Всего лишь полностью раздавлен

– Я знаю, что сегодня, но когда именно?
Я сдул челку со лба и пожал плечами. Серьезно, какая разница?
– Не знаю. Буду импровизировать.
– Не делай это при всех, – посоветовала мама.
– Почему?
– Потому. У него должен быть шанс проявить свои чувства без свидетелей, до того, как все вмешаются, ясно?
Папа дотронулся горлышком бутылки до подбородка.
– Твоя мать явно до сих пор не простила мне то, что я сделал ей предложение перед толпой чужих людей, – заметил он.
– Но тебе крупно повезло, потому что я все равно собиралась сказать «да», – парировала мама.
– Хорошо, что я не делаю предложение, – сказал я. – Ладно. Мне пора и…
– Олли, можно мне поиграть на твоей гитаре, пока тебя не будет? – спросила Криста. Я застыл у двери.
– Я за ней прослежу, – пообещал дядя Рой. – Сегодня будет только очень мягкая игра на гитаре, Криста. Мы – не в рок-группе. Если Олли вернется и найдет на ней еще одну царапину, он запрет тебя в комнате и выбросит ключ.
Он посадил Кристу себе на колени и стал ее щекотать, пока она визжала от смеха.
– О’кей. – Я улыбнулся. – Рокерство, но под надзором. Договорились. Но если я обнаружу царапину, то, имей в виду, футляр от гитары – довольно просторный.
– Поняла!
И я помчался к машине и практически преодолел пространственно-временной барьер на пути к Уиллу. Но почему же я всегда опаздывал?
– Чего так долго? – спросил Уилл, забираясь на пассажирское сиденье.
– Эй, считай себя везунчиком, что я вообще здесь. До Нейпира чертовски далеко ехать только ради кино под открытым небом.
– Оно того стоит, обещаю. Где остальные?
– Они решили ехать в тачке Мэтта. Меня временно исключили из тусовки.
– Придурки. – Уилл ухмыльнулся.
– Но это даже к лучшему, потому что мне надо с тобой поговорить, – сказал я.
Я поставил машину на ручной тормоз и повернулся к Уиллу. Мама сказала сделать это наедине. А другой возможности у нас не будет.
Уилл выглядел настороженным.
– О нет, что?
Оттягивать смысла не было.
– Я поступил в Университет Южной Калифорнии.
– Ох, – выдохнул Уилл.
Он прочистил горло и натянуто улыбнулся.
– Ого, Олли, круто. Просто прекрасно. Когда ты узнал?
– Пару недель назад.
Он нахмурился.
– И ты так долго молчал?
– Я хотел подождать.
– Чего?
– Примут ли меня в Северо-Каролинский государственный университет.
Он пожал плечами.
– И меня приняли, – закончил я.
– А дальше?
– Что случится, если я выберу Калифорнию?
Уилл сглотнул. Теперь он выглядел обиженным. Он недавно поступил на курсы младшего медицинского персонала в Университете Северной Каролины. Потрясающее учебное заведение, но быть еще дальше от Калифорнии оно просто не могло.
– Мы что-нибудь придумаем. Ничего невозможного в мире нет. Например, найдем самые дешевые билеты на самолет и будем по очереди навещать друг друга на уик-энд. Я буду оставаться у тебя на каникулах, если ты не возражаешь, чтобы я пожил у себя. Естественно, ты можешь гостить у меня, когда захочешь, но Лос-Анджелес поинтереснее Чапел-Хилла, поэтому…
– То есть тебе не захочется покончить с нашими отношениями? – спросил я.
– Что? Нет! – У него расширились глаза, и он вздрогнул. – А тебе?
– Вообще нет. Плюс в этом нет никакой необходимости: ведь я буду учиться в Северо-Каролинском государственном университете.
– Что? Стой, серьезно? Ты не шутишь?
– Не шучу. Я просто хотел убедиться, что ты все еще этого хочешь.
– Ты, видимо, пытаешься меня убить? Что за абсурд, с чего бы мне не хотеть?
Я пожал плечами, но на самом деле я знал. После стольких месяцев, когда все выворачивалось наизнанку снова, снова и снова, я постоянно готовился к худшему, ожидал, что вдруг что-то пойдет не так, и хотел это предвосхитить.
Но я ошибся. Уилл меня не бросил.
Он посмотрел на меня, взял за обе руки и улыбнулся так широко, что мог бы пройти пробы в качестве модели в «Пан или пропал» [33].
– То есть мы в следующем году будем минутах в тридцати езды друг от друга?
Я кивнул, а он обнял меня настолько сильно, что чуть не выдавил из меня легкие.
– Слава богу, – прошептал он.
Выбрать Северную Каролину оказалось прям не легче легкого: я все еще скучал по Калифорнии, людям и культуре. Не говоря уже о погоде. Но я не мог отрицать, что в тот день, когда мне пришел конверт со штампом Северо-Каролинского университета, я почувствовал, будто с моих плеч упал груз весом в пятьдесят тонн, который я таскал на себе с тех пор, как получил письмо из Калифорнии. Частично из-за Уилла, конечно. Но не только. Родители решили остаться здесь еще минимум на год, чтобы присматривать за Роем и детьми.
И хотя я скучал по Райану и Хейли, они уже не были моей компанией. Они не знали, как проходили мои дни, а я почти ничего не знал про их жизнь. Мы отдалились друг от друга. И, возможно, это было нормально.
Саид, Эмерсон и Иззи поступили в Университет Дьюка, Северо-Каролинский государственный университет и Университет Северной Каролины соответственно.
Джульетт и Лара – в Северо-Каролинский государственный университет.
А я… я привязался к Северной Каролине, хоть прежде дулся и ныл, когда понял, что надо переехать сюда.
Но теперь я привязался к своим новым друзьям.
Жить рядом с кузенами, дядей и родителями внезапно показалось мне важнее, чем тусоваться на калифорнийском пляже. Тетя Линда ушла, но все остальные были рядом. И я осознал, что это – не навсегда.
Забавно, как может все измениться за семь месяцев.
Когда я припарковался возле машины Мэтта, Уилл выскочил наружу и бросился к ребятам.
– Олли будет учиться в Северо-Каролинском госуниверситете! – прокричал Уилл так громко, что на него даже оглянулись несколько прохожих.
– Эй, это должна быть моя новость! – Я ухмыльнулся, а девочки хором завизжали.
Даже Мэтт обрадованно завопил вместе с Дарнеллом, которого обхватила руками Нив, качаясь с ним из стороны в сторону.