Последнее обещание

– Доброе утро, моя прекрасная.
Она протянула руки за спину и погрузила пальцы в его волосы.
– Ммм… Который час?
Ее сонный голос казался еще более соблазнительным. Игнорируя вопрос, он провел пальцами вниз по ее позвоночнику. Выгнувшись под его прикосновением, она обернулась к нему лицом:
– О, Ларри.
Он перевернул ее на спину, накрыл своим телом, лишая возможности двигаться, и поцеловал в шею.
– Ларри, нам нужно поговорить.
– Не нужно. Только не сейчас.
– Остановись, – твердо сказала она, схватив его за плечи.
Он приподнялся на руках и посмотрел в ее лицо.
– Я знал, что ты вернешься, Кэрол. Всегда знал.
– Ларри, – прошептала она. – Прошлая ночь была ошибкой. Мне не нужно было приходить.
Мужчина вернулся на свою сторону кровати. Шелковые простыни обвились вокруг его ног.
– Но ты пришла, Кэрол. Ты пришла. И более того, ты все еще здесь, – он взял ее за руку. – И все, что случилось между нами, тоже еще здесь. Ничего не изменилось. Хоть ты теперь и носишь кольцо моего брата, любишь ты по-прежнему меня, – Ларри стиснул ее пальцы. – Я прав, Кэрол? Ты ведь любишь меня, а не Мартина?
Она села, свесила ноги с кровати и оперлась головой на руки.
– Кэрол, – прошептал он, обнимая ее сзади.
Вчерашняя тушь осыпалась под глаза.
– Этого не должно было случиться. Я была очень расстроена. Мартин наговорил мне всяких гадостей, но так бывает, когда он выпьет лишнего. Да и я не ангел. Знаю, как вывести его из себя.
Ларри бросил взгляд на пустые бутылки из-под шампанского, которые красовались на прикроватном столике вместе с парой хрустальных бокалов. Один из них все еще хранил отпечатки красной помады.
– Но, я думал…
– Прости, – она обернула одну из простыней вокруг своего обнаженного тела. – Во сколько твой паром?
– Паром? Вечером. Но я не поеду. Как я могу, после того, что было…
– Ничего не было. Ничего… Ларри. Забудем это. Я вернусь к мужу, и ты вернись к любимой.
– Вайолет? Но это вовсе не то, что с тобой. Я люблю только тебя. И всегда буду любить.
Она потянулась за сигаретами и откинулась на подушки.
– Расскажи мне о ней, – попросила Кэрол, выдыхая дым.
– Зачем?
– Мне интересно… правда. Ларри затянулся ее сигаретой.
– Что ты хочешь знать?
– Она красивая?
Он вернул сигарету и заставил себя думать о Вайолет. Вспомнил тяжелые волны ее темных волос, гладкую шелковистую кожу, тонкую, как у Барби, талию. Заразительный волнующий смех, который было так легко вызвать.
– Красивая.
Кэрол выдохнула длинную струю дыма и стряхнула пепел в пустой хрустальный бокал.
– Ты счастлив с ней?
– Не так, как с тобой, – ответил Ларри, скользнув рукой под простыню.
Вайолет заслуживала большего. Он дал ей кучу обещаний, которые невозможно сдержать. Но кто знал, что она отнесется к нему так серьезно? Сам Ларри использовал ее как таблетку, чтобы на время отвлечься от мыслей о Кэрол. Почти сработало. Если не считать того, что обнаженная Кэрол снова оказалась в его постели.
 
23
– Ну, что, у нас все готово? – Вайолет пробежалась по своему списку и быстро повторила вслух самые важные пункты. – Паспорта, деньги, зубные щетки, солнечные очки, крем.
Она извлекла из сумки лосьон для загара и, открыв флакон, поднесла его к лицу дочери.
– Только понюхай, Тара, милая. Прямо солнышко в бутылке. Как же я жду того момента, когда можно будет, намазавшись маслом, растянуться на своем полотенце и загорать, пока кожа не станет шоколадной.
– Ммм… – вторила ей Тара. – Пахнет сосисками на гриле.
– Тебе, кстати, тоже не помешает немного загара, – констатировала Вайолет, глядя на бледную кожу дочери.
– Думаешь, будет так уж жарко?
– Уверена, – ответила женщина, отправляя в чемодан еще один купальник. – Как здесь в то лето, два года назад. Даже жарче. Но там есть море. Это намного лучше, чем бассейн, напоминающий лужу, во дворе.
– Думаешь, Альф тут справится без нас?
Вайолет выронила из рук футболку.
– Уверена, все будет хорошо, родная. Всего три недели. И он прекрасно обходился один долгие годы.
– А что будет, когда мы вернемся? Думаешь, Ларри все же предложит нам переехать к нему?
Вайолет мечтательно потерла безымянный палец.
– Думаю, да, – радостно взвизгнула она, как девчонка. – Это будет просто невероятно, да? У тебя будет своя комната, детка. Может, даже не одна, если удастся убедить Ларри переместить куда-нибудь бильярдный стол. Не грусти, Тара. Мы купим тебе проигрыватель. Сможешь приглашать к себе друзей. И Тома, само собой. Так здорово будет жить втроем. Станем настоящей семьей.
– Не уверена, что нравлюсь ему, мам. И вообще, в нем есть что-то странное.
– Перестань, Тара, – скомандовала Вайолет, быстрыми движениями складывая футболку. – Не хочу больше слушать эту чушь. Ларри тебя обожает. Иначе не взял бы тебя в отпуск.
Робкий стук в дверь заставил их обеих обернуться.
– Войдите, – пригласила Вайолет.
– Нужна помощь с чемоданами? – спросил Том, просунув голову в дверь.
– Какой же ты хороший мальчик, – поблагодарила мать Тары, усаживаясь сверху, чтобы как-то закрыть свой распухший чемодан. – Скорее, милая, нельзя опаздывать.
Они ждали на улице. Ранним утром солнце светило ярко, но еще не грело.
Альф поежился и сложил руки на груди.
– Как-то прохладно для мая, а?
– Иди внутрь, – сказала ему Вайолет. – Незачем тебе тут ошиваться. Еще замерзнешь до смерти.
– Пару лет еще протяну, – проворчал старик в ответ. – К тому же я должен помахать вам ручкой.
Том потянул Тару за руку.
– Я буду скучать по тебе, – пообещал он.
– Надеюсь, – отозвалась девушка.
Он взял ее за подбородок и немного приподнял лицо.
– Пока, – прошептал он и прижался губами к ее губам. Поцелуй длился достаточно долго, чтобы Альф и Вайолет смущенно отвели глаза в сторону.
– Пока.
Она крепко обняла его и зарылась носом в складки свежевыстиранной футболки, силясь запечатлеть в памяти каждую деталь. В друг его образ сотрется из ее памяти?
Вайолет, как ребенок, нетерпеливо перекатывалась с пятки на носок.
– Где же он? Он уже должен быть здесь. По утрам в субботу пробок обычно не бывает.