Узел сопротивления
Первые потери вполне ожидаемо понесла эскадра Роя. Контр-адмирал Балинта не мог позволить себе сосредоточить весь огонь на самой опасной цели, поскольку в этом случае эсминцы противника смогли бы быстро выйти на рубеж пуска торпед. В результате «Манулу» доставалась лишь половина снарядов «Королевы Саиды аль-Хурры». Остальные орудия главного калибра вели огонь по эсминцам Роя, и именно один из них первым получил прямое попадание.
Силовой щит не справился с ударом тяжелого снаряда. На такое обращение защитное поле легкого корабля рассчитано не было, и носовая часть эсминца превратилась в огненный шар. Волна деформаций прошла по уцелевшей части корпуса, круша переборки, корежа тонкую броню и превращая боевой корабль в груду бесполезного хлама. Впрочем, длилась эта агония недолго. Взрыв не успевшей перейти в аварийный режим энергетической установки разметал остатки эсминца по окружающему космосу.
- Неплохие всё-таки у федералов системы наведения, - констатировал я, глядя, как на тактической голограмме гаснет отметка эсминца Роя.
- До войны твои предки умели строить очень серьезные боевые корабли, - согласился Лис, - но это попадание больше похоже на везение, чем на точный расчет, а удача, как известно, редко бывает постоянной.
***
Генерал Аббас прошел через множество боевых операций и не раз бывал в ситуациях, когда его жизни угрожала серьезная опасность, но сейчас ему впервые было по-настоящему страшно. В начале карьеры, еще будучи лейтенантом, а позднее капитаном и майором, ему приходилось сталкиваться с некомпетентностью командования, приводившей к тому, что его подразделения оказывались в очень тяжелых ситуациях, но тогда его жизнь зависела от него самого и от подчиненных ему бойцов, а сейчас он был обычным пассажиром практически безоружного транспортного корабля, и, по сути, мог лишь пассивно наблюдать за ходом разворачивающегося в космосе сражения.
Контр-адмирал Балинта Аббасу не нравился. Возможно, он был неплохим флотским офицером, и, наверное, у генерала даже не имелось достаточных оснований считать его трусом, но последний полученный приказ атаковать эскадру Роя, защищающую пятую орбитальную крепость, Балинта выполнил более чем формально. Возможно, вступи он тогда в настоящую схватку с кораблями врага, сейчас некому было бы атаковать войсковые транспорты, только начинающие разгон для ухода в прыжок.
Аббас уже сделал всё, что мог, по сути, отдав контр-адмиралу приказ защитить транспортные корабли любой ценой. А вот на то, насколько буквально Балинта этот приказ выполнит, генерал повлиять никак не мог, и это его страшно бесило, однако он давил в себе эти эмоции, не позволяя им вырваться наружу.
Впрочем, начало боя показало, что кое-чего Балинта всё-таки стоит. Эффектная гибель одного из четырех эсминцев Роя вселила в генерала определенные надежды, однако дальнейшее развитие событий показало, что легким это сражение не будет.
Фактически сейчас против всей эскадры Роя вел бой только тяжелый крейсер «Королева Саида аль-Хурра». Единственный эсминец контр-адмирала Балинты занял позицию рядом с разгоняющимися транспортами для их непосредственного прикрытия на случай, если вражеским кораблям всё-таки удастся к ним прорваться. На данном этапе помочь флагману он ничем не мог. Для его торпед дистанция пока оставалась слишком большой, а более дальнобойным оружием корабли этого класса не располагали.
Больше всего Аббаса напрягал легкий крейсер противника. Даже не слишком разбираясь в делах флота, не составляло труда понять, что это очень опасный противник. Попадания одной его торпеды могло хватить, чтобы вывести из строя транспортный корабль. Не уничтожить, конечно, но с гарантией сбить силовой щит и нанести серьезные повреждения. После такого удара транспорт вряд ли будет способен уйти в прыжок.
Дистанция стремительно сокращалась, а добиться новых попаданий тяжелому крейсеру пока не удавалось. Похоже, контр-адмирал Балинта прекрасно понимал, что еще немного и шансов остановить прорыв кораблей Роя к транспортам просто не останется, и это заставило его сменить тактику. Единственный уцелевший эсминец корпуса получил новый приказ и начал энергичный разгон навстречу противнику.
Генерал Аббас оценил замысел контр-адмирала, однако уверенности в том, что командир эсминца до конца выполнит полученный приказ у него не было. Фактически Балинта приносил свой корабль в жертву. Шансов выжить в этом бою «Корсар-35» не имел никаких, но ценой своей гибели он действительно мог выиграть время и дать тяжелому крейсеру возможность остановить самый опасный корабль врага.
Одинокий эсминец корпуса шел в контратаку на вырвавшийся вперед легкий крейсер Роя, всего несколько часов назад сумевший в таком же встречном бою уничтожить два аналогичных корабля Федерации. На первый взгляд, это решение выглядело абсурдным, но между предыдущим боем и тем, что происходило сейчас, имелось одно очень существенное отличие. Тогда «Манула» атаковали два эсминца, не имевшие возможности отвечать на его огонь, а сейчас атаку «Корсара» поддерживал залпами орудий главного калибра тяжелый крейсер «Королева Саида аль-Хурра», и враг был вынужден постоянно уклоняться от его снарядов.
Вести огонь по приближающемуся эсминцу корпуса «Манулу» это не мешало, а вот использовать свое преимущество в скорости и маневренности для затруднения «Корсару» выхода на рубеж пуска торпед легкий крейсер Роя уже мог совсем не так свободно, как раньше. К тому же, как надеялся генерал Аббас, какие-то, пусть и незначительные, повреждения в предыдущем бою «Манул» всё-таки получил, и это давало «Корсару» призрачный шанс на успех.
К тому же три оставшихся в строю эсминца противника пока не имели возможности оказать «Манулу» помощь. Они несколько отстали и сами тоже находились под огнем тяжелого крейсера. Их силовые щиты уже потеряли часть ресурса от близких взрывов тяжелых снарядов, уклониться от которых они смогли лишь частично.
И всё же атака «Корсара» представлялась Аббасу авантюрой, пусть и оправданной в данных обстоятельствах.
- Минута до рубежа пуска торпед, - доложил командир транспортного корабля, также неотрывно следивший за ходом боя, и именно в этот момент в контратакующий эсминец первый раз попали.
Защитное поле «Корсара» полыхнуло огнем, но выдержало. Как показал предыдущий бой, для пробития силового щита эсминца одного снаряда «Манула» всё-таки недостаточно.
- Сорок секунд.
Уклоняться от огня легкого крейсера «Корсару» становилось всё труднее. Несколько близких взрывов отобрали у его защитного поля еще процентов пятнадцать ресурса, но тут игра в одни ворота закончилась – «Манул» пропустил удар от флагмана контр-адмирала Балинты. Нельзя сказать, что тяжелый снаряд попал идеально. Противник в этот момент совершал маневр и удар пришелся по касательной. В результате плазменный шар взрыва распределился по большой площади и не смог пробить достаточно мощный силовой щит «Манула». Тем не менее, легкий крейсер потерял больше половины ресурса своей силовой защиты, и любое следующее попадание грозило ему гарантированным получением повреждений. К тому же мощный выброс энергии при взрыве привел к локальному сбою в системе наведения, и очередной залп «Манула», почти совпавший с полученным попаданием, оказался очень неточным.