Амаира Первого дома

— Нападения? Нет, — покачала головой принцесса.
Поток слез иссяк. Шарлинта вздохнула, представив, как она выглядит со стороны в данный момент. Вся в дорожной пыли, растрепанная, зареванная. Красавица.
— Что она могла мне сделать этой тупой железкой? Поцарапать?
Лин попыталась выпутаться из объятий Равенеля, чтобы встать с его колен, но амаинт ей не позволил. Все три брата смотрели на нее в ожидании, требуя объяснений.
— Я умыться хочу, — вздохнула Шарлинта. — Я испугалась, не нападения, а того, что буду вынуждена произнести приговор. Нападение на члена королевской семьи карается смертью на месте. А я ни разу не была еще в роли…палача.
Последнее слово принцесса произнесла еле слышно. Даже от мысли о чьей-то казни внутри все леденело. Но и составлять подобное без наказания, как сегодня, было чревато.
От неожиданного прикосновения к уху девушка вздрогнула. Икрей провел пальцем по неприметному колечку из лунного металла.
— Почему оно не сработало тогда на берегу?
— Оно реагирует на намерение нападающего убить или покалечить, — пояснила Лин, и, не удержавшись от сарказма, добавила. — К воспитательным моментам это не относится. Можно я встану?
Равенель как будто нехотя отпустил ее. Принцесса прошлась по номеру, осмотрелась и остановилась у окна, выходящего не на двор таверны, а на лес за ней.
— Это моя комната? — спросила Шарлинта, ни на кого не глядя.
— Мы не можем оставить тебя совсем одну, — ответил старший амаир. — Придется тебе выбрать, с кем из нас разделишь эту комнату.
Принцесса обернулась к амаинтам.
— Серьезно? — недоверчиво переспросила она, вглядываясь в их лица. — Кто-то мне женское сопровождение обещал во дворце. Прямо не знаю, кто из вас больше на роль камеристки подходит.
С одной стороны, Шарлинта понимала, что после произошедшего сегодня посторонней женщине амаинты ее не доверят. С другой стороны, она пока невеста, а не жена, и вроде бы в интересах амаиров как раз беречь ее репутацию.
— Впрочем, мне все равно, — решила принцесса, не дав Равенелю что-то возразить.
К дьяволу репутацию. Очередного выяснения отношений, девушка бы не перенесла. Хотелось помыться и лечь спать. Может еще и съесть что-то перед этим, если сил хватит.
— Хоть все втроем оставайтесь, если уместитесь на этой кровати. Я лягу здесь.
Принцесса кивнула на небольшой узкий диванчик, стоявший вдоль одной из стен.
— Я устала и хочу спать, — пояснила свой ответ Шарлинта амаинтам, почему-то застывшим молчаливыми столбами после ее слов. — Но мои вещи остались внизу. Сумка, конечно же, зачарована от кражи, но мне было бы спокойней, если бы кто-то из вас ее принес.
Удивительно молчаливый Икрей метнулся за дверь. Шарлинта открыла дверь в купальню. Примитивный водопровод, один кран, видимо вода только холодная. Принцесса застыла в невысоком проходе, вцепившись пальцами в дверной косяк. Только теплая рука Трейвента, обхватившая талию девушки, не дала ей упасть.
— Почему вы такие горячие? — невпопад спросила Шарлинта, опираясь на амаинта.
— Мы же драконы.
Принцесса не видела в этом момент лицо среднего из братьев, но по голосу слышала, что он улыбается. Трейвент, все еще удерживая девушку, посторонился, пропуская в купальню старшего брата. Равенель открыл кран, наполняя деревянную кадку водой.
— У Дэра магические каналы пережаты в двух местах, — вспомнила вдруг Шарлинта. — Может, и не в двух, конечно, все-таки меня отвлекли.
Она задумчиво потерла кончик носа. Даже после произошедшего, или, точнее, тем более после произошедшего, мальчику хотелось помочь. Шарлинта помнила его взгляд и улыбку. Дэр ни на секунду не сомневался в том, что она не сможет сделать ничего плохого.
— То, что сработал защитный амулет, — продолжила принцесса, борясь непослушными пальцами с завязками плаща и пуговицами жилета. — Почувствовала вся семья. Дед догонит нас сам. Надеюсь, я успею к этому время хотя бы выспаться.
Равенель закрыл кран и магией подогрел воду. Шарлинта забрала сумку у вернувшегося Икрея, подождала, пока амаинт освободит купальню, и перешагнула порог.
— Вы только стучите из-за двери каждые пять минут, — попросила принцесса, прикрывая зевок ладошкой. — Чтобы я не уснула в воде.
Проснулась Шарлинта в полной темноте от скрутившего желудок голода. Вечером ее хватило лишь на то, чтобы быстро смыть с себя дорожную пыль и отыскать в вещах вполне целомудренную ночную рубашку с длинными рукавами и подолом в пол из плотной ткани. Щеки вспыхнули горячим румянцем. Мало того, что она умудрилась выйти из купальни в одной этой рубашке, так еще и вещи, в том числе грязные, оставила там. Теперь нужно было тихонько встать с дивана, чтобы не разбудить трехипостасных, отыскать в темноте свою одежду и обувь и потом спуститься на первый этаж, в поисках чего-то съестного. Неисполнимая задача.
Когда глаза немного привыкли к темноте, Шарлинта приподнялась на диване.
— Проснулась, маленькая?
От шепота, раздавшегося слишком близко, принцесса вздрогнула. Скорее от неожиданности, чем от страха. Так ее мог назвать только один нелюдь, единственный, кому она немного доверяла. Трейвент сидел в кресле, установленном рядом с диваном у изголовья девушки. На кровати виднелось два силуэта. Получается, что двое спали, а третий караулил ее сон. Непонятно только, от какой такой опасности принцессу так оберегают. Желудок жалобно запел, нарушая тишину.
— Кушать хочу, — немного покраснев, прокомментировала Шарлинта.
Трейвент тихо рассмеялся. Его смех с необычными, как будто рычащими интонациями, теплой волной прокатился внутри принцессы.
— Только мне умыться нужно, — смущенно улыбнулась она, выбираясь из-под теплого одеяла. Она не дракон, и вообще всегда отличалась повышенной мерзлявостью.
Трейвент подхватил девушку на руки и опустил на пол уже возле купальни. Осветил небольшое помещение магическим шаром, осмотрел внимательно, как будто кто-то мог поджидать там принцессу ночью.
Шарлинта в очередной раз покраснела. Ее, уже абсолютно чистые вещи были сложены аккуратной стопочкой на табурете у двери. Кто-то из амаинтов позаботился. Девушке после ванны хватило сил только дойти от купальни до дивана и рухнуть уже в приготовленную опять кем-то из братьев постель. Нужно было поблагодарить за заботу, только слова никак не подбирались.
Под заунывные песни желудка Шарлинта быстро умылась, пригладила распущенные волосы. После света в купальне, темнота в комнате снова показалась абсолютно чернильной. Принцесса сделала осторожный шаг, боясь наткнуться на мебель, и Трейвент снова подхватил ее на руки.
Передвинутый к окну стол был буквально заставлен едой.
— Это недельный запас? — рассматривая в лунном свете широкий выбор овощей, мяса, сыров, булочек, о котором опять же амаинты позаботились заранее, спросила принцесса. — Я столько точно не съем.