Вечный Герой. Том 1
Вот дёрнулся Силач. Вот скривился Лысый.
— В лес! — заорал я, понимая, что их просто расстреляют.
Мужики рванули, но тут оставшийся крокодил ударил ракетами. Силач сильным ударом толкнул Лысого вперёд, зачем-то прикрывая телом. Полыхнуло знатно! Запахло жжёной шерстю и мясом.
— Силач! — заорал Седой, выскакивая на опушку.
— Назад! — заорал я, понимая, чем это всё закончится.
Лысый сориентировался быстрее. Закинув обожжённого израненного соратника на плечи, он поскакал к опушке, вольно или невольно используя его, как живой щит.
Я увидел, как в спину Силачу впиваются пули, и лучи лазеров, выпущенные рептилиями.
Одна из пуль попала в бедро Лысого, заставив того покатиться по земле, рядом грохнулось тело Силача. Седой же бежал к ним, игнорируя мой приказ.
Я матюгнулся и сам бросился к раненым, выпустив сначала остатки из Маузера, а затем достав пистолеты. С опушки стучал оставшийся пулемёт, пытаясь отсечь от нас нападающих…
Всё шло не по плану! К хренам!
Седой упал на колени с другом. А рядом ворочался Лысый страшно ругаясь, так как он уже успел получить несколько попаданий. Рептилоиды напирали, не прекращая стрельбу. А ведь я так и не договорился с Лысым, как мы будем действовать в случае нашей смерти. Явки, пароли и вот это вот всё…
Умирать, так с музыкой!
Засунув пустые револьверы в кобуру, я выхватил томагавк и шпагу и бросился вперёд. Кажется, пока я добежал до врагов, я умудрился схлопотать пулю. Куда бы вы думали? В правую, мать её, руку! Но кость не была задета, так что ладно!
Хоть и было чертовски больно, но я метнул томагавк в ранившего меня пихавана, и, что удивительно, попал ровно в середину лба! У меня внутри даже успела прокатиться волна гордости за себя любимого и проскользнуть мысль: «Может зря я в ковбои подался? Может мне среди чингачгуков место?»
Зелёные надвигались со всех сторон, я проткнул шпагой еще одного, упал на землю, уходя от выстрела другого врага и метнул нож в третьего… И, как в замедленной съёмке, обозревал поле боя…
Вот тут, окровавленный Лысый, хромая, гасит молотом подбежавших к нему рептилоидов.
Вот пробитое пулями и лазерными лучами тело Седого лежит на земле Главный разведчик так и не добежал до своего друга. Даже в смерти, он пытается дотянуться до товарища мёртвой рукой…
Огонь с опушки практически утих. Или там почти не осталось никого живого, либо молодежь отступила… Про последнее я старался не думать, хотя и винить за это я бы тоже не смог…
Моя боевая ярость затухала просто из-за отсутствия сил, движения мои становились всё медленней, сознание пыталось ускользнуть, вырубив мое тело, но я, каким-то чудом еще держался, крутясь волчком среди зеленой толпы, чьё дальнобойное оружие в этой ситуации больше мешало… Но, всему есть предел!
И вот тут зелёные остановились…
В ушах звенело. То ли от перевозбуждения, то ли от потери крови. И я не сразу понял в чём дело, когда слева и справа от меня понеслись, мать их, всадники!!!
Впереди неслась настоящая валькирия. Рыжие волосы развевались по ветру. В руках у неё было копьё, которое она с треском вогнала в оставшегося крокодила. Вогнала почти наполовину, хотя при этом древко у него треснуло и девушка осталась без оружия.
Всадники спешивались, быстро вступая в бой. По их движениям было заметно, что это были опытные бойцы. Окончания боя я наблюдал, позорно упав на колени, и опираясь руками в землю, всеми силами пытаясь не отрубиться! И мне это удалось!
Из подступающего тумана забытия ко мне приблизилась валькирия. Огненно-рыжие шикарные волосы, зелёные глаза, лицо, идеальное в своей красоте, на щеках румянец от прошедшего боя, а в глазах всё еще полыхает пламя прошедшей битвы. Потрясную фигуру не портит лёгкая броня, в нагруднике которой, с трудом, помещается роскошная грудь. Я, определенно, знаком с этой шикарной женщиной!
— Ну, здравствуй, красотка! — хмыкнул я и… позорно отрубился.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.