Грумер для Фавна
— Это и есть самое необходимое, — Амалия выплыла на улицу, держа над собой ажурный зонтик и поправляя ярко-красный плащ. — Остальное привезут позже.
— Не думаю, что там, куда мы едем, понадобится столько вещей, — буркнул Деон, заталкивая детей в карету и беря под руку Амалию.
— Деон, голубчик, — семенила старушка за ним, — откуда такая спешка?
— Мисс Квинс, поверьте, так будет лучше, — подхватил ее под другую руку Сэм.
— Мы бежим? — я сама села в кибитку.
— Еще как! — воскликнул Сэм, растянувшись в улыбке.
Дверца захлопнулась, и весь прошлый мир опять остался по ту сторону двери.
— Нам долго ехать? А то я уже спать хочу, — зевнула во весь рот Айка.
— Вытягивайте ножки, — забеспокоилась Амалия, — детям нужно спать.
Она строго посмотрела на Деона, который копался в своей дорожной сумке, перебирая там какие-то склянки.
— Молчу, — отложил он сумку в сторону и достал свою неизменную книжечку.
Я подсела к окну и открыла книгу дрессировщика. На первых страницах было описание разновидностей животных и то, как они поддаются дрессировке. Первыми в списке шли грингулы. Оказывается, эти маленькие мохнатые существа способны учиться и за определенную мотивацию могут выполнять любые команды.
«Самой большой ошибкой начинающего дрессировщика», — гласила книга, — «является желание подчинить животное. Но только поняв его желания и мотивы, можно найти общий язык с теми, кто не говорит ни на одном из человечьих диалектов».
В принципе он был прав, с каждым животным можно договориться. Но представить, что можно управлять стаей из сотни особей маленьких грингулов, я могла представить только в сказке.
«Если же вы решили завести грингулов, но не смогли справиться с их плодовитостью, единственный способ спасти свое жилище и близлежащие поля — это крупное хищное животное семейства кошачьих. Только хищники могут наводить ужас и заставить маленьких грызунов покинуть выбранное ими место жительства».
Книга была написана довольно умными и длинными словами, отчего я перестала понимать суть написанного и заснула. Сквозь пелену сна я чувствовала, как из моих рук вынимают книгу, прикрывают чем-то теплым и накрывают мою руку своей.
— Пусть спит, — доносится тихий голос Амалии. — Оставь ее.
— Не могу, — вторит ей Деон.
— Ты должен, — тверже отвечает Амалия, и я полностью проваливаюсь в сон.
— Мы приехали? — будит меня звонкий голос Айки. Я открываю глаза и первые минуты не могу понять, где нахожусь. Незнакомый запах ударяет в нос, и я морщусь.
— Дальше ехать нельзя, — открывается дверца и заглядывает Сэм, — только пешком.
Дети выпрыгивают из кареты и с удовольствием разминают затекшие ноги. Следом выходит Деон и помогает выйти мне и Амалии. От яркого солнца прикрывая глаза, а когда они привыкают к яркому свету, понимаю, откуда доносится этот противный незнакомый запах.
— Это же помойка! — Айка зажала нос и скорчила недовольную гримасу. — Здесь что, никогда не убираются?
— Видимо, никогда, — выражения лица Амалии было не лучшим.
— Прошу любить и жаловать, это ваш новый дом, — хохотнул Сэм, отстегивая лошадей.
— В каком сарае мы будем жить? — Марти внимательно вглядывался в покосившиеся деревушки, которые виднелись впереди.
— Зато какой простор для работы! — восторгался Деон, пританцовывая от нетерпения. — Здесь отремонтировать, здесь построить, наладить водоснабжение. Да это просто кладезь для развития!
— Когда нет абсолютно ничего, развивать можно долго, — скептически ответил Марти.
— Ничего, — Деон потрепал его по голове. — Мы здесь именно затем, чтобы сделать из этой деревушки процветающий город. А вот и хозяин, — показал он на бородатого высокого мужчину, идущего к нам от деревни. Одет он был в потертый камзол, но сохранил стать и выправку, достойную минимум генерала.
— Сэм, — заулыбался он, — рад вас видеть.
— Знакомьтесь, граф Форр, — представил его Сэм. — Это Лута, Амалия, Айка и Марти, ну, и побежденный Деон Краут.
— Очень рад, — пожал он руку Деону, — зовите меня просто Икар. С ударением на «И».
— Спасибо за то, что согласились взять моих лучших помощников.
— За такую цену было бы греховно отказываться от хороших мастеров. В нашем графстве мастера на вес золота.
— Вижу, — вздохнул Деон, переводя взгляд на покосившиеся деревушки. — Где вы нас разместите?
— В конце улицы вон в том большом доме. Отдельного жилья у нас нет, ютимся как можем. Но если леди с детьми захочет, у нас есть отдельный дом. Бабка Аглафья освободила, осталось гроб из избы вынести, и дом ваш.
— Спасибо, — отказалась я от такого предложения, — мы лучше вместе.
— Ииииикар, — раздался громогласный женский крик, и из соседнего дома выскочила моложавая девица с полотенцем наперевес. — Опять девок клеишь?
— Я пойду, — стушевался граф, — двери открыты, проходите, располагайтесь.
И засеменил в сторону девицы.
— Жалко мужика, — сказал Сэм, когда граф скрылся за скрипучей калиткой. — Ладно, пошли дом смотреть.
— Что здесь смотреть-то? — Деон прыгал по дороге, усеянной лужами, пытаясь не намочить сапоги. — Ты говорил, графство бедное, но перспективное. Я здесь вижу только первое.
— Зато никто не будет интересоваться, чем ты теперь занимаешься. Твой братец удовлетворится твоим новым нищенским положением и перестанет тебе докучать.
— Слабое утешение, — Деон все-таки наступил в лужу, посмотрел на грязный сапог и пошел дальше, теперь специально попадая ногой в каждую выбоину.
— Ура, можно брызгаться! — крикнула Айка и сорвалась с места, помогая Деону опустошить все лужи. Марти и Сэм присоединились к ней.
— Можно вопрос, — подошла я к Деону, уничтожающему лужи, — ты продал нас графу еще до начала соревнований. Если бы ты выиграл — мы бы все равно поехали сюда?
— Договор такая штука, если ты что-то обещаешь, должен выполнять. Но я же обещал, что не оставлю тебя, я бы вас выкупил.
— Слабое утешение.
— Вы неправильно смотрите на ситуацию, — подбежал к нам Сэм, таща на плечах Айку и подпрыгивая, как лошадь. — Это же сколько возможностей! Отреставрировать дома, создать экономику, да это как чистый лист, рисуй что хочешь.
— "Отреставрировать" звучит зловеще, — не удержалась я.
— Создать экономику не лучше, — буркнул Деон, подходя к нашему двухэтажному дому.
Среди остальных обветшалых построек, спрятавшихся за покосившимися заборами, этот дом казался гигантом. Но при ближайшем рассмотрении все выглядело не так уж радужно.