Поцелованная Тьмой
«Мой» – заскулил кто-то без слов.
Я выпустил ментальный шуп и осторожно направил его к голове девушки. Кем бы ни был этот неожиданный собственник, он явно имеет отношение к происходящему между нами тремя.
«Да» – умиротворенный вздох-шелест просвистел в сознании малышки, когда я проник туда. Это было не сложно. Она сама открылась мне, и я утонул в безграничных сильных чувствах, затопивших меня, словно океанская пучина, захлестнувших высокими волнами с головой…
«Ты – мой. И он – мой. Мои»
Странная логика.
– Кто ты? – решил закинуть удочку.
«Я – она» – голос словно озадачился моим вопросом. И пока шерстил в поиске источника, добавил:
«Я – зову».
– Ты позвала меня? – вещи начинали проясняться.
«Тебя. И его. И его. И его».
– Четверо? – ревность острыми колючками вонзилась в сознание. Мне захотелось уйти.
«Стой. Ты – мой. Я – зову. Не ревнуй».
– Не понимаю. Хочешь сказать, что это из-за тебя, я примчался в Артезию?
«Да. Но слаба. Нужны остальные…»
– Зачем?
«Необходимо возродить Первых».
– Но ведь мы демоны, а она человек. Мы не можем быть вместе. Никак и никогда, – я был непреклонен. Не хотел потерять то, что совсем недавно обрел, а ранее глупо пытался отказаться.
«Можно. Быть. Стану. Сильнее»
Голос исчез. Оставив после себя недоумение и странную пустоту. Будто я поговорил с кем-то очень близким… родным. Мельком заглянул в воспоминания Камиллы. Быстро проскочил лазарет, Эйнара. Немного замер на эпизоде с браслетом. Вот дает! Достойный ученик, ничего не скажешь. Если я правильно понял, то боль от татуировки теперь перенаправляется на его пару на запястье синеглазого хитреца. Глупо, но я его понимаю. Смотреть, как твоя женщина страдает равносильно пытке в эльфийских казематах.
Я вынырнул из сознания Камиллы.
Девушка похлопала глазами, фокусируя зрение. Сделала вдох, и ее зрачки резко расширились, и через тонкую майку снова проступили напрягшиеся соски. Нет. Она точно сведет меня с ума. Мое тело отозвалось мгновенно, затвердев. Наклонился, намереваясь поцеловать мою платиновую фею… Сомнения, прежде терзавшие меня, отступили. Ведь кто-то очень сильный, позвавший меня сюда, к ней, был точно уверен, что нам можно… Более того. Мы совместимы…
***
Его губы были твердыми и опытными. Запах пепла и пожара будоражил мою кровь так сильно, что я уже видела перламутровое сияние родовой магии. Странно, ведь она реагировала и на Эйнара тоже…
Потом я перестала думать, отдаваясь на волю моего красноволосого демона. Он склонился ко мне, согнув могучую спину, заставив прильнуть еще плотнее, притиснул к себе. Я застонала, подхваченная вихрем безумного наслаждения. Так долго этого ждала, что по щекам потекли слезы.
– Ка-ми, – он по обыкновению растянул мое имя по слогам, – почему ты плачешь?
Азаил сел, утянув меня к себе на колени. Погладил по щеке, стирая прозрачную влагу.
– Я счастлива, – ответила честно. Изловчилась, оседлала мужчину сверху. Наклонилась, впившись в губы. Его ладонь сжала ягодицу, и я призывно потерлась о него, ощущая внушительную эрекцию сквозь ткань спортивных штанов.
Вдруг дверь зала медитаций распахнулась. И мы с Азаилом застыли, как нашкодившие котята. Медленно повернули головы в сторону вошедшего.
Ректор с каменным лицом захлопнул дверь, сделал пасс рукой и я увидела призрачное плетение магии Воздуха, окутавшее комнату. Похоже, охранка от посторонних. В темно-синих сапфирах застыло непонятное мне выражение.
– Магистр ан Бет, адептка Флар, – формально поздоровался ректор, осматривая нас.
Картина ему представилась та еще. Я, ерзающая на блинных ногах Азаила. Одной ладонью оттягиваю красные пряди, другой упираюсь в мускулистое плечо. И сам демон, сжимает меня пониже спины, не выражая даже малейшего желания прекратить начатое. Смотрит на вошедшего нейтрально, словно скрывая что-то.
– Что-то ваше занятие не похоже на обучение медитации или магии Духа, – Эйнар потер запястье с браслетом. Я только сейчас заметила мелкие бисеринки пота на мужественном лице. Он подошел и устало опустился рядом.
Азаил сильнее притиснул меня к себе. А мне вдруг стало как-то неудобно. Я почти замужем и снова сижу здесь с другим. Целуюсь, таю в его руках.
«Нет! Они оба мои!» – мелькнуло и скрылось в голове.
Ректор сделал охотничью стойку. Где-то я уже видела как он становится таким серьезным и настороженным в одно мгновение.
– Азаил? – он почему-то обратился к демону, сидящему подо мной. Тот не спешил отвечать, а повел бедрами подо мной. От этого бесхитростного движения я снова зажглась, потерлась о него в ответ. Заглянула в фиолетовое небо с желтыми звездами.
– С-с… – прошипел Эйнар, схватившись за запястье.
– Господин ректор, – поздоровался, наконец, Азаил, – а мы тут… Экспериментируем.
– Вижу, – твердо ответил ректор, многозначительно смерив взглядом наши сплетенные тела.
– Ты слышал только что? – спросил красноволосый, отпуская меня с колен, усаживая в менее провокационную позу.
– Да. Мы оба? – Эйнар посмотрел на меня, – ее?
Я плохо понимала их разговор. Откинулась на грудь Азаила, тот расположил тяжелый подбородок у меня на макушке. Хорошо и спокойно, но чего-то не хватает… Я поерзала. Вытянула руку, схватилась за синий бархатный рукав, потянула на себя.
Ректор обреченно вздохнул. Подполз ближе, положил ладони мне на бедра. Взглянул поверх головы. Кивнул каким-то своим мыслям, и стремительно накрыл мои губы поцелуем. Легким, но жарким. Опалил меня свежим дыханием и запахом дождя. Быстро отстранился. Я невольно потянулась за его губами, но Азаил прижал меня назад.
– Посиди пока здесь малышка. У меня есть к тебе один вопрос, – прошептали мне на ухо, обдав жарким выдохом.
Эйнар улыбнулся, наблюдая за нами. Почему-то он не ревновал, спокойно следил за действиями магистра магии Духа, покачивая головой.
– Какой вопрос, Азаил? – я повернулась, чтобы заглянуть в аметистовые глаза.
Он вдруг скользнул ладонями по моему животу вверх, прошелся по груди, выдавил смешок на мою реакцию, потом огладил мои плечи, невесомо, очень нежно спустился по коже предплечий к кистям рук. Поднес одну руку, ту на которой не было браслета, к своему лицу, и, не разрывая контакта глаз, коснулся губами чувствительного запястья.
Все как тогда. В таверне.
– Камилла Флар, ты станешь моей женой? – в аметистовых друзах зажегся фиолетовый огонь. Его всполохи поглотили окружающий мир, оставив только его. Высокого, невероятно сексуального, обаятельного и сильного демона с красными прядями волос. И меня с моей странной чувствительностью к его ласкам.