Отпуск с последствиями
– Что ж, тогда давайте его погрузим, чтобы его не переехал кто-нибудь другой.
– Это надо постараться, – холодно заметил Тушнов.
Катя поежилась. На секунду даже как будто морозным ветром повеяло, и на ее влажной разгоряченной коже выступили мурашки.
– Да ладно вам. Не такая уж я неумеха, – Катя улыбнулась в надежде как-то сгладить повисшее напряжение. Тушнов бросил на нее еще один взгляд и отвернулся, но Кате показалось, что прежде он немного смягчился.
В четыре руки они погрузили его дорогущие чемоданы в багажник и расселись по местам. Катя за рулем. Тушнов рядом.
– Если хотите, я могу уступить вам место.
– Чтобы я за вас сделал вашу работу? Ну, уж нет.
– Просто некоторые мужчины не слишком любят ездить, когда за рулем женщина, – стушевалась Катя.
– Я не настолько шовинист.
Да что ж такое? Вот как не заладилось все с самого начала, так и покатилось черте куда. А ведь Катя славилась своим умением ладить с людьми всех возрастов и слоев населения. Но тут прям ни в какую не выходило. Может, потому, что ее удивила собственная реакция?
– Ну, что ж. Тогда поедем, – опять улыбнулась она. Утопила педаль в пол, отчего машина чуть было не вылетела на тротуар, но, к счастью, заглохла.
– Иисусе! Что вы вытворяете? – воскликнул Тушнов.
– Простите. Мне не хватает педалей.
– Да тут же автомат, – сощурился он.
– Вы мне угрожаете? – Катя улыбнулась шире, уже не особенно надеясь, что ее глупая шутка сгладит ситуацию, но в то же время вообще не понимая, как теперь себя с ним вести. Она облажалась по всем фронтам. Это точно.
– А вы, я так понимаю, пытаетесь шутить?
– Ну, а что мне остается делать? Тут либо плакать, либо смеяться. Предпочитаю второе. И да, я не представилась – меня зовут Екатерина. Знаю, что первое впечатление можно произвести только один раз, но не могли бы мы забыть наше знакомство и начать заново?
Катя протянула Тушнову ладонь. Тот скосил на нее взгляд, но так и не пожал, заметив:
– При условии, что вы, наконец, вспомните, как водить.
Она бы, может, и вспомнила. Если бы его близость так сильно её не нервировала. И вот, казалось бы, с чего? С другой стороны, не так уж часто на ее пути встречались настолько привлекательные мужчины. Это сбивало с толку. И… волновало очень.
– Дайте мне пару секунд, – усмехнулась Катя.
И ведь получилось. Кое-как они все же вырулили со стоянки. И даже на дорогу выехали без приключений.
– В горле пересохло, – заявил Тушнов, когда Катя уже почувствовала себя достаточно уверенно за рулем, для того чтобы, наконец, приступить к своим обязанностям гида.
– О, не переживайте. Мы все предусмотрели. Ваша вода…
Жестом фокусника Катя извлекла из держателя бутылку Эвиана и протянула гостю, прежде чем вспомнила, что та уже наполовину опорожнена.
Тушнов бутылку взял. Покрутил ее в красивых руках и… хмыкнув, отложил в строну.
– Спасибо. Обойдусь.
– Послушайте, мне очень жаль… Извините, как я могу к вам обращаться?
– Дмитрий.
– Мне очень жаль, Дмитрий. Воду мне пришлось открыть, да. Но поверьте, горлышка никто не касался. То есть… вода внутри абсолютно чистая, а нам ехать еще как минимум час.
– Тогда, может, стоит остановиться у какого-нибудь магазина. А лучше ресторана. Я ужасно голоден.
– На этот случай мы тоже все предусмотрели! Пожалуйста, ваш перекус.
Бумажный пакетик с фруктами Дмитрий взял так, будто там внутри была, по крайней мере, бомба. Осторожно открыл и заглянул внутрь.
– Я могу надеяться на то, что эти фрукты… хм, не грыз кто-нибудь до меня? Или это слишком беспечно?
Ах ты ж, чертов сноб! Хотя она тоже хороша. Понятно, что за свои деньги парень рассчитывал на отличный сервис, а получил… Катя сделала пометку – послать ему бутылку лучшего шампанского и корзину фруктов в качестве извинения за отстойный прием. А еще можно было сделать скидку на экскурсию. Нет, провести ту бесплатно вовсе. Ну, ведь и впрямь ни в какие ворота не лезло все, что произошло. Репутацию – и свою, и компании, нужно было спасать. Потому что они не зря считались лучшими в лакшери-сегменте. И, черт его возьми, она ему это докажет!
– Вы можете смело их есть. Жаль, вы опоздали на сезон ананасов. Еще месяц назад те были такими сочными, что сок по рукам тек. А вот кокосы здесь родят круглый год. По обе стороны от дороги вы можете наблюдать кокосовые пальмы…
Надо сказать, в последний раз Катя работала гидом еще в институте, но, очевидно, этот навык остался с ней навсегда. Ее рассказ об острове выходил довольно складным и интересным. Так ей казалось, пока она не повернула голову к своему единственному слушателю и не увидела, что тот залип в телефоне. Кажется, плевать ему было на все. А она распиналась.
– Дмитрий…
– Да?
– Давайте, пока есть время, обсудим ваши пожелания относительно отдыха.
– А что их обсуждать?
– Ну, что вам интересно? Какие виды экскурсий? Исторические, экстремальные, или, может, вы хотели бы поохотиться? Это тоже можно организовать.
– Угу, организуйте.
– Что именно? – растерялась Катя.
– Все, кроме охоты. А еще скажите, вы не в курсе, где этот пляж?
Тушнов сунул ей под нос телефон. Не в курсе ли она? Да она на этом пляже проводит каждый свой вечер…
– Конечно. Это совсем рядом с вашей виллой.
– Покажете, – кивнул Тушнов головой, прежде чем отвернуться к окну.
Глава 4
Когда они, наконец, остановились возле будки охранника на въезде в отель, Дима буркнул:
– Если можно, я дальше пешком, – и выскочил из машины.
На самом деле ему было плевать – можно или нельзя. Он просто не мог дальше ехать. И женщина за рулем, и ее не слишком хорошие навыки вождения, и само движение на дороге, которое, кажется, не подчинялось никаким правилам вовсе, повысили градус его тревожности до запредельного. А ведь Дима всерьёз полагал, что давным-давно справился со своими фобиями. Оказалось, что нет. Его сердце колотилось, как ненормальное, пульс участился, а дыхание сбилось… Чтобы отвлечься, он шарил в телефоне и внимательно вслушивался в голос своей горе-помощницы, которая болтала всю дорогу, не закрывая рта. Свой рассказ она начала с того, что Занзибар – это не остров, как многие думают, а вообще-то – архипелаг, потом рассказывала про его колонизацию. Султанат, рабство, и про редких мартышек Колобуса, что только здесь водились… Гид из девицы вышел получше водителя. Её рассказ был легким и ненавязчивым, где-то даже смешным. Но Дима был не в том состоянии, чтобы им насладиться. Скорее, напротив. Ему очень хотелось велеть ей заткнуться и сосредоточиться на дороге. Потому что, видит бог, она была не настолько хорошим водителем, чтобы одновременно делать сразу несколько дел.
– Как пешком? Куда? – она выскочила за ним и уставилась широко распахнутыми глазищами. Красивыми – вдруг отметил Дима. Такими… скорее черными, чем карими. Каштановыми. Вот как бы он их описал, если бы за каким-то чертом взялся за это дело. А ведь она была старше, чем он подумал, сбитый с толку ее совсем девчоночьей субтильностью и смешливой широкой улыбкой, из-за которой на щеках Кати появлялись милые ямочки. Интересно! Дима скользнул взглядом ниже. По загорелой шее, ничем не выдающейся груди, облепленной льняным пиджаком, худеньким бедрам, ногам с натренированными тугими икрами, которые обычно бывают у спортсменок или танцовщиц. К стопам в легких сандалиях на тонких ремешках. Одна – безупречно чистая. Вторая… Взгляд Димы пустился в обратный путь и остановился на ее каштанового цвета глазах.
– То самое происшествие на дороге, из-за которого я опоздала, – пробормотала Катя с досадой. Её и без того загорелая кожа на глазах стала еще темней от румянца.
– Ах вот оно что. А я все гадал, чем это пахнет…
– Пахнет? – пролепетала Катя.
– Ага. Всю дорогу. Я было решил, что это вы от страха… – он не удержался и брезгливо наморщил нос. Конечно, желая ее поддеть. Дима поймал себя на том, что ему нравится, как эта чудачка реагирует на его замечания. К тому же болтовня отвлекала. Заставляла забыть о недавних переживаниях.