Дракон, который боялся летать

Хохотнув, Сильвен опёрся на ближайшую колонну и откупорил бутылку. Повернулся к Деве, подмигнул.
— Ну что, крошка, за моё здоровье?
Завибрировал браслет, на котором высветился номер Лианы — секретный, которым она не должна была сейчас пользоваться. И сообщение:
«Ответь. Моему. Мужу. Придурок!»
«Да пошла ты», — бросил ей Сильвен и залпом выпил полбутылки. Если королевской чете нужна ручная собачка, то есть, дракончик, пусть, вон, Эсвена зовут. Или… Да кого угодно, любой будет рад занять место фаворита короля. «А с меня хватит».
Сильвен подставил лицо ветру и зажмурился. Какого чёрта! Он угрохал лучшие годы своей жизни на этого неблагодарного… идиота! У которого долг и… И ещё уйма вещей на первом месте, а другу, между прочим, единственному, приходится плестись в конце и довольствоваться крохами королевского внимания. «Разве я это заслужил? — думал Сильвен, сжимая кулаки. — Нет! Я был ему предан! Я оберегал его, я убивал для него! Я всю, всю свою жизнь посвятил ему, а он!.. Ну всё, хватит! Он меня не ценит — прекрасно! Я буду сам по себе. Что я, правда, как ревнивая жена, которой изменили. Дракон я или нет?»
Мысли были странные — как будто не его. Как будто их Сильвену внушили. Если бы он не знал, как работает эмпатия, заподозрил бы Эмму. Но даже сильнейший эмпат в истории — кстати, дракон — не был способен на такое. Забрать печаль, грусть превратить в радость, вернуть покой — это да. Но мысли эмпаты не читают и уж тем более не внушают.
Сильвен допил виски — в ушах приятно зашумело, но не более. Напиться бы сейчас… А, впрочем, чего ради? Напьёшься — перестанешь себя контролировать. «Нет уж, я закончу то, зачем сюда приехал, — в который раз подумал дракон. — Нужно это Роберту или нет… Это нужно мне. Я дракон и, чёрт возьми, не хочу на острова! Мне нравится Каэлия. Я хочу здесь жить свободным. Имею, мать вашу, право!»
«Сильвен, да что с тобой такое?» — завибрировал браслет. Писала снова Лиана.
«Отвали, я занят», — набрал Сильвен, сделав мысленную пометку поговорить с королевой. А впрочем, нет — зачем? Достаточно будет просто узнать, всё ли с ней в порядке. Потому что у Роберта — спасибо его идиотизму — сейчас врагов хватает, а шантажировать короля, особенно каэльского, супругой — милое дело. Половина всех террористов в истории именно так и поступали.
«Лиана этого не заслужила, — думал Сильвен, катая пустую бутылку по полу. — Пусть спокойно родит, пусть вырастит принца-дракона. И будет нам всем счастье — в смысле, драконам. А что? Это же так».
Дождь усилился. Сильвен откинул мокрую чёлку со лба, тряхнул руками — с них капало. Посмотрел на тонущий в тумане сад. Тонко пахло розами и ещё чем-то сладким… Жасмином, что ли?
Сильвен отвернулся и подумал, что пора бы вернуться в столовую, попрощаться с Марисом, сходить, кстати, на источники… Например, завтра. А что? Чешуя, вон, сыпется — хорошо натопленная сауна наверняка поможет не только расслабиться, но и кожу в порядок приведёт. Ах да, и найти сговорчивую девицу… Где-нибудь подальше от Эртена. Ха, да любая в каком-нибудь клубе будет не против.
Потом сквозь шум дождя до Сильвена донёсся странный шум: как будто уронили что-то тяжёлое. Или нет — несли что-то тяжёлое, затем хорошенько ударили им о стену. Сильвен поморщился и пожал плечами: мало ли, что там слуги делают. Не его забота.
Но вслед за этим раздался всхлип — такой тихий, что не будь Сильвен драконом, не услышал бы.
Он огляделся. В галерее — в крыле напротив, которое хорошо просматривалось с веранды — точно кто-то был. Сильвен потянул носом, но из-за дождя запахи смазались. В конце концов, он дракон, а не охотничья собака, у него тоже есть свой предел.
Уже стемнело, но силуэт Сильвен видел хорошо. Точнее, силуэты. Что… Что они там делают?
Всхлип повторился. Сильвен поморщился, потом вздохнул — ну да, драконы любопытны, ничего не поделаешь — и перепрыгнул через перила в сад. Подкрасться и посмотреть труда не составит. Интересно же. А когда дракону интересно — это чувство сравнимо с голодом. Голодать же Сильвен не привык.
Влажная земля неприятно чавкала под ногами, брюки, там, где по ним хлестали листья, промокли, ботинки быстро запачкались. Но Сильвену было весело: он чувствовал себя драконом, который выслеживает добычу. Давно он в охоту не играл — с самого детства с Робертом…
Приблизившись к стене галереи, Сильвен недолго думая опустился в грязь на колени — так слушать удобнее, и из-за куста роз его не будет видно. К тому же, какой идиот будет прятаться в розах — там же шипы!
А если кто и заметит — всё равно решат, что это Дерек Милосский развлекается. В череде его самодурств подслушивание в саду станет безобидной шалостью.
Окно в галерее было приоткрыто, и отсюда Сильвен отлично различал запахи: силуэты принадлежали Эмме и её мужу. А вот что они делали, до дракона дошло не сразу.
Всхлипывала Эмма — голос был женский. И получалось, что она пытается сдерживаться: звук был приглушённый даже на таком расстоянии. А вот характерные движения и запах… «А, так они сексом занимаются», — понял дракон и уже собрался уходить. Любопытство удовлетворено, а что секс у этой парочки жёсткий — ну так, кому что нравится. Сильвен и сам иногда был не прочь, если партнёрша тоже этого хотела.
Но тут к запаху примешался характерный аромат крови, и Эмма выдохнула еле слышно:
— Мне больно…
Очевидно, её муж никак на это не отреагировал, потому что чуть погодя она взмолилась:
— Пусти. Алан, пожалуйста!
И тут же захрипела — похоже, муж схватил её за шею.
У Сильвена волосы встали дыбом, когда запах крови усилился. И когти удлинились сами собой.
— Ну, конечно, шлюха, — отозвался Алан, и голос его звучал сейчас незнакомо, словно говорил другой человек. Не тот, что улыбался и щеголял в розовом фартуке. — Ты сама виновата. — Алан говорил и задыхался. — По-твоему, я должен был терпеть? Терпеть и смотреть, как ты вертишь задом перед этим извращенцем?
— П-пожалуйста, — прохрипела Эмма.
— Что «пожалуйста»? На меня смотри, дрянь! Ты думаешь, кроме меня ты кому-нибудь нужна? Да? Поэтому нацепила это платье? Лезешь к этому… графу? Нравится он тебе, да? Смазливый красавчик, ты же у нас таких любишь… Да, дорогая?
Стук повторился снова и снова. Сильвен поднял взгляд, увидел силуэты в окне: Алан навис над своей маленькой женой и бил её головой о стену, словно мячом — истерично, торопливо. Запах крови стал ярче.
В питомниках некоторые охранники и даже маги любили поиздеваться над юными драконицами. Почему нет? Не люди же, и ответить не могут. А что это считается извращением… «Так это же мы так наказываем».
Последнее, что Сильвен помнил: осознание, что он больше себя не контролирует. И жаркое пламя перед глазами.
Когда оно схлынуло, Сильвен с удивлением обнаружил в своих руках скорчившегося Газаля, и кровь — повсюду. А ещё разбитое стекло. В ушах всё ещё звенело, потом до дракона донёсся, словно издалека, хриплый голос Эммы. Кажется, она просила его прекратить. Сильвен не понял, что именно он должен прекращать.