Последнее обещание

– Нет, я не могу работать одна в этом гребаном магазине, – воскликнула девушка. – Мне пятнадцать! Я еще учусь в школе.
Джудит на мгновение растерялась.
– Ну, да… Вот же я глупая. Что ж, если ты не можешь заняться магазином, выходит, тебе нет никакого смысла оставаться там.
– Подождите, – вмешался Том. – Вы же только что разрешили ей остаться там, пока он не будет продан.
– Почему твоя мать до сих пор не вернулась? – сузив глаза, новая хозяйка поспешила сменить тему.
– Не знаю. Но если бы с ней что-то случилось, мы бы уже услышали об этом. Просто моя мама очень… как бы это сказать… непредсказуемая. Скорее всего, они решили напоследок осмотреть еще какой-нибудь замок или виноградник. Она ведь уверена, что у меня тут все в порядке под присмотром Тома и… Альфа.
Джудит, казалось, немного смягчилась.
– Подвезти вас до магазина?
– Поедем? – Том взглянул на Тару. – Сэкономим на автобусе.
– Ладно, – кивнула девушка.
Кто-то оставил у входной двери магазина маленький букетик незабудок, перевязанный тонкой лентой. Записка гласила:
«Покойся с миром, Альф. Ты был прекрасным человеком. Мэгги с почты».
– Как мило, – резюмировала Джудит, зачитав содержание вслух, и отбросила цветы в сторону. – Итак, Тара, помоги-ка мне разобраться со всем этим хламом. Завтра сюда приедет клининговая компания, но сначала мне хотелось бы самой проверить, не осталось ли чего ценного. А ты, – она обратилась к Тому, – мог бы пока открыть магазин.
– Вам не кажется, что это слишком поспешно? – спросила Тара.
– Поспешно? Мой отец умер. Так чего еще ждать? Будь он здесь, сказал бы то же самое.
Как же Тара жалела, что рядом нет Вайолет. Та бы с легкостью поставила эту Джудит на место.
– Пойду, открою магазин, – сказал Том, скорчив рожу за спиной у новой хозяйки.
На столе стояла тарелка с остатками завтрака Тары, а рядом бутылка с молоком. Женщина понюхала содержимое.
– Фу. Вылей это скорее. У вас разве нет холодильника?
– Простите, я с утра была немного не в себе. Может, это потому, что я шла на похороны?
– Да, ясно. В общем, нужно тут все привести в порядок и содержать в чистоте. Запах скисшего молока вряд ли поспособствует быстрой продаже.
Она огляделась в кухне, не скрывая своего отвращения.
– Одному богу известно, как я смогу продать эту лачугу, – она бросила взгляд на квартирантку. – Без обид, милочка. Даже не знаю, как эти дома уцелели, когда сносили трущобы.
– А нам с мамой здесь нравится. Когда ваш отец приютил нас, мы были в полном отчаянии.
– Хм… Охотно верю. Ну ладно, где тут у вас мусорные мешки?
 
30
2018
– Не знаю, что и сказать, Тара, – признался Том, покачав головой, глядя на кулон. – Это просто невероятно.
– Понимаю. Но я не знала, кому еще позвонить. Прости.
– Не извиняйся. Я рад, что позвонила, – он приподнял рукав и взглянул на наручные часы.
Я жестом показала официантке, что мне нужен счет.
– Четыре пятьдесят, дорогуша, – крикнула она через зал.
– Прости, что задержала, Том. Я просто… просто, ну… боже, не знаю… Просто хотела поделиться с кем-то, кто был рядом тогда, вот и все.
Мы поднялись из-за стола. Том достал свой бумажник.
– Я заплачу.
– Нет-нет, – поспешно сказала я и бросила на стол пятерку прежде, чем он успел возразить. – Не нужно.
На улице он поднял воротник, чтобы защититься от ветра. Мои волосы растрепались и наверняка выглядели комично.
– Что ж, пока, Том.
Он обнял меня и поцеловал в щеку.
– Пока, Тара. Рад был тебя видеть, – старый друг сжал мою руку. – Мне жаль, что все это случилось с тобой. Ты заслуживаешь лучшего. Надеюсь, тебе удастся найти ответы на все вопросы.
– Я тоже. Что ж, я припарковалась в конце улицы.
– Значит, нам по пути.
Несколько мгновений мы шагали в неловкой тишине, так что я даже начала мурлыкать себе под нос, чтобы хоть как-то ее нарушить. Наконец мы остановились на углу.
– Мне пора, – объявил он и продолжил, удивив меня так, что я застыла, раскрыв рот, как полная идиотка: – Слушай, как насчет того, чтобы поужинать вместе? Было бы странно расстаться вот так…
Я по-прежнему не могла выговорить ни слова, и он принял мое молчание за отказ.
– Ты права, не нужно. Просто забудь…
– С удовольствием, – громко перебила я. – Когда?
– О, отлично. Ммм… завтра вечером? Заеду за тобой к семи. А теперь мне действительно пора. Не забудь скинуть свой адрес в сообщении.
Глядя ему вслед, я чувствовала себя героиней дурацкой романтической фамилии. Камера берет мое лицо крупным планом. Раскинув руки, главная героиня кружится от счастья.
Но это не кино, так что не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Поэтому респектабельная женщина среднего возраста, которой я и являюсь, просто наклонила голову и спокойно зашагала по тротуару.
Около дома стояла машина Мойры. Вид старенькой «Рено» заставил меня улыбнуться и ускорить шаг, чтобы поскорее распахнуть дверь и вдохнуть запах средства для полировки мебели, услышать уютное жужжание пылесоса. Милая Мойра. Она казалась мне кем-то вроде приемной матери, хотя была всего лишь на десять лет старше меня. Но не успела я вставить ключ в замочную скважину, как услышала изнутри громкие крики и всхлипы, словно на моей кухне снималось зрелищное шоу. Мойра стояла, запустив пальцы в волосы, с трудом сохраняя спокойствие и призывая к порядку двух маленьких девочек, которые громко ссорились из-за пакетика желейных мишек.
Я бросила сумку на стол и спросила, повысив голос в надежде перекрыть шум:
– Какого хр… – осеклась, вспомнив о девочках. – Что тут вообще происходит?
Увидев меня, она испытала такое облегчение, что едва не рухнула на колени.
– Тара, слава богу, ты пришла!
Дочки Ральфа на секунду перестали припираться.
– Тетя Тара, – закричала одна из них. Ума не приложу какая. Откровенно говоря, вижу их редко и не умею, да и не считаю нужным различать.
– Тетя… Тара? Кто вам сказал так меня называть?
Одна из малышек засунула в рот мармеладного поросенка и покачала головой. Учитывая их возраст, не знаю даже, поняла ли она вопрос.
– Лили меня стукнула, – она потерла ушибленное место.
– Их привезла мать, – объяснила наконец Мойра. – Почти сразу после того, как ты ушла. Сказала, это форс-мажор.