтрак. Поэтому – вот! – и показываю на стол. – Бекона нет, заменила его картошкой с фаршем, тоже мясо и тоже насыщенно.
– Да, такое у меня впервые, – смеётся. Перекладывает в свою тарелку яичницу. – А ты будешь завтракать жареной картошкой?
– Нет, утром я не могу есть ничего жареного. Мой завтрак – это два тоста с маслом, соленым сыром и сладким чаем из большой кружки. Кстати, ты обычно кофе или чай пьёшь?
– Кофе.
– У меня только растворимый. Ничего?
– Ничего. Так, значит, ты придерживаешься правильно питания?
– Что? Нет! К сожалению. Просто утром мой желудок никак не хочет принимать что-то жареное, типа яичницы, и горькое, типа кофе. На обед и ужин – пожалуйста, но только не на завтрак.
– Ясно.
– Так, давай кушать и выдвигаться, а то опоздаю на работу.
– Прогоняешь?
– Что? – не понимаю, о чем он. – Ты же тоже работаешь? Или у вас рабочий день с девяти утра?
– Нет, тоже с восьми.
– Тогда что?
– Не знаю. Просто.
Не поняла… ну ладно…
Позавтракав и быстренько помыв посуду, я начала собираться на работу. Благо в квартире было все необходимое: офисная одежда и косметичка.
Макс продолжал сидеть на кухне с телефоном.
– Ну все, я готова. Пошли?
– А где твой телефон, Доминика?
– В сумочке. Почему спрашиваешь?
– Он выключен?
– Да, зарядка села. А что?
– А ты номер офиса своего знаешь?
– Ну да… А зачем он тебе? – уже который раз задаю вопрос, но ответа на него не получаю.
– У меня к тебе предложение… Давай сегодня и завтра останемся тут? Отпросишься на два дня с работы? Сможешь? – и так смотрит в глаза: с просьбой и осторожностью, с боязнью услышать отказ.
– Ну вообще, теоритически, могу. Отчёты я уже сдала, – а у самой такое желание закричать: «Да! Да!»
Он не говорит, что чувствует ко мне, но и расставаться не хочет. Ура! Это же что-то да значит!
– Хорошо, одолжишь телефон, я позвоню на работу, – соглашаюсь.
С работы меня отпустили на два дня и за свой счет. На два самых счастливых дня в моей жизни.
Чего мы только не делали с Максимилианом в эти два дня. В кинотеатр ходили, в парке гуляли, в кафешках кушали мороженку и целовались, целовались, много… очень много целовались. А еще занимались любовью. Снова и снова. И каждый раз – как первый! Максим доводил меня до такого, что я откровенно кричала. Никогда не думала, что такое возможно! В исторических романах такого не было, а читала я именно их. Там только про «нефритовый жезл» и все в таком роде. Но о таких ощущениях ничего!

*****
В понедельник, в одном из офисов города:
– И где Макс?
– Сказал, что на два дня он для нас потерян.
– Серьёзно? Он что, совсем, что ли, охренел? Хочет все испортить? Несколько месяцев работы коту под хвост? Опять с этой девчонкой?
– Да, по ходу.
– Блин! А если эта его прихоть станет общеизвестным фактом, он не думал об этом?