Сдавайся, колючка!

Рассчитывать Ромул может на что угодно, но придется обломаться.
– Ну, ладно. Сейчас он на пике формы, а что с ним будет через лет десять?
– Мне кажется, у Ромулова есть еще в запасе лет тридцать, – в нашей команде только он и оба гида шли без одышки. Хотя рюкзак на Азамате был раза в три больше, чем на других парнях.
Ромул иногда обводил всех отстающих взглядом, на нас с Дэном задерживался дольше, чем на остальных.
Дошли…  точнее, доползли мы до привала. Наши портеры устроили его под кронами небольшого островка деревьев. Солнце стояло в зените. Жара не такая, как на равнине, но от усталости перед глазами все плывет. Наши носильщики встретили нас танцами и плясками. Мы присоединились, движения были простыми, да и слова песни тоже. В конце «акуна-матата» и громкий заразительный смех. Как оказалось, это гимн, который поют все туристы, совершающие восхождение на Килиманджаро. На самом деле этот танец зарядил нас немного энергией.
Мы обтерлись салфетками,  смоченными в прохладной воде, и стали накрывать на стол. Повара взять с собой нам было не по карману, поэтому все сами.
Ромул с гидами проводили осмотр, записывали все показатели в специальные карты. Я оказалась последней. Прислонившись к стволу дерева, прикрыла глаза.
– Жанна?
– Я не сплю, – протянула руку, чтобы мне померили давление.
– Как ты себя чувствуешь?
– Как после первого дня в тренажерном зале. К концу путешествия сброшу все лишние килограммы.
– Я не заметил у тебя ни одного лишнего, – улыбаясь, ответил Азамат.
– Конечно, не заметил, ты ведь не сова, чтобы ночью видеть.
– Голова не болит?
– Нет, я чувствую себя отлично.
– Вот и молодец, – записал он последние показатели и передал планшет гидам.  – Отдохнем немного, и можно выдвигаться. Завтра-послезавтра мышцам проще будет.  
– Идти жарко.
– Не так жарко, всего двадцать пять градусов.
– Меня бы устроило в два раза меньше.  
– Подожди несколько дней, и твое желание сбудется.
– Начнутся дожди и холод? – усмехнувшись, спросила я.
– Не исключено, но это не так страшно, как вероятность пожаров, тогда нас придется эвакуировать.
– Здесь бывают пожары? – настороженно.
– Были несколько раз. Начинались они на базах отдыха. Не пугайся, в этот раз ничего не случится.
– А Кили может проснуться?
– Такая вероятность существует, он ведь действующий вулкан, находится в пределах разлома земной коры. 
– Пожары тогда покажутся нам детской шалостью.
– Ничего не произойдет, Жанна.
– Доктор, так вы еще и сейсмолог?
– А ты разве не знала? – его присутствие не напрягало, даже когда мы перестали общаться. Я прикрыла глаза и откинула голову на ствол дерева…  
Отсидевшись в тени и немного подремав, мы двинулись в путь. Носильщики вновь оставили нас позади. Темнело, когда мы приблизились к лагерю. На возвышенном пространстве стояли палатки. Мне не хотелось ужинать. Умыться бы немного и спать.
Гиды показали, как можно спуститься к реке, чтобы умыться. Взяв с собой мыло и полотенце, мы с девчонками направились к воде.
Папа, все тут в порядке, есть где «душ» принять.
– Не знаю, как вы, а я полностью искупаюсь, – скидывая с себя одежду, произнесла Ирка.
Я уже разделась и залезла в речушку. Вода не достигала даже колена, но это был такой кайф…
– Блин, она ледяная! Хоть бы предупредила, – смеясь и пища, произнесла Вика.
– Давайте быстрей, пацаны тоже хотят искупаться, – бросила Ленка.
Резкий звук треснувшей ветки  привлек наше внимание. Мы перестали  смеяться, кто-то чужой был совсем рядом…
    
Глава 17
Жанна
– Смотри, у него глаза в темноте светятся, – завизжала Вика, больно схватившись за мое плечо.
Все разом ее поддержали, кроме меня. Я отходила к своим вещам. Прикрыться бы успеть. Сейчас на нас зверь накинется, а мы тут голые, кто бежит, кто кричит, кто упал и сдался.
Трусы натянуть успела, когда наши защитники подоспели. Грудь руками закрыла.  В этот  миг «зверь» показался из-за кустов. Мужик в темной одежде, да и сам он был настолько черным, что только зубы и белки глазных яблок можно было увидеть.
– Вы что так орали? – набросились парни на нас.
– Все в порядке? – ко мне подошел Ромул, обнял за плечи.
– Мы подумали, что это хищник, – то ли откат начался, то ли после ледяной воды очень ощущалась прохлада, но я стала дрожать.
Гиды и тот мужчина о чем-то громко спорили. «Хищник», махнув раздраженно рукой, скрылся среди деревьев.
– Он работает носильщиком. Тут недалеко устроила базу еще одна группа, он спустился к воде, – на английском отчитался гид Азамату.
– Он за нами подглядывал! – возмутилась Вика.
Парни вспомнили, что они защитники, и решили помахать кулаками после драки. Непонятно зачем они рвались в чужой лагерь. Наверное, чтобы бравые носильщики им люлей надавали.
– Ты уверена, что он подглядывал?
– Откуда я знаю? Может, и правда за водой пришел, а тут мы голые светимся, почему бы не совместить приятное  с полезным? Он хоть и черный, но мужик, – я была зла.
Напугал так, что я до сих пор трясусь. Трясусь в теплых объятиях Ромула. На мне лишь трусы, одетые впопыхах. Грудь прижимается к мягкой флисовой кофте,  а кажется, будто мы оба голые. Он гладит меня по озябшей спине, горячие руки заставляют бегать мурашки по моей коже.  Воображение – страшная штука, а ночное воображение еще и опасно...
– Куда вы собрались? – громко рыкнул Ромул, когда парни вознамерились в одежде переходить воду. – У вас запасные ботинки есть? Или вы надеетесь, что за ночь высохнет?
– Какой хрен за нашими девушками подглядывал, мы должны в стороне стоять?! – распетушился Славка. Дать бы ему, чтобы не выделывался!
Гиды не поняли ни слова из нашей речи, но догадались по поведению ребят, что те замыслили что-то нехорошее, поэтому поспешили объясниться с Азаматом.
– Всем стоять на месте! Бараса уверил меня, что по возвращении проведут расследование, если этот парень подглядывал, его уволят с работы.
– Устроили тут, – возмутилась Ленка и полезла в воду. – Посмотрел негр на белые сиськи, и теперь его с работы уволить должны? Чем он семью кормить будет? Наши гиды и носильщики уже несколько минут с наших белых задниц взгляд не сводят, пока вы тут спорите, и ничего! Защитники нашлись! – парни поспешили прикрыть «невинные» тела своих красавиц после ее речи. Дэн вообще стоял в стороне, а после развернулся и ушел. –  Меня, в отличие от вас, мужики не греют, а я уже околела,  проваливайте и дайте помыться!