Плоды проклятого древа (СИ)
— Мне уже начинать дрожать от страха? — насмешливо спросила Бакуда.
— У меня за плечами две битвы с Губителями, на две больше, чем у любого из вас. Мой доспех и вооружение протестировала лично Симург и сбежала, роняя перья. А в отношении любого, кто посмеет нарушить покой, у меня полная свобода действий — начиная с быстрого милосердного убийства и заканчивая вивисекцией во славу науки. Всегда мечтал ставить опыты на кейпах.
— Лжешь, — сказала Трещина.
— Проверь, — предложил я.
Из предплечья левой руки выдвинулся фотокинетический бластер.
— Это против правил.
— Правила устанавливает тот, у кого пушка больше. И это не ты, — ответил я. — Не бери заказов в пределах города — и у меня найдутся дела поважнее, чем сдирать кожу с тебя и твоего зоопарка.
Оба 53-х напряглись, рыжая девка-пирокинетик, Саламандра, тоже подалась вперед. Я мысленной командой переключил АВП на микроволновый режим. Пусть дадут мне малейший повод — и я их сварю заживо в собственной крови.
Не дали.
Я разочарованно вздохнул.
— Так дела не делаются, Страж, — заявил человек в костюме со змеей. — Ты уже давно стал героем, и неписанные правила защищали тебя. Но вот ты обрел могущественную силу, и пришел на переговоры, но ты делаешь это без уважения, не предлагаешь дружбу. Ты даже не поздоровался, когда зашел.
Вместо ответа я перегнулся через стол, схватил его за горло и притянул к себе. Его охрана моментально вскинула оружие, но не открывала огонь, опасаясь задеть своего.
— Кто ты? — спросил я, держа лицо своей добычи в десятке сантиметров от своего шлема.
— Я — Выверт! Немедленно прекрати этот беспредел!
— Выверт? — я удивленно наклонил голову. — Но Выверт — суперзлодей. Он обладает силой. Как ты можешь быть Вывертом? Или ты думал, что надел дурацкий костюм, и сразу стал кейпом?
Я вцепился в ткань, скрывающую лицо двойника, и без усилия разорвал костюм. Под ним оказался худой лысый мужчина лет сорока, с рыбьими глазами профессионального убийцы. Злодеи наблюдали за происходящим спокойно, даже с интересом. Я чуть сильнее сжал горло двойника, чтобы придушить, но не насмерть.
— Кто точно не проявил уважения — так это твой босс. Видишь, все пришли лично, все проявили уважение к оппонентам. Один Выверт думает, что он самый умный и ему все можно, и послал вместо себя шестерку. Но так дела не делаются.
Свободной рукой я сжал его кисть и стиснул уже в полную силу. Двойник заорал, когда хватка доспеха начала размалывать его кости. В этот момент нервы одного из охранников не выдержали, и подствольный лазер выплюнул фиолетовый луч мне в лицо. Который лишь бессильно скользнул по поверхности шлема.
Я чуть сдвинул правую руку вместе с зажатым в ней двойником и ответил выстрелом из бластера. Белый луч как ножом срезал руку наемника возле плеча, прошил насквозь стену и растаял где-то в стратосфере.
Я встал со стула и отшвырнул подменыша так, чтобы сбить с ног обоих его охранников.
— Даю вам три секунды. Один…
Повторять не пришлось. Истекающего кровью наемника поддерживал его товарищ, который не пострадал. Двойник шипел и кривился от боли, но никаких больше чувств его лицо не выражало.
Бакуда встала со стула и подошла к оставленному бластером отверстию в стене. Она потрогала его пальцем, и задумчиво прищелкнула языком.
— Так у героев теперь такие методы? — осведомилась Тора.
— С вами, отбросами, по-другому нельзя. Гуманное обращение вы принимаете за слабость.
— Мальчик так быстро вырос. Всего полгода назад бескорыстно лечил людей в Доках, — хмыкнул Кайзер. — Но теперь обнаружил, что пациентов можно не только лечить, но и травить, верно?
— Верно. А еще скальпель режет не только опухоли, но и артерии, — кивнул я и направился к выходу. — Счастливо оставаться.
— Он такой милашка, — пробормотала Бакуда вслед.
Этого никто не заметил, но меня передернуло.
Где-то в офисе СКП консультант Томас Кальверт разбирал отчеты в своем кабинете. В другой линии Выверт пришел на сходку суперзлодеев и выслушивал ультиматум Магистерия.
В линии Кальверта его люди были атакованы и получили серьезные травмы. В линии Выверта Магистерий спокойно зачитал свои требования и ушел.
Выверт пожал плечами и привычно закрыл линию Кальверта.
И оторопело огляделся, чувствуя, как внутренности сжимаются от ужаса. Вокруг него был все тот же тесный кабинет, на столе — ворох бумаг, а висящие на телефоне подчиненные ждали инструкций.
Не та линия.
Это не было ошибкой с его стороны.
Несколько месяцев назад это уже случалось, и виновник был очевиден. Тогда Выверт испугался настолько, что долгое время не решался подступиться к Магистерию. Однако после январской атаки на Неформалов пошел на огромный риск, и приказал своим людям расстрелять Магистерия в его гражданском обличье прямо на пороге дома.
Все прошло идеально. Без своего снаряжения Технарь был практически беззащитен, другими способностями не обладал, и вид разорванного пулями тела доставил Выверту невообразимую радость.
Он начал изучать его, осторожно, всегда держа наготове план, чтобы быстро замести следы в случае помех своей силе. Тогда-то и вскрылись неприятные подробности. Страж очень легко переходил от одобренного СКП уровня применения сил до смертельного. Настолько легко, что это никак не вписывалось в психологический портрет, но то еще были цветочки. Выверт провел несколько экспериментов с похищениями, и тут обнаружилась полная невосприимчивость Магистерия к допросу. Не просто устойчивость, как у тренированных «зеленых беретов», а именно неуязвимость. Наркотики не оказывали на него эффекта, а пытка, стоило ей начаться, превращала пятнадцатилетнего подростка в кровожадного маньяка без капли рассудка, но зато с неестественной силой. После того, как в одной из таких линий ему перегрызли горло, Выверт прекратил эксперименты.
Хуже всего было то, что Сплетница только бессильно разводила руками. Все, что она смогла откопать своей силой в сбрасываемых линиях — это наличие нескольких поведенческих программ, внедренных в мозг на нейронном уровне, и призванных срабатывать при критическом уровне стресса. Но откуда они там взялась, она понятия не имела, и даже под пыткой не сказала ничего нового. Это раздражало Выверта вдвойне.
И вот снова сброшена не та линия. Нанесен серьезный ущерб его имиджу, от с таким трудом подобранного двойника придется избавляться, еще один наемник останется калекой на всю жизнь, а остальные потребуют увеличить плату за риск. Такая угроза его планам была неприемлема.
С этим пора заканчивать, раз и навсегда.
14 апреля 2011
Я ни капли не удивился тому, что после смерти Лунга Пиггот отстранила меня от всех обязанностей. Формально для того, чтобы дать возможность Стражу, у которого на руках умер пациент, прийти в себя. На самом деле… кто ее разберет. Уж точно не потому, что ее вдруг стал заботить я или любой другой кейп под ее началом. Если бы она относилась к нам как к инструментам, это было бы обидно, но понятно. Мы же были для нее сворой бешеных псов, которых можно натравливать на волчьи стаи, но которых постоянно нужно держать в намордниках и на короткой цепи.
Ну и мой случай был немного особым.
Большую часть времени я на нее даже не злился, когда представлял, как ситуация должна выглядеть с ее стороны. Подозревала ли она меня? Почти наверняка она рассматривала версию, что Лунг упокоился не по случайности, а моей помощью. Могла ли она что-то доказать? Нет. Я признался в ошибке под протокол, и доказать наличие умысла невозможно в принципе.
Дело было в пятницу, остальных Стражей сняли с занятий, потому что Протекторат в полном составе пригласили на загородный фуршет, и кто-то должен был заниматься оперативной работой, пока взрослые герои пытаются вежливо улыбаться местному истеблишменту. Серьезно, если бы я был суперзлодеем, и имел осведомителей в СКП хотя бы на уровне девочки с ресепшена, я бы именно на этот день назначил все самые злодейские дела.