Близкий сердцу незнакомец
Сашка быстро забирается и садиться рядом со мной. Упираю локти в колени и накрываю лицо ладонями. Не перестаю себя мучить тем, что я должен был защитить её. Как такое вообще могло произойти? Врач готовит какой-то шприц.
— У неё нет аллергии на лекарственные препараты? — поворачивается к нам.
— Нет, — тут же отвечает Саша и врач ставит Жене укол.
Она лежит словно мёртвая. Из головы не выходит мысль, что как бы мы не хотели обратного — мы можем её потерять.
— Почему вы ничего не делаете?!? — срываюсь когда вижу, что врач просто осматривает её и не предпринимает никаких попыток остановить кровотечение.
— Сынок, в машине нет оборудования для помощи ей, — он сочувствствующе смотрит на меня. — Я понимаю, что тебе тяжело. Но нам остаётся лишь молиться, чтобы довезти её до больницы живой.
— Успокойся, — Сашка кладёт руку на моё плечо. — Она сильная, справиться. И ещё тебе покажет за твою выходку.
— Пусть хоть убивает, — запускаю руки в волосы и рывком провожу по ним. — Лишь бы она выжила.
— Выживет, — уверенно отвечает он. Не знаю, кого он больше пытается утешить, меня или себя.
Всю дорогу меня разрывает на части. Как только машина останавливается около больницы — беру Женьку на руки и бегу внутрь здания.
— Врача скорее!
— Давайте, — подбегают несколько человек с каталкой. — Кладите её сюда!
Положив Женю на каталку — её везут в хирургическое отделение. Мы с Сашкой следуем за ними, но нас останавливает врач около операционной и уверяет, что приложит все силы, чтобы спасти её.
Сажусь на диван установленный в коридоре. Как я буду жить дальше, если потеряю её? Нет, я не смогу. Сейчас я отчётливо понимаю, что не хочу жить без Женьки.
Не понимаю когда это произошло, но точно знаю, что я влюбился. И не готов её терять. Проведя с ней эти две недели, я посмотрел на жизнь совершенно другими глазами.
Просыпаться и засыпать рядом с ней, абсолютно каждый день — вот чего я хочу. Держать её за руку, когда ей страшно. Улыбаться и веселить её, когда ей грустно. Делать её счастливой…
Сашка возвращается минут через тридцать с двумя чашками дымящего кофе. Протягивает одну мне.
— Спасибо.
— Я звонил маме, она скоро будет здесь, — молча киваю головой. — Слав прости… Я правда не мог. Я боялся, что если кто-то ещё узнает, то у матери будут проблемы. Этот ублюдок убил бы её не задумываясь… Он угрожал ей долгое время, и только так я мог помочь своим родным.
— Ты считаешь, что я смог бы рассказать кому-то об этом? — укоризненно спрашиваю друга.
— Нет, — отрицательно качает головой. — Но в любом случае — решил перестраховаться. И про Женьку я никому не говорил, чтобы защитить её. Не представляешь какое облегчение принесло то, что она покинула родительский дом. Мы с мамой переживали, как бы она не попала под влияние отца.
— Что с мамой?
— Она помогала следствию, поэтому всё хорошо.
Прошло уже полтора часа с тех пор, как началась операция, но не врачи и не медсёстры из операционной не выходили. Это пугает ещё больше.
Сидим в полной тишине, когда слышим дикий плач. В коридоре появляется женщина, и судя по её истерике — мама Саши и Жени.
— Что с моей дочкой? — заикающимся голосом кричит она. — Где она? Что с ней?
— Мам успокойся, — Сашка подходит и обнимает её. — Операция ещё не закончена.
— Как ты не уследил за ней? Ты же обещал!
— Никто не ожидал этого…
— Да будет проклят тот день, когда я вышла замуж за этого выродка! — она не перестаёт плакать, я её очень понимаю. — Это он во всём виноват!
— Уверяю тебя, он получит по заслугам! — молча наблюдаю за ними и внезапно взгляд женщины останавливается на мне.
— Вы Вячеслав? — сдавленно спрашивает и делает шаг в мою сторону, в ответ киваю головой. — Спасибо тебе мальчик мой за то, что защищал Женю.
— Я думаю — вы должны быть разгневанной, если знаете всё, но точно не благодарить.
— Какими бы не были твои первоначальные намерения — они остались позади. Если бы ты не забрал её, то она была бы уже мертва, — из её глаз снова хлынули слёзы. — А сейчас, хоть не большая, но есть надежда — что она будет жить.
Через пару минут дверь операционной открывается и оттуда выходит врач. Снимает перчатки и вытирает рукой пот со лба.
— Скажите, она жива? — мигом оказываюсь рядом с ним. За мной сразу же подходит Сашка с мамой.
— Жива, — выдыхает врач. — Но к ней пока никому нельзя. Мы вкололи ей снотворное, проспит как минимум до завтрашнего утра. Пока останется в реанимации, как только переведём её в палату — сможете навещать.
— Доктор скажите, — всхлипывает мама Жени. — Её жизни ничего не угрожает?
— Уже нет, она потеряла много крови… К счастью жизненно важные органы не были задеты, ей очень повезло. Операция прошла успешно, но восстановление будет долгим. Ей придётся остаться в больнице недели на три как минимум.
— Спасибо вам огромное, — женщина не перестаёт плакать.
— Спасибо, — пожимаю руку врачу.
Новость о том, что Женька будет в порядке привела меня в нормальное состояние. Пусть она будет презирать меня… Пусть ненавидит…. Но она будет жить. А с остальным можно разобраться.
— Слушайте, — обращается к нам троим Рома. Он приехал несколько часов назад и с тех пор, уговаривает нас съездить домой.
— Это не нормально. Врач сказал, что до утра она точно не проснётся… Более того, даже если проснётся — к ней никого не пустят. Езжайте домой. Выспитесь, а с утра приедете. А тебе, — обращается ко мне брат. — Завтра к командиру на ковёр.
— Помню, — встаю с дивана и поворачиваюсь к маме Жени. — Ирина Викторовна, поедемте, — протягиваю ей руку. — Вам необходимо отдохнуть. Завтра я за вами заеду и мы вместе приедем обратно.
— Нет, — она отрицательно качает головой.
— Мам, ну правда, — пытается уговорить её Саша. — Ромка останется здесь и если появятся новости — он обязательно позвонит.
Ирина Викторовна ещё немного сопротивлялась и всё-таки согласилась поехать домой.
Мы с Сашкой договорились, что встретимся у кабинета командира и вместе пойдём к нему.
Захожу в квартиру и всё кажется чужим. Проведя столько дней вне дома, я отвык от этой обстановки… Отвык от одиночества…
Раньше мне не нужно было ничего для счастья, телевизора и доставки горячей еды — было достаточно.
Женщин я никогда не водил домой, всегда расслаблялся с ними в гостиницах или в салоне автомобиля…
Женьку я хочу видеть здесь, в своей квартире. Хочу, чтобы она хозяйничала на моей кухне, спала в моей постели и встречала меня с работы… Сейчас эта тишина сдавливает изнутри.