Книга

Отчего-то сейчас это кажется мне даже более важным, чем то, что ко мне обращаются "Вирата", чем странные имена, более чем странная обстановка и мои изувеченные руки.
— Вирата Крейне, успокойтесь, прошу вас, для вашего же блага… — холодная жидкость выплеснулась мне на кожу, и я взвыла, ощущая нестерпимый обжигающий жар в предплечьях и новый виток тошноты. Хрупкая на вид женщина, как оказалось, обладала поистине стальной хваткой и реакцией дикой кошки: она тут же прижала мои ладони к камню, одновременно придавив коленом бёдра. Однако голос её продолжал оставаться тихим, извиняющимся и успокаивающим:
— Потерпите немного, ещё шаг и станет легче!
— Воды!
— Вирата, воды нет, сейчас ранний солнцестой, вода будет только к вечеру.
— Что это такое?!
— Яд рогатой випиры, обработанный магом-лекарем, Вирата. Я прошу прощения за приченённые неудобства, но яды проще впитывают магию, так что…
— Вирата — обращение к коронованной особе, — прохрипела я. Казалось, яд проник сквозь кровавые порезы в кровь, разнёсся по телу, проник в каждую клетку, в сердце, в мозг, сковал лёгкие, не давая дышать. Я цеплялась за несостыковки просто для того, чтобы думать хотя бы о чём-то ещё, кроме опаляющей тело боли.
— Совершенно верно, Вирата Крейне.
Имя было смутно знакомым.
— Вират Тельман, — боль резко усилилась и внезапно схлынула, оставляя меня обессиленной, почти ничего не соображающей.
— Вират Тельман ваш законный супруг, Вирата Крейне, — лекарица понизила голос почти до шёпота, в темноте, подкрадывающейся к глазам, я цеплялась за него, продолжая слушать и отвечать, чтобы не потерять сознание. — И вам необходимо срочно поправиться и никому не говорить о том, что вы сделали, потому что Вират Тельман требует вас к себе. Требует вас обратно. Для вашего же блага лучше утаить шаг этой слабости от Его Величества…
— Куда требует?
— Во дворец, конечно. Сейчас во дворе Радужного поместья стоит королевский отряд во главе с одним из стражей короны. Ждут вас.
Дурнота отступила окончательно, чего нельзя было сказать о слабости. Вин Ра выпустила мои дрожащие и всё еще горячие руки, и я уставилась на почти чистую кожу. Воспалённые припухлости вокруг бордовых рубцов пропали, как, собственно, и сами рубцы, остались только белёсые, едва заметные следы, словно порезы были нанесены несколько лет назад. Если не приглядываться, то незаметно. Я провела по ним пальцем. Никакого грима. Вот так фокус.
— Кто это сделал?
— Это сделали вы сами, Вирата. Разбили один из светильников, и… Вы потеряли много крови. Вам нужно беречь себя, сейчас вашей жизни ничего не угрожает, но яд рогатой випиры — слишком радикальный метод лечения. К сожалению, у нас мало времени.
В дверь постучали, настойчиво, хотя и тихо, и лекарица соскользнула с кровати.
— Платье для Вираты Крейне Криофарской! — произнёс за дверью уже знакомый голос молодой, скептически настроенной девицы Си Ан, который я слышала сразу после того, как проснулась.
Крейне, Крейне… Ну, конечно! Её имя выпало из памяти, но я вспомнила. Сосланная в одно из заброшенных, но ещё не разграбленных поместьев Радужного района Криафара нелюбимая жена вздорного правителя придуманного мною каменного мира.
Почему я — это она?..
Нелюбимая, ненужная. Эпизодическая роль. А ведь Крейне должна была тихо и незаметно умереть перед отбором невест, однако вместо этого — пришла в себя. Этой сцены даже в плане не было и быть не могло. Я рефлекторно погладила шрамы на внутренней стороне рук. Снова поглубже запахнула халат на груди, посмотрела на почтительно склонившую голову женщину, стоящую изваянием у каменной кровати и, откашлявшись, произнесла, немного повысив голос:
— Входите.
 
Глава 18. Криафар
Девушка, светловолосая, юная и свежая, несмотря на худобу и тёмную обветренную кожу лица, почтительно протягивает мне нечто струящееся и белое. Смиренное выражение на лице не скрывает сочащуюся из-под опущенных ресниц хитринку: я успеваю заметить быстрый острый взгляд, брошенный на мои руки.
Если это игра, то игра высшего уровня для такой проходной эпизодической роли.
— Как тебя зовут?
Если она и удивилась, то виду не подала. Пробормотала, так и стоя с платьем в протянутых руках, не поднимая глаз:
— Так Си Ан, Вирата.
— Как меня зовут?
Лекарица явно хотела вмешаться, но я махнула на неё рукой, и женщина примолкла.
— Вирата Крейне.
— Я больна?
Си Ан и лекарица переглянулись.
— Уже всё хорошо, — почти подобострастно заявила служанка — или сиделка. — Вин Ра хорошо вас подлечила, может быть слабость, но во Дворце всё уже пройдёт, и не вспомните.
— А сейчас я где нахожусь?
Новый обоюдный взгляд с признаками явного беспокойства.
— Вы временно пребывали в одном уютном замечательном поместье в Радужном районе, где о вас заботились, с вами хорошо обращались, вам давали всё необходимое, пока вы… восстанавливали силы и душевное спокойствие. Но сейчас на улице вас ожидает… м-м-м… ожидают… те, кто сопроводят вас во дворец к Вирату Тельману. Нам жаль расставаться с вами, Вирата, но Его Величество скучает без вас…
— Так хорошо обращались, что я перерезала вены, — я взяла из протянутых рук девушки белую мягкую, кажется, немнущуюся ткань. От моих слов и служанка, и лекарица одновременно вздрогнули и отпрянули от меня.
— Это была случайность! — Си Ан наконец-то подняла раскрасневшееся лицо. — Разумеется, упал лампин, разбился вдребезги, вы споткнулись…
— Ну-ну, — я погладила едва ощутимые шрамы на предплечьях. Хороше же я упала. Вставала и падала, вставала и падала, раз тридцать. — Думаю, Вирата заинтересует, почему здесь оказались такие скользкие полы…
Сама не знаю, почему я так легко подхватываю эту безумную игру в персонажей моей последней недописанной книги. Может быть, я еще не до конца пришла в себя и принимаю реальность за сон — или наоборот. Из-за этого ощущения, а ещё потому, что они так явно пресмыкаются передо мной, легко почувствовать власть и свободу. Это пьянит, даже если это только розыгрыш.
Си Ан и Вин Ра одновременно опускаются на колени синхронным, словно бы отрепетированным, движением, сдвигают волосы в сторону, обнажая шею. На основании шеи и у той, и у другой — узкий багровый шрам в виде крестика. Неисцеляемый знак людей гильдии труда, не всех, только тех, кто работает или работал когда-то в Каменном Замке.
Обнажение шеи — знак полной покорности…
Мне показалось, что головокружение возобновляется.
— Вирата, — прошептала молодая служанка. — Мы действительно заботились о вас, как могли, целых два года. Да, мы не могли позволить вам уехать, на то был приказ Вирата Тельмана. Мы не имели возможности ослушаться.