Невеста. Шипы и пепел нас венчали

Не знаю, сколько длилась моя агония, но, в конце концов, зрение прояснилось, слух вернулся, тело почти расслабилось. Я боялся пошевелиться, чтобы вновь не ощутить эту боль.
Я приучен к боли. Но это вещество рвало жилы, нервы и кромсало все болевые точки в труху.
Повторений не хотелось.
Но стоять на коленях перед жирным ублюдком не буду. Никогда.
Медленно, я принял сидячее положение. По губам потекло что-то тёплое.
Кровь. Во рту тоже ощущался солоновато-металлический привкус. Я сплюнув кровь и оскалился.
– Новая разработка. Паралитический возбудитель, – самодовольно прогундосил толстяк. – Не позволяет тебе лишиться сознания от боли, но при этом вызывает самые сильные муки.
Он помолчал и продолжил:
– Хан показал тебе результат самой минимальной дозировки, пёс. Будешь меня слушать и больше никогда не испытаешь подобного. Я всегда держу своё слово. А будешь свой нрав демонстрировать – ты получишь такую порцию боли, что… Не-е-ет, ты не сдохнешь.
Он противно заржал, с хрюканьем и бульканьем.
– Не мечтай подохнуть в клетке, псина. Я за тебя отдал хорошую сумму денег и намерен их не только отбить, но ещё и заработать. Так вот, когда ты будешь на грани, наш молчаливый доктор вернёт тебя к жизни, залечит все твои повреждения и тогда, я начну всё сначала. Поверь, пёсик, я могу долго пытать и всё равно получу желаемое – ты сломаешься и станешь моим рабом. Выбор за тобой – сразу мне сдаться и подчиниться моей воле или же пройти все круги Ада.
Расстройство и гнев усилились. Но сейчас не время для истерики. Это того не стоит.
Я закрыл глаза и улыбнулся. Потом поднял руки и показал этим ублюдкам характерный жест.
– Хан, увеличь на три.
* * *
Мия
С того страшного и печального боя, прошло три года.
Гран не наказал ни меня, ни Йена, ведь не было никакой нашей вины в смерти бойца.
Не наказал. Нет.
Но сорвался.
Гран – чудовище. И в этом я убеждалась день изо дня.
Он кормил меня страхом, обещая моей сестре самое ужасное будущее, если я не буду повиноваться.
А ведь я пыталась сбежать…
Не вышло.
Я тогда думала, что Гран меня обманывает и судьба моей сестрёнки совсем не та, как мне рассказывает этот монстр. Но он умеет ломать и в нужный час ставить на колени.
После неудавшегося побега, я получила возможность увидеть Тиану.
Гран позволил мне пообщаться с ней. Хоть наше общение трудно назвать общением. Я молчала и слушала сестру. Лишь иногда писала на планшете свои вопросы и кратко рассказывала о себе.
Она жила и училась на другой планете. Хорошая школа, высокий уровень образования. Тиана получала всё необходимое для светлого будущего.
И если я буду хорошей и послушной девочкой, как сказал мне Гран после того, как я, наконец, увидела и услышала её, то он Тиану отпустит на все четыре стороны.
Забудет о её существовании и не станет продавать.
Хороший, стимул, правда?
Но я не верила этому животному. Он никогда не позволит своим долгосрочным вложениям просто взять и исчезнуть. А ведь образование дорогое.
Не думайте, что Гран вдруг задумался о благотворительности. Этот мужчина не знает, что такое помогать и отдавать. Он умеет только брать и потреблять.
Но я решила сделать вид, что поверила ему.
Странно, но после моего неудавшегося побега, меня даже никто и пальцем не тронул, хотя я уже готовилась к худшему. Тело всё ещё помнило удары хлыстом. И сами шрамы не позволяли забыть.
И я затаилась.
Не знаю, чего я ждала и на что надеялась, но с каждым годом мои планы и надежды постепенно исчезали, и мне казалось, что я никогда не выберусь из этого кошмара и никогда не спасу свою сестру.
В итоге, я даже привыкла. Меня больше не пугали мужчины, избитые до полусмерти. Не кружилась у меня голова от запахов крови, пота, мочи, страха и удовольствия.
Я разучилась бояться.
Разучилась верить.
Разучилась жить.
От меня осталась оболочка. Тело. А душа свернулась пушистым клубком и спряталась в твёрдый шипастый панцирь. Нет, не умерла, но замерла.
 
А может… и умерла…
Мои размышления прервал голос верного пса Грана:
– Мия! Гран тебя вызывает на минус сто второй уровень. Клетка девять тысяч семьсот тринадцать. У нас пополнение, нужна твоя помощь.
Ну вот, очередной несчастный оказался в лапах жирного монстра. И, увы, ему не выбраться.
А ведь я вам не рассказала ещё кое-что.
Был не только побег. Был ещё один случай – я пыталась помочь сбежать одному мужчине. Хотя мужчиной его слабо можно было назвать. Совсем ещё молодой парень, только-только перешагнул грань от юноши до мужчины и даже не видел крови.
Гран его приобрёл для потехи. Были у него разного рода развлечения, и молодой мужчина должен был оказаться в клетке с дикими и голодными животными.
Билли, так звали того молодого мужчину.
Я выкрала у Хана антиблокираторы, форму охраны и чиповые ключи.
Но мне не удалось помочь.
Гран передумал над развлечением для него и вывел его на арену в тот самый день, когда я должна была помочь бежать.
Видимо, я конченая неудачница и приношу горе каждому, кому желаю добра.
А ведь если бы Гран узнал о моих действиях, то мог сделать со мной что-то страшное.
Я потеряла голос.
А ведь есть что-то хуже потери голоса.
Например, я могла лишиться зрения.
Гран – гнилое существо, однажды он бросил мне, что лишит меня зрения, если я буду плохо выполнять свою работу.
Спустилась на лифте на минус сто второй уровень и направилась к нужной клетке. Когда я проходила мимо несчастных запертых в эти чудовищные сооружения, становилось тихо. Странно, но все те, кто находился в рабстве у Грана его ненавидели. А меня… уважали?
Хотя за что? Ничего особенного я не делала.
А вот и Гран.
Я встала напротив него, словно послушная рабыня.
Он противно и гадко усмехнулся.
– Мия, познакомься, наш новый экземпляр – Бешеный. Так я его прозвал. Хотя ещё мне нравится прозвище Тупой. Оно ему так же отлично подходит. Не поверишь, милая, но этот кусок дерьма так мне и не повиновался, он выбрал страдания и боль. Может он любит, чтобы ему делали больно, м? Как думаешь?
Взглянула на Грана исподлобья, желая ему сгореть заживо, он тут же хрюкнул, заржал и сказал:
– Совсем забыл! Ты же у меня немая сучка!
Убрала руки в карманы халата и там сжала их в кулаки. Одно меня немного утешало – это его нос, точнее его отсутствие. Так никто и не смог ему помочь.
Грану еженедельно делали процедуры по промыванию и очищению. Он у него постоянно гноился.
Меня он как-то попросил исправить дело рук своих, точнее, приказал. Увы, но моя сила по какой-то странной причине не действовала на Грана, чему я была несказанно рада.
Как же я его ненавижу.
Гран прекратил ржать и загундосил уже другим тоном – деловым и жёстким:
– Приведи его в порядок, Мия. Хан хорошо развлёкся и мы убедились, что Бешеный может выдержать даже самый высокий уровень боли. В общем, ты сама всё знаешь. Если возникнут проблемы – зови Хана, не стесняйся.
И снова он заржал.
А вот Хан молчал и как-то странно смотрел на меня. Этот необъяснимый взгляд я стала на себе ловить, когда излечила его от огнестрельных ранений. Ещё бы чутьчуть и Хан бы умер.
Хан открыл клетку, и я вошла внутрь. Услышала за спиной шипение и щелчки.
– Даю тебе три часа, Мия.
Я не кивнула, как делала это обычно, а стояла, остолбенелая от увиденного.
Что они с ним сделали?!
Передо мной лежал… лежало тело, синяки, глубокие раны, ожоги, волдыри, сломанные кости, белыми остриями, торчащие сквозь разорванную кожу… Всё тело – одно сплошное месиво.
Такого ужаса я не видела даже на самых жестоких боях.
Упала перед несчастным и прикоснулась к его руке – совсем легонько, чтобы не причинять ещё большей боли и закрыла глаза, призывая весь свой дар.