Вспомни меня

У меня тут же закалило кончики ушей. Зачем она спросила об этом именно сейчас? При нем? Почему днем, пока мы были вдвоем, мачеха не задавала таких вопросов?
Пока я думала, как бы свернуть с этой темы, подключился отец:
— Давай-давай, Яна, рассказывай, а то мы тут с Настей все извелись, думая о том, с кем ты там. От тебя ведь ни слова об этом не было.
У меня на миг возник порыв сказать «ни с кем», но это было бы неправдой, а я никогда не любила врать отцу.
— Есть молодой человек, — наконец выдавила из себя признание, и тут же почувствовала на себе цепкий взгляд.
Мне бы воздуха, а то дышать не получается.
— Как здорово, — радовалась Настя. — Хороший?
— Да.
— Умный?
— Будущий врач, — теперь чужой взгляд просто вспарывал наживую. Я боялась смотреть на сводного брата.
— И как давно вы вместе?
Ну зачем это сейчас? Ведь так хорошо сидели, разговаривали о погоде, цветочках, тортиках и на тебе.
На меня смотрели все присутствующие, и под их пристальным вниманием я мечтала только об одном — провалиться сквозь землю.
— Давно? — нетерпеливо повторила Алиса, будто понимала, о чем идет речь.
— Со второго курса, — я будто призналась в преступлении.
— Надо же и все это время молчала. Не думал, что у меня дочь такая скрытная.
Я покраснела. И вовсе не от того, что посмела утаить от родителя информацию о своей личной жизни, а от того, что все-таки взглянула на Ершова. Он смотрел в ответ, и в его угрюмом взгляде, ничего нельзя было разобрать. Только такое чувство возникло, будто на меня упала стотонная плита. Придавила и не дает пошевелиться.
— Да все как-то нужного момента не было для таких разговоров, — я смущенно улыбнулась, хотя было совсем не весело. Макс меня очень сильно напрягал и своим взглядом, и своим молчанием. Уж лучше бы, как обычно, какую-нибудь гадость говорил, да вредничал. Чем вот так. Молча и холодно.
— Конечно, нужного момента она найти не могла, — продолжал ворчать отец. — Еще скажи, что жениться собрались!
Мне совсем подурнело. Я уже почти была готова вскочить со стула и убежать к себе в комнату.
— Значит, все-таки собрались? — тут же встрепенулась Настя.
Да что ж вы все ко мне пристали!
И снова за столом загалдели, одновременно задавая миллионы вопросов, а я не знала куда деваться от стыда. Этот разговор должен был состояться не здесь, и не так.
И не при Максе!!!
— Летом хотели. После того как закончим учиться.
— И ты молчала?!
— Вот говорю, — я уже начинала злиться. Как дворняжка, которую загнали в угол.
— Мы его даже не видели.
— Увидите.
— Как зовут?
— Олег.
Дальше вопросов становилось все больше, я только успевала отбиваться, обливаясь холодным потом. Настя, умиленно, сложив руки на груди, расспрашивала о том, как он выглядит, какой у него голос и цвет глаз. Отец грозно выспрашивал про родителей и вообще походил на бойцовского петуха, готового защищать свою кровиночку от какого-то проходимца.
А Ершов молчал. Копался вилкой в тарелке, лишь изредка вставляя какие-то скупые реплики. На меня он больше не смотрел. И почему-то именно это резало на живую, причиняя почти физическую боль.
В общем, атмосфера за столом была восторженно-натянутая, и только Алиска радостно бегала между взрослыми и втихаря, пока все были увлечены беседой, таскала со стола конфеты.
    
Глава 2
 
Макс
Музыка гремела так, что закладывало уши, а от неоновых огней рябило в глазах. Вокруг бесновалась толпа, а мне было тошно, хотелось накидаться под завязку и обо всем забыть.
Мне так хреново последний раз в школе было, и все так же из-за Янки.
По-моему, вообще вся херня в моей жизни случается именно из-за нее. Я ни в чем ее не обвиняю, а вот себя да. Потому что рядом с ней становлюсь дураком, что раньше, что сейчас.
Принцесса соизволила приехать домой, после стольких лет отсутствия. И вот, казалось бы, плевать, все что было между нами давным-давно осталось в прошлом. А ни фига подобного. У меня в голове будто тумблер переключился. В положение «Внимание, Белка на горизонте».
— Ты чего какой хмурый? — Егор развалился на соседнем кожаном диване и гонял в приставку. — Морда, как на похоронах.
— Задолбало все, — прокряхтел я, беря в руки стакан. — Вот просто затрахало.
— Ого. Это уже серьезно.
Егор, наверное, единственный, кто в курсе моих загонов. Мы с ним, как сдружились в последние месяцы школы, так и шли бок о бок. Я после школы в армию, а он в универ, но не поступил и тоже на службу отправился. Да еще и в один взвод попали.
Потом на гражданку вернулись. Он сразу на заочку и на работу к отцу устроился, а я дурак сначала на очное отделение поперся, даже отучился один семестр, но потом понял, что не мое, не хочу. И тоже перевелся на заочный.
— И что же тебя так задолбало? — спросил он еще минут через пять после того, как самозабвенно матерясь продул очередной раунд.
Я задумчиво уставился на танцпол. Туда, где отрывался народ. Все веселые, шумные, парни наглые, девки красивые, все напоказ, а не интересно. Как отрезало.
— Белецкая вернулась, — наконец, произнес я, запивая горечь этих слов.
— О-о-о, — протянул друг. — Ершов опять встрял.
Встрял. Даже отрицать бесполезно. Я это понял еще утром, когда сидел на работе, а потом хоп и очнулся на вокзале, в ожидании поезда. Даже не помню, как звонил, предупреждал, что встречу ее сам. Ничего не помню. Вообще, по нулям. Потом смотрю Янка ползет, довольная, румяная, а как морду мою увидела, так чуть с ног не повалилась, и меня самого до пяток прострелило.
— Как прошла встреча голубков?
— Никак. Пялились друг на друга и мычали.
— Ну и как она? Сиськи отрастила? — он руками изобразил буфера.
— Я тебе сейчас втащу.
— Все, молчу, — заржал он и тут же добавил: — Хоть не подурнела?
— Точно втащу.
Какое там подурнела. Я только слюни успевал подбирать, чтобы на стол не капали. Ничего не меняется, в этой жизни. Ничего. Она как посмотрела своими темными глазищами, так у меня в голове все набекрень снова и съехало.
— Что планируешь делать? Приударишь за сеструхой?
— Какая она мне на хрен сеструха? — меня почему-то всегда бесило, если ее называли моей сестрой.
Не сестра она мне. Точка.
— Я не услышал ответа насчет планов.