Дракон, который боялся летать

Для наглядности он увеличился в размерах. Ещё и огнём покрылся весь — зрелище со стороны красивое (чёрная чешуя, по которой пробегают язычки пламени). Но драконы почему-то не оценили. Они дружно — так же в лапу — попятились…
И бросились к дверям в лобби — иначе из сада было не выйти. Про крылья никто из них не вспомнил, не иначе как от изумления. И, наверное, паники: не каждый раз видишь, как твой сородич демонстрирует магию, о которых ты разве что в легендах читал.
В тех же легендах, кстати, писали, что огненные, бывало, пожирали поверженного соперника. Может, и неправда, может, человеческая пропаганда. Но проверять её на своей шкуре драконы явно не хотели.
Поднятые по тревоге полиция и маги, а также многочисленные зеваки (оцепить периметр ещё не успели) имели удовольствие наблюдать любопытную картину: сначала в здании, которое в панике покинули все, кто мог хотя бы ползти, что-то рычало, билось и взрывалось. Потом из распахнутых дверей вывались пять золотистых драконов, у которых буквально на мордах было написано: «Спасайся кто может!» Следом, выдыхая огонь, за ними гнался сгусток пламени, в котором угадывались очертания здоровенного чёрного змея.
Люди в панике замерли. Даже маги, приготовившиеся колдовать, застыли — такое им видеть раньше не приходилось.
Чёрный дракон надулся, готовый выдохнуть пламя…
И намертво застрял в дверях.
Пауза.
Немая сцена: золотистые драконы, маги, полиция и зеваки смотрели на двери, где бился чёрный.
Потом все опомнились. Драконы наконец вспомнили про крылья и кинулись врассыпную.
В воздухе сверкнули ледяные цепи.
Чёрный всё-таки пролез в двери.
Цепи упали на него.
Дракон поднял лапу, посмотрел удивлённо на синеватые звенья. И обиженно заорал. От его вопля задрожала земля, здание отеля затряслось, точно в припадке, людей смело звуковой волной.
А дракон стряхнул с себя цепи и… исчез.
Когда противный звон в ушах стал тише, Эмма Марис услышала изумлённый голос своего заместителя:
— Чт-то эт-то б-было?
Волшебница сглотнула и прижала трясущиеся ладони к вискам. Она-то отлично знала, что это было.
… — Что это было?! — услышал Сильвен, когда пришёл в себя. Он всё ещё находился в обличии дракона, вокруг жгуче пахло дымом, слышалось дыхание моря. И взмыленный Эсвен с выпученными глазами носился вокруг в обнимку со знакомым чемоданчиком зелий. — Что ещё ты успел натворить?! Зачем?
— А ты думал — легко возглавлять госбезопасность? — отозвался Сильвен на дракко.
Эсвен осел на чёрный от золы песок и посмотрел с такой злостью, что будь на месте Сильвена кто-нибудь другой, уже бы попытался провалиться под землю от страха.
Потом на дракона обрушился поток оскорблений.
— Ты что, не мог спокойно в своём Эртене посидеть? — возмущался Эсвен. — Спокойно — это значит, тихо! Ты не понимаешь, каково это — тихо?
И так далее. Закончилось всё мрачным:
— Я тебя когда-нибудь убью.
— Силёнок не хватит, — усмехнулся Сильвен, превращаясь в человека. Кожу неприятно стянуло, словно она вот-вот треснет, а от рук почему-то валил пар.
— Держи. — Эсвен бросил ему чемоданчик. — И я бы на твоём месте хотя бы умылся.
— Эй, постой! А ты куда?
— А у меня благодаря тебе дел теперь по горло! — рявкнул Эсвен, и Сильвен решил сегодня ему это спустить. Но только сегодня.
— Эсвен, погоди. А что случилось-то?
Новый советник по госбезопасности круто развернулся.
— Что — что?
— Ну… — Сильвен снова посмотрел на свои ладони. Теперь они дымились. — Я не… Как я здесь оказался? Зачем?
— О, ты всего лишь спалил отель и устроил такое представление для всего Эртена, которое этот городок вряд ли когда-нибудь забудет. Количество жертв уточняется, но ты просто представь, сколько людей от тебя, придурка, не успели убежать. Твою мать, Сильвен, мы так долго убеждаем Каэлию, что драконы умеют держать себя в руках! Учти, все ремонтные работы за твой счёт.
— Чего?..
Но Эсвен уже исчез.
Сильвен почесал когтем висок. Осмотрелся. Пляж был пустынен и красиво покрыт пеплом — густым, чёрным, дурнопахнущим. Точно так же вонял и сам Сильвен. Людей видно не было, одежды, кстати, тоже. И планшета. Ничего не было, кроме чемоданчика с зельями.
«Я схожу с ума», — подумал Сильвен. Впрочем, эта мысль отчего-то его лишь развеселила. Усмехаясь, дракон вытащил из-за верхнего левого клыка комм экстренной связи. Настройка заняла минут десять, за которые Сильвен сумел, грязно ругаясь, искупаться в море, вернуть маску Дерека и напиться зелий.
Потом комм принял первый вызов, и дракон услышал взволнованный голос Эммы Марис:
— Граф, вам лучше бы появиться. Милорд, вы меня слышите?
— А мы разве не переходили на «ты»? — невольно усмехнулся Сильвен.
Последовала короткая пауза.
— Господин, я хочу сказать, что мэр…
Ну конечно, с ума сходит. Сильвен поморщился.
— Секунду.
Мэр не просто с ума сходил, он в панике метался между телами, которые медики погружали на носилки. И натурально волосы на себе рвал.
— Я уничтожу этого дракона! Он у меня за всё ответит! Я ему крылья лично отрежу!..
«О, прекрасно, значит, признание отменяется: он и так всё понял», — подумал Сильвен.
Вокруг царил хаос. Словно пример с мэра брали, метались полицейские — порядка в их рядах не наблюдалось. Маги же явно не понимали, куда себя деть — драконы исчезли, а что ещё делать? Действительно, не врачам же помогать. Те единственные сейчас работали, и дел у них было невпроворот: количество жертв даже на первый взгляд казалось ужасающим.
За мэром следовала бледная как смерть Эмма с раскрытым экраном планшета и пером.
— Господин Кейн, мы уже отправили Тео в королевский поиск. Пожалуйста, успокойтесь, мне нужна ваша подпись…
«Какой ещё Тео?» — удивился Сильвен. Потом вспомнил про золотистого дракона. И воскликнул:
— Так это был Тео?
Все оглянулись, даже медики. Сильвен поймал внимательный взгляд Эммы — волшебница тут же торопливо отвернулась и слегка порозовела. А Сильвен только сейчас сообразил, что всё ещё голый. Зато в маске графа Милосского!
Потом на него бросился Кейн, и не будь Сильвен драконом, не устоял бы — когда на тебя летит такая туша в расстроенных чувствах, впору в обморок падать.
— Любовь моя! — рыдал мэр. — Ты жив!
И тряс Сильвена так, что ещё чуть-чуть и тот бы концы отдал.
— Тв-воими… ст-тараниями. Пусти меня!