Смерть на выживание или Кто не спрятался - я не виновата! (СИ)
Прожив в гостинице родного городка три дня, Вика успела издалека посмотреть на Женьку с Настей, на свой прежний дом, на расширившееся дядино кафе, самого постаревшего дядю, тётю и двоюродных братьев и сестёр. Она так и не решилась к ним подойти или позвонить, боясь довести до инфаркта: получать письма и посылки «с того света» – это одно, можно всё списать на чей-то розыгрыш, а воочию увидеть воскресшую родственницу – совсем другое. Вика для начала написала письмо Женьке, указав обратным адресом домик на побережье. Брат не прекращал общаться с Изей, так что призрак мог сообщить ему о возвращении сестры, и письмо от Вики не станет для брата слишком большим потрясением.
«Если только Изя не вычеркнул меня из списка своих знакомых: он единственный из домочадцев, кто так и не попрощался со мной перед уходом, – одёрнула себя Вика. – Всё, не вспоминать о прошлом! Последние четыре года – сладкий сон, и не более чем сон! Меня ждут песок и волны, домашнее вино и горячие южные мачо – если долго присматриваться к ним, то наверняка кто-то в итоге приглянется, верно? Если в станице такого не отыщется – отправлюсь путешествовать по свету. Ну не может же такого быть, чтобы на всей земле не нашлось парня, который показался бы мне симпатичным?! Главное – не вспоминать и, упаси боже, не сравнивать! Не вспоминать... Совсем-совсем не вспоминать!!!»
Тоска грызла сердце, не реагируя на уговоры разума. Родные голубые глаза и знакомые черты мерещились ей в каждом встречном блондине, вынуждая вздрагивать и оборачиваться вослед. Парни подмигивали, порой подходили познакомиться, а Вика сухо извинялась, объясняла, что обозналась, и быстро уходила, опустив голову.
Да уж, доведись ей оказаться неупокоенной в таком состоянии – она не продержалась бы в полусвете и часа, шагнула бы в первое же открытое окно. К счастью, на земле она была способна контролировать себя, здесь её волю не ломала атмосфера демонического мира, а все «гештальты» Вика давно закрыла: перед ней расстилалась девственно чистая страница новой, ещё не написанной жизни.
Она шла по пустому городскому парку под холодным моросящим дождём, вспоминая, как когда-то брела по нему в июльскую жару в меховом костюме панды. Тогда её волновало поведение сестры и безденежье, а сейчас сестра замужем и успешно заканчивает институт, в её помощи не нуждается, да и проблема безденежья решена надолго. Казалось бы, живи и радуйся, однако счастье всё не спешило открывать свои объятья, наоборот: оно, похоже, навсегда вычеркнуло Вику из списка своих клиентов.
– Девушка, мне кажется, что мы с вами уже встречались, и наша первая встреча вышла феерической! Не припоминаете? – прозвучал над низко опущенным зонтиком Вики мужской голос. Голос действительно был смутно знакомым, и Вика автоматически подняла голову.
Волосы мужчины были тёмно-русыми – первое, что с разочарованием отметила Вика. Посмотрела в его светло-карие глаза и испуганно ахнула: перед ней стоял Слава. Тот самый, с которым она познакомилась перед отбытием в полусвет, тот самый, что четыре года назад приходил на её похороны!
Мысли Вики заполошно заметались. Что делать?! Сказать, что он обознался и они никогда не встречались? Четыре года – немалый срок для молодого человека, он даже не узнал её с первого взгляда. Да, но она-то как так расслабилась?! Понадеялась на дождь, зонтик и безлюдность парка в разгар рабочего дня!
– Извините, но мы незнакомы, – холодно ответила Вика и отвернулась.
Слава доказал, что не утратил присущей ему нагловатости: он шагнул к ней, ухватился за ручку зонтика и поднял его выше, так чтобы и самому поместиться под Викиным зонтом.
– Не может быть, что незнакомы, – уверенно заявил мужчина, – Лично я совершенно убеждён, что мы далеко не чужие люди. Ты получше приглядись, красавица, не проходи мимо! Подумай: дождь, холод, все сидят по домам, а мы внезапно столкнулись в этом пустынном парке. Не иначе, как высшими силами нам суждено быть вместе!
– Молодой человек, мы незнакомы, – зло процедила Вика, стараясь отобрать зонтик, не поворачиваясь к Славе лицом.
– Поражаюсь современным людям, – укоризненно поцокал языком мужчина. – Совместные ночи для них уже не повод для знакомства! Приватные восточные танцы – тем более, а общие дети – вообще пустяк!
– Какие танцы? – растеряно пролепетала Вика, опуская руки и поворачиваясь. Он её узнал?! Тогда почему не кричит «караул» или что там положено кричать, встретившись на улице с покойницей?
– А, то есть ночи и дети не в счёт, а танцы позволяют рассчитывать на новую встречу? – улыбнулся Слава.
Улыбнулся он до боли знакомо и совсем не как Слава! Вика моргнула и потрясла головой: ей померещилось, что черты лица мужчины начали расплываться и искажаться, что сквозь них проступил другой облик...
Вика сглотнула, отступила на шаг и с силой потёрла глаза. У неё переутомление от последних бессонных ночей! Ей надо выпить лекарство, отшибающее память, иначе она сойдёт с ума!
– Не издевайся над глазами, с ними всё в порядке, – произнёс Слава голосом... Морта. – Клиническая смерть часто даёт людям способность замечать двуличие демонов, а у тебя, долго пожившей в полусвете, эта способность выражена максимально ярко. Я на неё и рассчитывал. Сразу же сказал: получше приглядись, красавица!
Вика уставилась на мужчину во все глаза. Пелена личины Славы окончательно рассеялась, и она увидела своего демона – такого, какой есть, с рогами, хвостом, с самыми любимыми на свете голубыми глазами и шальной улыбкой.
Серое облачное небо пронеслось перед взором Вики – она хлопнулась в обморок прямо в сильные мужские руки.
Вика очнулась от холода положенного на её лоб мокрого платка под бормотание Морта:
– До чего неудобно жить человеком! Магии нет, порталов нет, платок и тот приходится мочить в неработающем фонтане, заполненном дождевой водой! Вик, прекращай разыгрывать умирающую, мать всё равно тебя к вратам не пропустит. Очнулась? Отлично, мне необходим гид-проводник в мире людей. Оказывается, когда летаешь и смотришь, то замечаешь гораздо меньше, чем когда живёшь во всём этом.
– Ты кто? – слабо спросила Вика.
На мужском лице проступил испуг в сочетании с растерянностью:
– Не говори, что у тебя амнезия! – с таким откровенным ужасом воскликнул Морт, что Вика рассмеялась:
– Я имела в виду: человек ты или демон? Ты что-то говорил про неудобство жить человеком.
– Душу изменить невозможно, так что теоретически я остаюсь демоном, а вот практически – я человек. Поменялся телами с твоим давним приятелем Славой, как ты говоришь: махнулся не глядя! Привязка истинных явно действует только на тело демона, а это тело ей неподвластно. Для всех других я выгляжу, как Слава, и являюсь Славой, меня даже его родители без проблем приняли за своего, хорошо, что они в последние годы редко виделись с сыночком. Ты можешь видеть мой исконный облик, наверняка нам ещё встретятся те, кто тоже сможет, но такие ясновидящие молчат о своих прозрениях, если не хотят оказаться в сумасшедшем доме.
Вика недоверчиво всмотрелась в любимого. Да, если посматривать краем глаза и не слишком пристально, то видится Слава, а если взглянуть нормально – то это её Морт.
– Погоди, а Слава дал согласие на такой обмен? – нахмурилась Вика.
– Ещё как дал! Парень оказался тем ещё авантюристом и карьеристом, идея поруководить демонами пришлась ему очень по душе. Он сказал дословно следующее: «Стать высшим демоном и сыном самой Смерти?! Это нереально круто, от таких предложений не отказываются!» Мне об этом Славе из твоего городка Изя поведал и сведения о нём собрать помог. Мои родители, конечно, в курсе замены и прикрывают подсадного сыночка всеми возможными способами, ну и глава Верхней Канцелярии извещён, само собой. Поругался он на меня, но отпуск по личным обстоятельствам длиною в одну человеческую жизнь выписал.