Новый год на драконий лад

— Я же всё вернула! — провыла она чуть ли не с праведным возмущением.
— Ну вернула, положим, не ты. А Кудрин. Только на этот раз ты в такое дерьмо влезла, что тебе уже никакой Кудрин не поможет.
— Кирилл Валерьевич, клянусь, я больше не буду!
— Детский сад, ясельная группа. Свердлова, я ещё в жизни от тебя слова правды не слышал. Неужели думаешь, поверю твоим лживым клятвам?!
— Кирилл Валерьевич, пожалуйста, дайте мне доучиться! А я не стану подавать в полицию заявление об изнасиловании.
— Что?! — взревел ректор, в гневе вскакивая с кресла. — Ты мне ещё лжесвидетельством угрожаешь?!
    
Глава 52
Змея невольно сжалась в испуге - вероятно, в такой ярости ректора ещё не наблюдала. Однако наглости в её глазах не убавилось.
Но Кирилл уже взял себя в руки.
— На своего нового любовничка рассчитываешь? — произнёс он ядовито-вкрадчиво. — Думаешь, под его покровительством тебе всё сойдёт с рук?! Кстати, Кудрин о нём уже знает?
— Какого ещё любовника?! — не слишком натурально возмутилась Настя.
— Никиту Рогова, — с уверенность озвучил Лисовский.
Кажется, ткнул пальцем в небо, но, судя по тому, как нервно сглотнула Настя, попал в точку.
Так эта гадюка ещё и под Рогова подстелиться успела!
— Нет у меня никаких любовников, — заявила она, гордо вскинув голову (хотя всё ещё сидела на коленях).
И тут у меня зачесался язык сбить спесь с гадины.
— Ну раз нет - нестрашно ведь, если они узнают друг о друге? — произнесла я язвительно. Кто такой Кудрин вообще понятия не имела, да и с Роговым общаться близко не предполагала. Но для Насти-то я - тёмная лошадка.
Та зыркнула на меня зло-затравленно. Ага, значит, моя идея ей не явно не понравилась.
— Вот только Иван Сергеичу не надо ничего говорить, — пробормотала она.
Иван Сергеевич - это Кудрин, что ли? Во всяком случае, точно не Рогов.
— Хорошо, не будем, — «смилостивился» Кирилл. — Мы поступим проще. Тебя жене Рогова заложить или любовнице? — оборотень впился в неё безжалостным взглядом. — После этого ты точно больше не будешь моей головной болью. Потому что станешь мечтать только об одном - чтобы вообще выжить. Любая из них уничтожит тебя в два счёта и не поморщится. А Рогов ещё и поможет. Ибо осложнения в отношениях с роднёй жены ему совершенно ни к чему - за ними тоже стоит немалая сила, и лишиться их поддержки он точно не захочет. Что же касается второй, так та, осерчав, без лишних сожалений собственного мужа заказала, а потом и любовника. А уж тебя, дешёвка, точно в Роговской постели не потерпит. Ну что, хочешь, чтобы я натравил на тебя их обеих?!
Настя откровенно сбледнула и даже вся её наглость куда -то испарилась как прошлогодний снег.
— Нет, — она с убитым видом помотала головой.
— Тогда убирайся с моих глаз долой.
— Кирилл Валерьевич, не отчисляйте меня, пожалуйста! — опять заскулила паразитка.
— Уж не после твоих ли угроз я должен передумать?! — с отвращением бросил Лисовский.
— Я не угрожала. Просто ляпнула, не подумав, — пошла она на попятную.
— Вот в следующий раз думай. В каком -нибудь другом учебном заведении.
— Никита велел мне обвинить их в изнасиловании, — вдруг призналась змея, мотнув головой на Бариновых. — Зачем - не знаю. Только я вам ничего не говорила! — тут же добавила с перепуганным видом.
— Ну и на кой чёрт мне твои тайные показания?! — криво усмехнулся Кирилл. — Кстати, в твою пустую голову не приходило, что ты недолго прожила бы после выполнения «поручения»? Я даже не уверен, что это дело пережили бы все шесть твоих подельников, а уж живые свидетели со стороны Рогову не нужны однозначно.
Настя опять напрочь сошла с лица.
— Всё, убирайся отсюда, — добавил ректор безапелляционным тоном.
Она неохотно поднялась с колен и медленно, словно бы каждый шаг давался ценой невероятных усилий, побрела на выход. Однако возле двери резко вновь развернулась к ректору.
— Кирилл Валерьевич, а хотите я шпионить на вас буду? — выдала змея неожиданное предложение.
Лисовский устало закатил глаза.
— И что же интересного ты способна нашпионить? — спросил он с кривой усмешкой. — Какие позы предпочитает Рогов и сколько раз за ночь может?! Так мне это глубочайше до лампочки. Всё, Свердлова, не беси меня! Скройся!
Понурившись окончательно, Настя наконец покинула ректорский кабинет.
— Ты обещал рассказать, почему её не выгнали до сих пор, — напомнил Гирзел, проверив на месте ли полог тишины, которым с самого начала накрыл помещение Кирилл. — Но, кажется, теперь я уже догадываюсь - избавиться от этой пиявки не так-то просто.
— Дело не только в этом, — усмехнулся Лисовский. — Да, перед Вороном она тоже ползала на коленях и клялась, что больше ничего и никогда. Но за неё тогда вступился Кудрин. А поскольку все остальные Настины преступления были связаны с разборками в магическом сообществе[1], официально ей вменялась в вину лишь кража денег с карточки одногруппников. Сумма, с которой в итоге её подельник скрылся в неизвестном направлении, кстати, была нехилая. Однако Кудрин выплатил нанесённый паразиткой ущерб в полном объёме и очень настоятельно просил её не отчислять. А поскольку универ тогда держался на плаву лишь за счёт богатых студентов, Ворон и решил всё -таки уступить прошению.
— Кудрин - это вообще кто такой? — спросил Мадо.
— Бизнесмен, отец Настиной подружки Ксюши, ну и, как вы уже догадались, по совместительству - любовник змеи.
— Отец подружки? Демоны, какая грязь! — скривился чёрный.
— Там, где Настя, чисто не бывает, — ответил Кирилл ему в тон.
— Там, где Рогов, как я погляжу, тоже, — заметила я. — Так что они с Настей, можно сказать, прямо нашли друг друга. Что -то мне этого Кудрина даже уже жалко, — добавила не без сарказма.
— Не жалей, — хохотнул оборотень. — Он тоже женат.
— А что касается Роговских дамочек, это правда или ты просто решил посильней запугать гадюку? — полюбопытствовала я.
— Ни словом не соврал, — заверил Лисовский. — Единственное, в чём не уверен на все сто - всё та же ли у него любовница нынче. Постоянством, как ты понимаешь, Рогов не отличается. Однако какая бы ни была - Настя ей на один зуб, уж поверь. Вот только помяни чёрта, он и тут как тут! — вдруг нахмурился оборотень, глядя на дверь.
В следующую секунду в неё постучали.
— Свердлова, что тебе опять?! — бросил ректор раздражённо.
Змея не замедлила проскользнуть в кабинет:
— Кирилл Валерьевич, а если я разузнаю, зачем Никите понадобилось обвинять Бариновых в изнасиловании?