Доминика

Входит его отец и с сожалением в глазах произносит:
– Ника, тут возникли дела в области. Вы не против провести в гостях у Макса еще пару-тройку часов. А на обратной дороге я вас заберу.
«Против! Конечно против!»
Макс как всегда со своей ехидной улыбочкой и с блеском победителя в глазах. А я как мышка, которая попала в плен, и не знает, как из него выбраться.
– Я могу вас и в машине подождать, мне несложно. Чем потом вам придётся из-за меня опять заезжать к Максу.
– Нет, обратная дорога через дом Макса, так что лишнего круга я делать не буду. Да и мне с сыном еще надо поговорить обстоятельно, но сейчас уже нет времени. Пора ехать. Вы готовьтесь, через несколько часов я вас заберу, если вы захотите , конечно, – и ухмылка появляется на его губах.
«Нет, ну что за семейка?! С этими ухмылочками».
– Да, конечно, захочу. Неудобно уже обременять Макса своим присутствием.
– Ну что ты, Ника, – выдаёт ангельским голоском Макс, – ты меня совсем не обременяешь.
– Ну что ж, вот и порешили. Заеду позже. Не провожай, сын, дорогу знаю. Поухаживай за гостьей.
И уходит.
Остаёмся наедине. Не знаю, куда деть глаза. Уже ничего не лезет в рот. А Макс просто сидит и смотрит на меня.
– Что?
– Кушай, кушай.
– Ты что-то подсыпал в еду?
Улыбается с хищной такой улыбкой.
– Ты уже наелась?
– А это на что-то влияет?
– Да, – с довольной ухмылкой произносит, приближая свое лицо к моему.
– Если не перестанешь так пялиться, вся еда так и останется на столе.
– Окей. Давай просто поедим. Нам понадобятся силы.
– Для чего?
– Узнаешь, когда придёт время.
– Ок.
Дальше обедаем в полной тишине, хотя в меня уже толком ничего не лезет.
Постукивает пальцами по столу, будто торопится и его терпение уже на исходе.
– Если тебе надо куда-то уйти, можешь идти. Из-за меня не стоит сидеть дома. Я просто подожду твоего отца в комнате.
Становится некомфортно, от того, что отвлекаю его от важных и запланированных дел.
– Нет, дорогая. Я никуда не тороплюсь. Я хочу завершить обед и приступить к более приятным делам.
Не нравятся мне его слова с подтекстом как-то звучат.
– Ты о чем?
– Ты доела?
– Ты не ответил.
– Я спросил, ты доела?
С ним иной раз бесполезно спорить.
– Да.
Вскакивает со своего места, хватает меня за руку и выводит из-за стола. Я в шоке, повинуюсь всем его движениям, а в себя прихожу, когда он впивается своими губами в мой рот. Яростно, жадно.
Пытаюсь отвернуться, но он фиксирует мою голову своей рукой на затылке и вдавливает в себя. Пытаюсь оттолкнуть его руками, но разве такую гору мышц сдвинешь с места! Решила действовать по старой схеме: приоткрыла губы и ответила на его поцелуй.
Почувствовав, что хватка ослабела уже я хотела ударить его, как он уклонился, и мое колено прошло по касательной, мимо пункта назначения. Отрывается от моих губ, смотрит в глаза затуманенным взором.
– Нет уж, дорогуша. Дважды на одни и те же грабли я не наступаю. А теперь спокойно поднимаемся на второй этаж, в твою спальню. И без фокусов, Ника. Сегодня весь день нас прерывают, а я очень хочу завершить начатое. Вот такой я человек: не останавливаюсь на достигнутом.
– Я не хочу.
– Захочешь.
– А если нет – изнасилуешь?
В его глазах мелькает что-то похожее на смятение и грусть оттого, что я могла такое предположить.
– Я ничего не сделаю против твоей воли.
– Отпусти меня, Макс.
– Не могу, Ника. Не сейчас, когда я тебя наконец-то нашёл.
«Что? Он меня искал? Но зачем? Два года назад я все прекрасно поняла и уехала, больше мы не виделись. Тогда зачем искал?»
– Почему ты выбрал такие трусики?– хочу увести разговор в другую, менее волнительную тему.
– Ты их надела?
«Прибила бы! Ну почему нельзя хоть раз просто ответить на вопрос?!»
– Ты не исправим. Но я все еще жду, почему именно такие?
– После тебя,– с лукавой усмешкой заявляет этот наглец.
– Да, они на мне.
Взгляд сразу устремляется вниз. В его глазах появляется огонек предвкушения.
– Пойдём.
– Стой. Я ответила, очередь за тобой.
– Я хотел увидеть твои звёздочки. Ведь именно благодаря им ты сейчас тут.
Улыбаюсь, беру его за руку и разворачиваюсь к выходу из столовой. Макс в шоке от изменений и послушно идёт за мной. Поднимаемся по лестнице, идём в направлении моей комнаты. Оборачиваюсь, смотрю ему прямо в глаза, ловлю довольный взгляд хищника. Отворачиваюсь, смотрю на свою дверь – уже починили. За пару шагов до нее резко вырываю свою руку, влетаю в комнату и щелкаю новым замком. Секунда… две…
– Ника! – раздражённо кричит Макс.
Тихо смеюсь в кулачок.
– Ника! Немедленно открой эту чертову дверь!
Молчу.
– Ника! – начинает рычать, – не заставляй меня по новой выбивать ее.
– Надеюсь на твое благоразумие, дорогой Максик.
– А на свое? Где ты его потеряла?
– Именно благодаря ему нас и разделяет дверь.
– Ника, лучше отойди от нее.
«Что? Неужели он ее вновь выломает?»
– Ты не сделаешь этого? – предостерегающе произношу. Надеясь, что ошибаюсь в своих догадках.
– Детка, и почему ты опять во мне сомневаешься?
Не успела я сделать шаг от двери, как она открылась… ключом? Да что б тебя!
«Ну все, была не была, последняя попытка!»
Поворачиваюсь в сторону ванной и делаю первые два шага с максимальной для меня скоростью, а потом такие же шаги – в воздухе: Макс подхватил меня за талию и направился к кровати.
– Макс, нет!
– Да, Ника, да!
Кидает на кровать и наваливается сверху, не давая возможности встать. Руками фиксирует мои запястья с двух сторон головы.
Мое нервное пыхтение вызывают смешинки в его глазах. Все мои попытки вырваться из тисков Макса разбиваются вдребезги.
– О да! Как же я люблю этого бесёнка в твоих глазах. Его молнии стреляют прямиком… э… в сердце? – издевается этот нахал, – Нет, намного, намного ниже, – играет бровями, давая понять, что это именно то, о чем я подумала.