Однажды в Марчелике 3
– Пелла, я же просил!.. – расстроенно заметил Дан.
– Ну просил… Что я теперь могу сделать? Ты знаешь, как иногда хочется вот этого всего: ресторанов, цивилизации, прогулок по набережной… – Пелла вздохнула и достала туристический проспект про Викторин.
– Только не перечитывай вслух! – искренне попросил Дан. – Мне прошлого раза хватило.
– Мне казалось, тебе интересно… – расстроилась девушка.
– Мне было интересно узнать, не перегибаю ли я палку с Альфареро! – буркнул касадор. – Но ты предпочла строить глазки сыщику!..
– Что?! – Пелла возмущённо уставилась на Дана. – Строить глазки?!
– А что, разве нет? – удивился глава вадсомада. – Я, правда, не понимаю, чем он тебе…
– Дан Старган! – Пелла дождалась, когда тот посмотрит на неё, и от души запустила ему в лицо проспектом. – Ты – тупая дубина, Дан!..
Девушка развернулась и пошла назад в лагерь, оставив Дана раздумывать над тем, что он снова сделал не так. В полной растерянности Старган дошёл до воллов и принялся старательно чистить бока Ночке. Животное хотя бы восприняло его благосклонно.
– Одна ты меня понимаешь! – буркнул Дан, старательно начёсывая воллу бока. – Да, Ночка?
Ночка презрительно фыркнула, намекая, что она его тоже не понимает. И Дан решил не разговаривать больше с воллом. Потому что это глупости, которых трезвомыслящим людям надо бы избегать…
Улёгшись на свою лежанку у костра, он ещё долго ворочался в попытке уснуть. И даже не знал, что совсем недалеко лежит обиженная на него вусмерть девушка. И тихонько, чтобы никого не будить, рыдает.
А утром касадоры снялись с места и направились в посёлок Ветренное, где в лекарне лежал несчастный Альфареро. Сыщик приветствовал их сиплым голосом, уже стоя на крыльце с дорожным чемоданом в руках.
– Метен, постарайтесь больше не подставлять горло! Хотя бы в ближайшее время! – посоветовал ему лекарь. – Я, конечно, постарался сделать так, чтобы и следов не осталось, и голос восстановился…Но если вас ещё разок попробуют душить, всё сразу исправить уже не получится. Дайте хотя бы зажить ране!
– Спасибо, метен, – благодарно кивнул сыщик, забираясь в седло своего нового волла. – Надеюсь только на ваши изумительные способности!
– Куда теперь, метен Альфареро? – уточнил Дан, когда отряд отъехал подальше.
– Нам нужен городок Вальд, – сказал сыщик. – В сам городок соваться не будем. Всё, что можно было, я там уже узнал. К северу от него находится нужная вырубка. Кстати, метен Старган, что это с прелестнейшей мешо Флинт? И почему она делает вид, что вы ей совершенно безразличны?
– Обижена… – ответил Дан, заметив, что отряд чуть отстал, и Пелла на сей раз и вправду предпочла не ехать вместе с ним и сыщиком. – Как вы догадались?
– Ну, я сначала думал, что она обижена на меня. За ту фразу про её рост… – признался Альфареро. – Но сейчас… По ряду признаков в её поведении я склонен предположить, что она жутко обижена на вас. Уж очень показательно она общается со всеми спутниками, старательно не глядя в вашу сторону.
– Понятно… Мы… Немного повздорили! – признался Дан.
– А, ну тогда… Попробуйте откупиться цветами! Или каким-нибудь украшением! – предложил сыщик. – Я не силён в этой социальной механике взаимоотношений, но знаю, что подкуп женщины воспринимают благосклонно. Во всяком случае, от близких людей.
– На Марчелике в этот сезон нет красивых цветов. А нормальные украшения разве что в Викторине, куда бы я пока не хотел возвращаться… Как думаете, метен Альфареро: пачка денег сойдёт в качестве извинений? – поинтересовался Дан, сохраняя самое серьёзное выражение лица.
– Обычно пачка денег выглядит оскорбительно для молодой девушки… – удивлённо начал отвечать сыщик, а потом всё-таки догадался. – А-а! Это был юмор!..
– Да, так и есть! Ваш совет неплох. Но, к сожалению, я не могу его осуществить… – признался Дан. – К тому же, было бы хорошо знать, за что извиняться. А я так этого и не понял…
– Вот как? Это интересно… – с этими словами Альфареро погрузился в размышления, предоставив Дана самому себе.
Чтобы не скучать, касадор достал карту окрестностей, расстелил её на горбе Ночки и стал продумывать будущий путь отряда. Хотя нет-нет да и прислушивался, что там говорит Пелла у него за спиной…
Г. Сан-Валентино, Марчелика, 27 марта 1937 года М.Х.
– Помнишь меня, ублюдок? – улыбнувшись одними губами, Крист склонился над привязанным к стулу жендармом.
А жендарм Уолли побледнел. О да, он помнил этого человека… Тогда, в октябре тридцать пятого года, поведение этого аристократического хлыща казалось забавным. Какой-то староэдемский пижон приехал в Сан-Валентино со своей девкой. Ещё и с какой-то странной целью, которую жендарм Уолли давным-давно забыл. Он вообще вспоминал о том случае, только когда хотел похвастаться, как однажды пинал настоящего аристократа.
В общем, того хлыща нашли на старом кладбище. Рядом с мёртвым ривом. Он что-то лепетал о своей подружке, о каких-то сапогах, о предателе-касадоре… И никак не мог внятно объяснить, почему решил отдохнуть рядом с трупом, да ещё и на кладбище. Ох, как же они с ребятами тогда посмеялись над аристократишкой…
А вот теперь Уолли было как-то несмешно. Одно дело – избивать староэдемского хлыща, отобрав у него оружие и пользуясь тем, что тот после оглушения едва стоит на ногах… И совсем другое, когда этот хлыщ стоит перед тобой в форме трибуна староэдемского легиона. В то время как его сослуживцы методично превращают город в руины…
Сопротивление в Сан-Валентино было подавлено не просто быстро, а очень быстро. Наученные опытом солдаты экспедиционного корпуса теперь сначала обрабатывали место высадки артиллерией, не жалея снарядов – и только потом высаживали десант. Хорошо ещё, если население успевало сбежать…
Сан-Валентино эвакуировался по всем правилам. Людей отправили в лагерь беженцев в отдалении, а войска распустили, оставив в городе только жендармов. Обычно после такого высадка проходила быстро и бескровно. Однако тут что-то сразу пошло не так… И теперь Уолли примерно понимал, что именно.
Причина нелюбви староэдемцев к Сан-Валентино стояла над ним, нетерпеливо пристукивая носком лакированного сапога по полу…
– Давай-ка я ещё раз задам тебе тот вопрос, который задавал пару лет назад! – не переставая улыбаться, спросил Крист. – Кто похитил аристократку Пеллу Флинт 22 октября 1935 года на старом кладбище этого сраного городка?
– Да откуда же я знаю! Мы её не нашли! Метен, пожалуйста, отпустите меня! – заверещал Уолли, у которого и мысли не возникло о том, чтобы сохранить достоинство и честь в такой неприятной ситуации.
– Неправильный ответ… – Крист стёр улыбку со своего лица. И кивнул легионному мастеру заплечных дел.
– Метен! Метен, не надо! – закричал Уолли. Ему совсем не хотелось знакомиться с мрачным солдатом, который раскладывал на столике странные инструменты.