Развестись нельзя мириться

Оставалось только ждать. Я посмотрела на вывеску «Марго» и зашла внутрь. Еще даже не уехала, а уже начала скучать по этой милой уютной кондитерской.
Я зашла на кухню, устроилась на рабочем месте, водрузила на стол перед собой готовый торт и взяла в руки аэрограф [1].
Только сосредоточилась, как вдруг в кухню влетела Маргарита.
— Фух, опоздала! Как же меня эти пробки достали… Как ты? — покосилась на меня начальница.
Я рассказала, что позвонила Марии, и Маргарита захлопала в ладоши.
— Алиночка, я безумно за тебя рада! Это такой шанс, такой шанс, ты даже не представляешь! И уж кто-кто, а ты это определенно заслужила. — И тут она помрачнела. — Ты точно решила насчет Германа?
Я отложила аэрограф и нахмурилась.
— Да, Марго. Осталось только вещи свои забрать. Договорюсь и заеду, когда его дома не будет. Не хочу видеть его с Кариной.
Начальница посмотрела на меня так, будто хотела что-то добавить, но промолчала.
 
Обед заканчивался, а Мария так и не перезванивала. Я начала волноваться. Нет, конечно, Михаил Артамонов не из тех людей, которые бросаются словами, но мало ли, что могло случиться? Вдруг Мария просто передумала — такое вполне возможно.
Я решила не откладывать разговор с Герой в дальний ящик и, собравшись с духом, позвонила и ему.
— Да? — раздался в трубке его удивленный голос.
— Гера, привет. Я хочу забрать свои вещи и… буду рада, если тебя не будет дома, когда приеду за ними.
В трубке воцарилась тишина.
— И еще больше я буду рада, если там не будет и Карины. Не хочу лишних скандалов.
— Алина, ну сколько тебе говорить, что нет у меня с ней ничего! Втемяшила же себе в голову такую чушь! — Новицкий явно не остыл.
— Да, ты с ней спишь, а я втемяшила! Фотографию я сама себе, что ли, прислала? Гера, тебе бы «Оскара»! В общем, послезавтра днем заеду за вещами. — И положила трубку.
 
Время до конца рабочего дня тянулось долго — стрелки на часах словно замерли. Вот уж точно: нет ничего хуже, чем ждать и догонять. Мария так и не позвонила.
Я отправилась домой к Наташе. Повезло, что ее муж в командировке, но после Франции, если поездка всё же состоится, придется срочно искать себе жилье.
По пути от остановки до дома вдруг раздался звонок. Я достала телефон из сумки. Мария! Сердце сразу понеслось вскачь. Сглотнув возникший в горле ком, ответила:
— Да?
— Здравствуйте, Алина. Это Мария. Я очень рада, что вы позвонили, — защебетал в трубке нежный женский голосок. — Простите, что только сейчас перезваниваю, я в самолете была, перелет из Сингапура во Францию более двенадцати часов занимает, представляете?
— Да ничего страшного…
Вот так да, богатство не испортило Марию. Она могла бы и не оправдываться, ведь ничем мне не обязана.
Мария даже поделилась подробностями своей поездки, словно мы знали друг друга много лет. А через пять минут беседы я чувствовала себя словно рыба в воде. Невеста Михаила умела расположить к себе — важное качество для будущей жены.
В итоге, пока еще Сухова пообещала мне скинуть номер их сотрудника в Краснодаре, который поможет мне с документами, билетами и визой, сказала, что будет ждать звонка от меня.
Я в свою очередь ответила, что скину ей список всего, что нужно будет приобрести для курса, и, довольная как слон, положила трубку.
Настроение поднялось, улыбка не сходила с лица… ровно до того момента, как я подошла к подъезду.
Там стоял Герман. Спиной ко мне. Промелькнула трусливая мыслишка как-то незаметно просочиться в подъезд: портить настроение очередной разборкой решительно не хотелось.
И тут Новицкий то ли почувствовал, то ли просто услышал стук каблуков, и обернулся.
Я вздохнула.
— Что ты тут делаешь?
— Алина, это уже все границы переходит. Ну хватит уже дурить, возвращайся домой!
Он сделал шаг ко мне, но я тут же попятилась, и он остановился.
— Ну сколько еще ты у Наташи будешь? У нее же тоже своя жизнь есть.
— О том, где буду жить, подумаю после того, как вернусь из Франции! — вскинула подбородок я и увидела, как Герман чуть не уронил челюсть на асфальт.
И пока он приходил в себя, воспользовалась заминкой и юркнула в подъезд.
    
Глава 17. За минуту до…
Алина
— Черт, черт, черт! — Я осматривала вешалку в коридоре и висевшие на ней вещи, закусив губу.
Ключей нигде не было.
«Вот же идиотка! Почему с вечера не проверила всё?!» — ругала я себя на чем свет стоит. Конечно, если бы речь шла о походе в магазин, вряд ли так переживала бы.
Но до окончания регистрации в аэропорте оставалось не так много времени, а я не могла выйти из чертовой квартиры!
Наташа не брала трубку, видимо, как раз работала с очередной клиенткой.
Тут-то я и пожалела, что у меня нет хрустального шара. А что, поставил, спросил, где ключи, заглянул — и увидел, где лежит связка с брелоком.
Я вытряхнула сумку на диван, перебрала всё содержимое — нашлась куча всего, даже давно потерянный блеск для губ, но не вожделенные ключи.
Тут вдруг пришло сообщение.
«Алина, я не спал с ней, ее даже у нас в квартире не было. Не знаю, откуда у нее это фото».
Боже, да когда ж он уже успокоится?
«Гера, придумай что-нибудь поубедительнее, тогда и пиши!» — ответила я и попробовала еще раз позвонить Наташе. Безуспешно.
Потом присела на диван и попробовала сосредоточиться.
«Дыши, Алина, дыши! Вспоминай, куда вчера после магазина засунула эти проклятые ключи!»
Вот захожу, ставлю сумку на комод, звонит телефон — это опять Гера со своим «поверь мне на слово, люблю не могу», и я… пихаю ключи в карман ветровки.
Бинго! 
 
***
В аэропорт меня вез тот самый дядечка, что и от «Крокодила» к Наташе.
Судя по тому, как он на меня посмотрел, тоже узнал. Правда, ничего не сказал.
А я всю дорогу ерзала на сиденье, смотрела в окно и мысленно подгоняла таксиста.
Видимо, выглядела как преступница, уходящая от погони, и бедный дядечка беспрестанно вытирал со лба пот, поглядывая на меня в зеркало заднего вида.