Выше только любовь

– Ты ведь знаешь, что не должен это делать, Дэвид, – произнес Джулиан.
– Мне не сложно. Совсем не сложно.
Натали взяла сумочку и свитер с дивана.
– Готова? – спросил Джулиан. – Я провожу тебя вниз.
– Рад был познакомиться, Натали, – окликнул ее Дэвид. – Я бы снова пожал тебе руку, но… – Он показал покрытые пеной ладони и снова широко улыбнулся.
– Мне он не нравится, – сообщила она Джулиану, как только двери лифта закрылись.
– С чего бы? – рассмеялся он. – Вы же пообщались минуты две от силы.
– Ты же в курсе, что говорят о первом впечатлении.
– Ой, да ладно, Дэвид безобиден.
– Он напомнил мне Урию Хипа. И мне не понравился его взгляд, когда я упомянула, что знаю, кто ты такой.
Парень поджал губы. Двери лифта открылись, и они прошли через лобби, охранник на смене поприветствовал Джулиана и тепло улыбнулся Натали.
– Он не Урия Хип. Это жестокое сравнение и несправедливое.
– Не злись, – тихо попросила Натали. – Я просто…
Джулиан ласково взял ее за плечи и натянуто улыбнулся.
– Дэвид был мне добрым и единственным другом шесть лет. Он немного нервный и слишком рвется меня защищать, но мне он дорог. Пожалуйста, дай ему второй шанс.
– Прости. Думаю, я просто хочу, чтобы сейчас ты проводил больше времени со мной.
Улыбка Джулиана стала светлее.
– Догадываюсь, что ты имеешь в виду. Я попрошу Дэвида звонить, когда он собирается заехать. И со временем вы проникнетесь друг к другу более теплыми чувствами. Саманта, моя бывшая девушка, которую я обещал не упоминать более трех-четырех раз в день…
– Максимум четыре, если ты не против.
Джулиан усмехнулся.
– Саманта доверяла Дэвиду.
Натали едва заставила себя улыбнуться. «Поверить не могу», – подумала она.
– Ладно. Когда увижу его в следующий раз, постараюсь начать все заново. Ради тебя.
– Я это ценю.
Она обняла Джулиана за талию.
– Я уже скучаю по тебе.
Они целовались, пока не приехала машина. Анджело, портье, вежливо прочистил горло.
– Я люблю тебя, – сказала Натали. – Спасибо за все.
Парень вздохнул и крепко обнял ее.
– О нет, любимая. Это тебе спасибо за все.
Она почувствовала, как щеки снова краснеют.
– Не за все.
 
Глава 24
После выходных с Джулианом возвращаться на работу и занятия оказалось непросто. Но Натали в итоге вернулась в строй. Жизнь становились ярче благодаря свиданиям с Джулианом, ночам, проведенным у него или у нее дома, на волнах экстаза или в тихой радости быть вместе. Ее долгие, одинокие дни теперь казались дурным сном, который девушка не хотела больше видеть.
В начале марта ей позвонил Маршалл, и Натали ощутила укол вины: с той ночи в «Кайри» она не разговаривала ни с одним из друзей.
– Позвони ей, – попросил Маршалл. – Пока еще не поздно. Если будешь помнить, почему обижаешься, то забудешь, почему вы вообще дружите, и что мне тогда делать?
– Она должна извиниться передо мной, – заупрямилась Натали, теребя выбившуюся ниточку из диванной подушки. «Разве нет?» Становилось все сложнее вызвать в памяти детали их спора, но девушка не забыла, что тогда говорила вещи, которыми совсем не гордилась.
– Просто сфоткай Пулицеровскую премию Джулиана на свой новый блестящий телефончик и отправь ей. Это все прояснит.
– Только через мой труп, – возразила Натали. – И он ее не получил. Только был номинирован.
– Только номинирован? Что за безобразие.
– Я бы хотела вас познакомить.
– Милая, сезон выплаты налогов схватил меня за яйца и не отпускает. Этот звонок будет стоить мне долларов триста.
– Ну, конечно, – усмехнулась Натали.
– И как дела с сэром Джулианом? Или стоит сказать «сэром Рафаэлем»? – Он вздохнул. – Так сложно в наши дни следить за скрывающимися личностями…
– Потрясающе, – ответила Натали. – Лучше, чем потрясающе. Он автор со множеством наград, но каждую минуту каждого дня заставляет меня чувствовать себя так, словно это ему повезло.
– Потому что так и есть, – заметил Маршалл. – И не забывай об этом.
– О, Маршалл, обожаю тебя. – Улыбка Натали потускнела. – Как дела у вас с Либерти?
– Странно. Как будто она боится дружить со мной. Твои слова действительно сильно ударили по ней. И по мне, наверное.
– Мне жаль.
– Не надо, – произнес он с улыбкой в голосе. – У меня в пятницу настоящее свидание.
– Разве не ты только что рассказывал, будто так занят, что даже говорить не можешь?
– Возможно, я склонен преувеличивать.
Натали просияла.
– Я счастлива за тебя, Маршалл.
– Спасибо, дорогая. И я счастлив за тебя.
* * *
В следующее воскресенье, в ее выходной, Джулиан собирался провести ночь у нее. Он приехал как раз в тот момент, когда Натали проверяла почтовый ящик у входа. Она хотела отвести его наверх, но он отказался.
– Я хочу познакомиться с ними. Нико и его женой.
Натали колебалась. Желудок скручивало от приступа необъяснимой тревоги.
– Ладно, раз ты так хочешь, – согласилась она, надеясь сегодня не застать их в кофейне.
К ее отчаянию, и Нико, и Петра находились на месте. Веселый грек едва не выдернул руку Джулиана из сустава, прежде чем решил, что правильнее будет крепко обнять его.
Петра ущипнула Джулиана за щеки.
– Ты только посмотри на этого красавчика, Наталия! Какие глаза! – Потом она наклонилась к нему и произнесла: – Обращайся с ней хорошо, ладно? Не то я найду тебя и разберусь.
Натали сгорала от смущения, но Джулиан улыбался с искренней нежностью, и они еще поболтали, прежде чем девушка смогла утащить его.
– Что такое? – спросил он, оказавшись в ее квартире.
– Ничего, просто это… странно.
– Почему?
– Просто странно.
– Они любят тебя. Это очевидно. Они бы удочерили тебя, если бы могли. Если бы ты им позволила.
– Наверное. – Девушка уселась на диван и, схватив ближайшую книгу, рассеянно открыла ее.
– Натали…
– Ты бы заменил свою маму? – бросила она и покачала головой. – Прости, я не хотела. Просто… не хочу об этом говорить.
Джулиан взглянул на фотографию с лыжной поездки на полке.