Развестись нельзя мириться

В общем, после того, как потратил энную сумму на стоматолога — слишком часто скрипел зубами после выходок охотниц на меня, и перебрал с десяток секретарей, я решил остановиться на сотруднице постарше. Выбрал сорокалетнюю Грушеву — без семьи и детей.
Она работала на меня уже более пяти лет и устраивала от и до. Никаких рассусоливаний, всё точно, как в аптеке. Ездила со мной в командировки по всему свету, владела английским, французским и немецким, что делало ее еще более ценным сотрудником.
Наталья Ивановна поставила чашку с кофе передо мной и, склонив голову набок, поинтересовалась:
— Еще будут распоряжения, Игорь Владимирович?
— Нет.
Она развернулась, чтобы уйти, но тут я кое о чем вспомнил.
— Хотя постойте, есть одно поручение.
Наталья Ивановна молча всё выслушала и кивнула.
— Будет сделано.
— И еще… Закажите роскошное вечернее платье. Пусть его сегодня же доставят по адресу, который скину вам по почте. Цена значения не имеет.
— Какого размера?
Я потер подбородок, а потом достал телефон и показал секретарю фото Алины в полный рост.
Кажется, впервые в жизни она округлила глаза, но тут же взяла себя в руки, кашлянула и сказала:
— Всё сделаю в лучшем виде, Игорь Владимирович.
И вышла из кабинета.
Пожалуй, главное, за что я ее ценил, — она не задавала лишних вопросов и могла сделать то, что поручили, вне зависимости от того, в какой стране мы находились.
Интересно, что ее так удивило?
 
***
— Жан-Марк, я дал вам две недели, чтобы исправить ситуацию и договориться с производителем. — Я откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на светловолосого француза с опущенными плечами, который сидел напротив.
Он работал финансовым директором у этого самого производителя. Я поручил заплатить ему и договориться с производителем о снижении цены для моей компании.
Мой сотрудник общался с ним по переписке, и Жан-Марк Вебер пообещал выбить для меня лучшие условия, лучшую цену и отменное качество.
Только вот орел в письмах оказался трусливым воробьем вживую. Вместо уважения Жан-Марк вызывал лишь желание отправить его в детский сад, там ему самое место. Можно порыдать, что воспитатель обидел или кто-то игрушку отобрал.
«Как он умудрился дослужиться до такой должности? Кто его только взял? По знакомству, что ли? Мямля, да и только…»
«Так, Конькова уволить», — сделал я себе мысленную пометку. Именно он вел переписку. Как можно было не понять, что собой представлял Вебер? Я с первого взгляда сделал выводы о нем. И не ошибся.
— Но я разговаривал с ним несколько раз, — развел руками Жан-Марк.
— И где результаты? — вскинул бровь я.
— Он… Он сказал, что ему невыгодно снижать цену…
— Я вас услышал. Что ж, тогда мы будем вынуждены отказаться от производства у вас и перевести его в Китай.
— Но… — побледнел Вебер, а потом покраснел. Затем он протянул руку к галстуку, ослабил узел и сглотнул. — Ваши заказы — львиная доля нашего производства. Нам придется уволить многих сотрудников, чтобы остаться на плаву…
— Нужно было думать об этом раньше, Жан-Марк. Сообщите своему шефу о моем решении. Ничего личного, просто бизнес.
Вебер раскрыл рот и захлопал им, так ничего и не сказав. А потом встал и попятился к выходу.
После его ухода я взял телефонную трубку.
— Евгений Михайлович? — обратился я к своему директору по персоналу.
— Да, слушаю! — бодро отрапортовал тот.
— Я по поводу Конькова Алексея. Уволить его.
— Понял, Игорь Владимирович.
На том и попрощались.
Люблю работать с понятливыми людьми.
И тут раздался стук в дверь.
«Вебер что-то забыл?»
— Да!
В двери показалась голова Натальи Ивановны, а потом и вся она.
— Игорь Владимирович, простите, что беспокою. Хотела показать…
— Показывайте, — постукивал я карандашом по столу в нетерпении.
Она подошла и протянула планшет.
Я взял его и посмотрел на… синее платье до пола с разлетающейся юбкой и открытыми плечами. Да, Алина в нем будет выглядеть, словно королева.
— Верх платья украшен стразами и кристаллами от Сваровски, — добавила секретарь. — Думаю, отличный выбор для места, которое вы собираетесь посетить.
— Да, согласен, Наталья Ивановна. Благодарю.
Та вышла, а я закрыл глаза, снова представив Алину.
«А что, если не понравится, если откажется? — прострелила голову мысль, но я быстро ее отмел. — От таких платьев и тем более таких предложений не отказываются».
    
Глава 31. Ангел и бес
Алина
Утром я как обычно пришла в кухню, чтобы продолжить обучение. Но меня встретила тишина, хотя Мария, как правило, появлялась там раньше меня. Странно…
И тут увидела на кухонном столе конверт, на нем надпись: «Для Алины».
Открыла, а там записка:
«Алина, сегодня меня не будет, обучение продолжим завтра. Наслаждайся воскресным днем!
Надеюсь, свидание с Игорем прошло хорошо.
Мария».
М-да, вот и поработали… И что теперь делать?
Правильно, можно поплавать и позагорать, не боясь, что кто-то потревожит.
Часа через полтора валяться тюленькой на лежаке, пусть и безумно удобном, мне надоело. Я вспомнила, что давно мечтала понежиться в огромной ванне с пеной, а потом можно и по Вильфраншу погулять — тут было на что посмотреть.
Я поднялась к себе, зашла в ванную комнату и включила воду, чтобы набрать воды в огромный резервуар, который назвать обычной ванной язык не поворачивался.
Закусила губу — мне предстоял очень тяжелый выбор: какую пену выбрать. Их тут было без малого штук десять. В общем, так и не придя к консенсусу, просто закрыла глаза и ткнула пальцем наугад. Жасмин. Ну что ж, так тому и быть.
И вот благоухающая ванна была готова и словно манила: Алина, иди ко мне… Я вдохнула насыщенный цветочный аромат и сняла с себя платье, и вдруг в дверь в комнату постучали.
Вздохнув и с сожалением покосившись на воздушную пену, я накинула висевший в ванной халат и пошла открывать дверь.
Улыбчивая горничная протянула мне две коробки.
— Это только что доставили для вас.
— Спасибо…
Я даже не сомневалась, от кого эти коробки. Конечно, от Игоря.