Химия Ее Величества
— Развяжите меня. Я не стану сопротивляться. Просто руки очень онемели.
Тарек сомневался секунду и, продемонстрировав уверенность в себе, разрезал веревки.
— И что же у вас еще в кармане про запас? — Маркас разминал запястья, не пытаясь встать, чтобы не нервировать араба. К тому же он чувствовал слабость в ногах и легкое головокружение.
— Ну например, сегодня вы получили от ваших хозяев информацию о готовящейся бомбардировке базы игиловцев, спешно выехали туда. Все это зафиксировано спутником и с помощью беспилотников. Номер вашей машины, ваши с телохранителем доброжелательные лица. Как вы прибыли в расположение базы, разговаривали с командиром. После вашего отъезда тут же начались лихорадочные сборы и попытка бегства. Повторяю: попытка. Она не удалась, их разбомбили, когда вы отъехали на порядочное расстояние.
— Это была провокация?
— Разумеется. Кому, как не вам, знать, что такое провокация. Вы поднаторели изрядно в этом деле. Доказательств вашей деятельности в Сирии в составе организации у нас хватает. Мы отдадим вас сирийцам, пускай судят. Хотя по законам военного времени… Я бы не рассчитывал на снисхождение. Боюсь, вы не доедете в целости и сохранности до Дамаска. А если и доедете, то не доживете до суда. Местные тюрьмы не такие комфортные, как в Голландии. Здесь на Востоке все сложнее и проще одновременно.
— Мой приезд к боевикам мог совпасть с эвакуацией.
— У нас есть аудиозапись. Я заранее попросил одного человечка из того лагеря сделать запись в кабинете командира.
— Их же разбомбили…
— Так ведь он не дожидался бомбежки и не стал складывать вещички со всеми вместе. Удрал и передал флэшку с записью моим людям.
— Два варианта — Сирия или Россия, — вслух прикинул Макгрегор, понимая, что арабу в самом деле есть чем его прижать. «Как бы и в самом деле не поставили к стенке. Или повесят?» — Впрочем, что я? Спутник, беспилотники… Конечно, Россия. И в чем прок от меня, когда у вас задействованы такие силы и средства?
— Люди выполняют гораздо более тонкие и существенные вещи, чем даже самая суперсовременная техника. Ваш вопрос позволяет мне надеяться, что вы даете согласие работать на нас. Вы же не любите англичан, не так ли? — мягко спросил Тарек.
— Вас смущает мое быстрое согласие или я должен для вида поломаться, поистерить?
— Ни в коем случае! Это лишний раз убеждает меня, что мы имеем дело с человеком умным, практичным и в хорошем смысле слова циничным. Вы из клана Макгрегоров, славившихся своей авантюрной жилкой и так насоливших своим соотечественникам, что их, то есть вас, предали забвению на пару веков всего-навсего. Вы богаты, знатны. Вас не прельщают деньги. Интерес — вот ваш хлеб насущный. Так мы готовы его дать в избытке. Двойной агент — это гораздо больше адреналина, чем просто «химичить» на благо враждебной для вас Великобритании и ее величества под видом гуманитарной миссии.
— Не знаю, чем смогу быть полезен, ведь эту «химию», как вы изволили выразиться, вскорости свернут, а меня эвакуируют, возможно, через Израиль.
— Даже наверняка. Уже есть договоренности, — блеснул знаниями Тарек. — Но вы не забывайте, у англичан брексит. Это грозит принятием многих непопулистских законов и мер и воплощением их в жизнь. Надо же правительству хоть где-то проявить себя. Почему бы не во внешней политике? В маленькой победоносной войне с химическим оттенком. Перевести стрелки внимания собственных граждан на злобного теневого диктатора в лице России, которая «позволила» Асаду утаить часть химоружия, а он, безобразник, применяет его против собственного народа.
Макгрегор испытывал незначительное, но облегчение оттого, что разговор перешел от угроз в конструктивное русло.
— Что вы хотите от меня на данном этапе?
— Весь пласт информации, каким вы обладаете по работе организации. И необходимо сообщать нам о планирующихся акциях, все детали подготовки. Дата, время, место акции. Участники из приглашенных местных. Как вы с ними расплачиваетесь?
— Когда как. Взрослые чаще требуют доллары. Реже продуктами. С детьми — сладостями, хлебом. Ну или платим их родителям, когда покупаем этих живых кукол для съемок.
Тарек дернул плечом, но промолчал.
— Кстати, я не против гонораров, — Маркас протянул руку к сигаретам Тарека, лежащим на табурете между ними. — Можно? — закурив, он выжидающе поглядел на араба. — Как мы будем осуществлять связь?
— Что, Руэридх снял вас с довольствия? Будет гонорар, не сомневайтесь. Наличными — так в вашем случае проще и безопаснее.
Когда араб произнес имя отца, Маркас затаил дыхание. Сомнений не оставалось — он перед ними как на ладони.
Тарек так построил разговор, что, не обладая полными данными о биографии и судьбе агента, он дал ему понять, что знает о нем все. Про Руэридха разузнал Теплов — резидент в Лондоне, обнаружив журнал, где на обложке Маркас с отцом. А из интервью извлек много полезного.
— Роули мертв. Мы преподнесем это англичанам как нападение бедуинов. Те, что не перекочевали от войны подальше, рьяно лупят игиловцев и тех, кто им помогает.
— Они же сунниты…
— У них были стычки с игиловцами, теперь они враги. Мы дадим вам нового телохранителя. Он и будет связным, — Тарек имел в виду Алима.
— Вероятнее всего, мне пришлют другого охранника из Англии. А меня еще, чего доброго, заподозрят в убийстве Роули.
— С чего? У вас был конфликт? — напрягся Тарек.
— Да не особо. Капали друг на друга в Центр. Он мне никуда не давал ездить, остерегал от любых встреч. А я не послушался, — Маркас грустно опустил глаза.
— Вот в таком ключе и оформите шифровку в Центр. Какой вы болван, не прислушивались к Роули, а он оказался прав и сложил лихую голову из-за вашей беспечности. Займитесь самобичеванием. И чем качественнее вы станете это делать, тем лучше. Напишите, что нашли временного охранника из числа бойцов организации.
— У нас сотрудники, а не бойцы.
— А когда помогают отражать натиск правительственных войск с оружием на стороне боевиков, они тоже всего лишь «сотрудники»? Будет вам, Маркас.
— Сдаюсь, — вскинул руки Макгрегор. — Надеюсь, ваша гремучая смесь, которой вы меня опрыскали, не сделает меня импотентом.
— Напротив, взбодрит, — отшутился Тарек. — Вам осталось подписать пару бумажек и составить собственноручно…
— Завещание?
— Ну это никогда не поздно. Я имел в виду биографию, — не выпуская из поля зрения шотландца, Тарек встал и взял со стола папку с чистой бумагой и подготовленным согласием на сотрудничество с российской разведкой.
— Также опишите детали вашей вербовки и всех, кто с вами контактировал с 1994 года из спецслужб. Внешность, имена, предположительный возраст. Поподробнее. Да и вот еще что, — добавил Тарек, когда Маркас подписал согласие и взялся составлять свою биографию. — Мой приятель, который будет вас охранять, профессионал. Не стоит с ним шутить. Он и в самом деле сохранит вам жизнь в случае опасности, но с легкостью и отнимет ее, если почувствует, что вы вознамерились нас надуть. Если вы решите сразу же по возвращении на базу «Белых касок» заявить о произошедшем, вместе с вашим согласием мы опубликуем все данные, о которых я говорил, связанные с деятельностью организации. За вами станут охотиться и сирийцы, и мы. А самое главное, вам не поверят ваши кураторы из МИ6, так как только что вы подписали согласие, датированное первым числом прошлого месяца.