Вечный Герой. Том 1

Воспитательная? Херасе, Система юморит! Поймать бы мне этого воспитателя! Я, на всякий случай отошел в сторонку, продолжая мысленно обратный отсет. На цифре «ноль», с громким хлопком арка исчезла из нашего мира, оставив лишь трупы гоблинов и бесполезную розовую машину.
Я посмотрел в сторону продырявленного частокола, не собираясь вваливаться туда без приглашения. Подошел к машине, снова кинул Лысому.
— Присматривай!
И залез внутрь. Собственно, интересовала меня портупея с кобурой, которую я стянул с мёртвого гоблина. А вот когда я потянулся за фуражкой, она также не поддалась — как будто прибито к макушке уродца. Также, как и вся остальная одежда, неиллюзорно намекая на то, что хрен я смогу чем-то еще тут воспользоваться!
Судя по всему это стреляло и сам по себе неплохой трофей, решил я, надевая портупею через голову, регулируя длину ремней и переложив пистолет из-за пояса в массивную кожаную кобуру. Подёргав, для порядка, внутри всё более-менее интересное, я разочарованно вздохнул. Больше ничего не отдиралось, не поднималось и не хваталось…
Кроме странной фотокарточки, прилепленной изнутри на металл башни. На ней была запечатлена группа розовых гоблинов в фуражках, стоявших «лесенкой», как на постановочных фото. Перед ними стоял, спиной к фотографу, на удивление зеленый гоблин, в чёрном картузе и плаще, которого дружески обнимал человек. Рядом с человеком, с другой стороны, держа его под руку стояла, судя по фигуре, девушка, с роскошными светлыми волосами, приветственно подняв свободную руку.
Подпись на фото гласило. «Императорская чета лично посетила юбилейный, 10-й выпуск Школы Гоблинских Комиссаров имени Первого Комиссара Свободного Гоблинского Народа Боди Освобожденного».
Кажется, где-то в другой реальности эти розовые уродцы вполне мирно существуют с нашей, человеческой расой! Надеюсь, что померли они не окончательно! Мне их, почему-то жалко…
Как всегда, как только я успел о чём-то подумать, тела гоблинов, на глазах, начали исчезать из этого мира. Точно также «поплыла» стена танка. Я немного струхнул, не хотелось бы «улететь» вмести с гоблинской техникой, и резво выскочил наружу. Уже с земли наблюдая, как танк исчез окончательно…
 
    
Глава 25
Почему-то меня это порадовало. Я подошел к месту, где только что стояла боевая машина гоблинов, но от неё осталось только примятая от колёс трава. Я осмотрелся, особо ни на что не рассчитывая, ну да — Система вся такая же жадная жопа как обычно, ни одного завалящего осколка на месте исчезновения здоровенная машины я не обнаружил. В жопу такие превозмогания!
Хотя, если Система всё это делает в «воспитательных» целях, то награда вряд ли предназначена. Ну хоть пухой обзавёлся, подумал я про себя, ласково поглаживая массивную кобуру на боку. Я задумчиво посмотрел в сторону полуразрушенного лагеря, из-за стен которого уверенное поднимался дымок — похоже эти засранцы там что-то подпалили.
— Пойдём, посмотрим? — Лысый кивнул в сторону лагеря.
Я отрицательно покачал головой.
— Не-а, нас как бы не приглашали, поэтому подождём!
Я улегся на траву, блаженно потянулся, расслабляя напряженные после боя мышцы, Тут же подскочила Соня, приткнулась к моему боку и уронила свою мохнатую морду мне на грудь, требуя внимания. Я улыбнулся и ласково почесал у неё между глаз.
— Соня, ну ты прям отожгла! Скоро тебя в одиночку на толпу врагов засылать можно будет!
Судя по взгляду паучихи, такая идея ей не очень нравилась. Она отрицательно покачала головой, также расслабилась под моими пальцами, лишь косила глазами в сторону фляги на моем поясе. Там, сейчас, находилась вода, но раньше был дедов самогон. Хоть я и прополоскал её пару раз, нюху Мохнатой подруге можно было только позавидовать.
Рядом, в позе лотоса опустился Лысый. Он стянул с себя броник и каску, задумчиво подёргал за резинку труселя, на что получил мой неодобрительный взгляд, хмыкнул, закрыл глаза и подставил свою здоровенную морду ласковому фиолетовому солнцу. Идиллия, мать твою!
Только я расслабился, как началось…
— Бульдог! Бульдог! — конечно же хрен мы отдохнули. Какой-то худой подросток бежал к нам, размахивая руками.
— Чего тебе? — я переместился из положения лёжа в положение сидя.
— Вас зовут!
— Кто это? — поинтересовался я.
— Седой умирает! — отчаянно завопил юнец.
— Вот как? — нахмурился я. Жаль будет, если помрет — с этим человеком я нашел хоть какой-то общий язык. А еще, если он не выживет — то похерятся все наши предварительные договорённости!
— Вот теперь пригласили и можно идти! — сказал я лысому. Тот задумчиво посмотрел на свое снаряжение, нацепил на голову свою любимую каску, а броню просто взял подмышку. Я хлопнул по толстой жопке недовольную Соньку, у которой прервали «чухательные» процедуры и мы всей командой выдвинулись за пацаном.
Заходя внутрь через пролом, я огляделся. Судя по всему, для защитников было полнейшей неожиданностью появление танка и основные потери они понесли именно здесь, на стенах. От осколков снарядов и взрывов камикадзе. До того, как до ватажников дошло, что их просто расстреляют прямой наводкой и они отошли вглубь лагеря здесь полегло большинство самых боеспособных ватажников, а именно — героев!
Я видел торчащие из под завалов тут и там части окровавленных человеческих тел, щедро политых сверху зелёной кровью. При отсутствии тел гоблинов, которые также растворились бесследно. Это было похоже на то, как Система поступает с нашими делами внутри Локаций. Вот только, похоже, сегодня наш мир был Локацией для этих розовых отморозков.
Со всех сторон разносились стоны раненых и плачь женщин, которые, тем не менее пытались оказать раненым ватажникам первую помощь. Все это совсем не выглядело «игрушечным». Запахи человеческой крови и гари, смешанные в воздухе, всколыхнули у меня в мозгу нелицеприятные воспоминания.
— Сюда! — крикнул пацан и я прошел за ним, в импровизированный лазарет, устроенный прямо под открытым небом. В углу, прислонившись к стене сидел окровавленный Седой. Рядом с ним на корточках сидел Силач, судя по всему, отделавшийся лишь порезами. Но главном разведчике же не было живого места, весь его корпус был покрыт ранами, нанесёнными разъяренными гоблинами. Лицо превратилось в кровавую кашу, из-под которой проглядывал, чудом уцелевший один глаз, который с трудом сфокусировался на мне.
— Бульдог, — прохрипел он. — Ну надо же! Вы не сбежали?!
— Как видишь, — развёл руками я руками. — А вот от тебя я такого не ожидал — думал, что ты парень половчее. Дать себя так изуродовать каким-то мелким засранцам?
Седой криво ухмыльнулся, с его израненным лицом это выглядело жутковато.
— Сегодня просто не мой день!
— Я могу чем-то помочь? — спросил я.
— Ну разве что, ты откроешь прямо здесь врата в Локацию и закинешь меня внутрь, чтобы я подлатал себя с помощью кристаллов! Ну или ты, внезапно, внесистемный лекарь?