Не драконь меня, Ведьма!

Любовница Бога гневно фыркнула, и, встав из-за стола, направилась в ту сторону, с которой и пришла. Я легкими шагами скользнула за ней. И закрыла за собой дверь.
Да, все-таки замечательный дом у Бога... Как же я соскучилась за минимальным комфортом во всех этих путешествиях! Такая просторная кухня, вот бы на такой завтраки любимому готовить...
Магичка аккуратно прикрыла дверь, едва высунувшись в щелочку и наблюдая за переговорщиками.
— Боже, какой мужчина, — шепотом восхитилась она.
— Наверное, сильно ты его любишь? – делая вид, что свято свято верю, что она говорит о своем, тихо умилилась я.
— Полюблю, это как раз не сложно… — как-то невпопад ответила она.
— Как полюбишь? – удивилась я, — ты же с ним который год живешь….
— С кем? – она озадаченно посмотрела на меня.
— Как с кем? С Морганом… — да что она о себе мнит? Сейчас еще прямо скажет, что на моего Тима глаз положила!
— Да нет что ты! Этот ничего не стоит. Я про инспектора... Такой мужчина достоин меня. Какой мачо… — она с аппетитом облизала губы, словно готова была съесть его.
Я скривилась, потом нахмурилась:
— Послушай, дорогуша, не советую разевать роток на чужой корешок...
— Ой, а он что твой?— хлопнув глазками, спросила она. И закрыла плотнее дверь.
— Мой, — хмуро ответила я.
— Ну извини не знала, — самодовольно сказала она, — да ты не переживай, это ненадолго, скоро станет моим, — она невинно улыбнулась.
Меня охватила ярость. Да как она смеет? Наглая, напыщенная, ненормальная коза!
— Не дождешься!— буркнула я, делая вид, что интерьер мне куда интересней, чем ее амбиции.
— Будет, а ты умрешь сегодня! А я с криками «караул» выставлю все так, что это ты на меня напала! – рассмеялась она, а в меня полетел сгусток огня. Я едва успела выставить щит. Пламя коснулось моей рубахи, обдало жаром и осыпалось.
— Сильна! — продолжила улыбаться жалкая давалка, глаза ее блестели безумством.
— Я тебе покажу, будет моим! — не сдержалась я и ухватила ее за волосы, все-таки рефлексы тела у меня еще работают лучше, чем магические…
— Что решила не сдаваться без боя? – сбив мою руку, она оттолкнула меня. Проехав пару метров по паркету, я запустила в нее череду шаровых молний, пощекотать нервишки или успокоить, как получится. Она спокойно поглотила их щитами. Пришла ее очередь атаковать: сгусток тьмы сорвался с пальцев и полетел в меня. На всякий случай, подняв щит, я увернулась.
— Ах, ты так? Хорошо... — я призвала водяной вихрь, маленький, но способный снести даже медведя.
Заклинание разлетелась мелкими осколками. Все-таки и она не промах… Одновременно с этим в меня полетела череда смертельных заклятий. Я едва успевала отбиваться. Безумная, безудержная ярость охватила меня с ног до головы. Убить. Никому не отдам свое! Магические атаки ни к чему не приводят, значит, пора переходить на физические. Я резко скользнула к ней, воспользовавшись гладким полом, и нанесла несколько резких ударов, с целью повалить противника.
Удар в солнечное сплетение, с ноги в голень. Толчок — и противник уже на полу. Я запрыгнула на нее сверху, плотно прижав руки к полу, лишая возможности колдовать. Убью. На глаза мне попался упавший от разгула магии большой кухонный нож. Я схватила его, замахнулась и...
— Помогите! – что было сил, закричала она.
В последний момент я успела отвести холодное оружие в сторону. Лезвие скользнуло по шее магички, оставив тонкую полоску пореза. Завибрировало, уткнувшись в пол.
Я схватилась за голову. Боже мой, что я делаю? Я же, в самом деле, могла убить ее. Более того, я хотела этого. Что я наделала?
Открылась дверь, я обернулась, на пороге стоял дворецкий.
— Оу! — Воскликнул он,— какие страсти! Извините за беспокойство, не смею мешать, — с ехидцей улыбнулся он и попытался закрыть дверь, но Тим и остальные, подперли его, не дав сделать этого.
— Ксана, ты что делаешь? – глаза инспектора выражали полное недоумение.
— Уже ничего… — слезы хлынули потоком. Я встала и отошла от несостоявшейся покойницы. На самом деле она давно уже мертва, в ней нет сердца…
— Лилит, — воскликнул бог и кинулся к ней, — что случилось?
— Она меня чуть не убила! – закричала Лилит.
Тим вопросительно смотрел на меня.
— Я… я… — слов не было. Я ненавидела себя. Но, она ведь собиралась отнять у меня самое дорогое…— она первая напала! – выдала наконец-то я, — будешь дальше заглядываться на чужих мужиков, точно убью! – гневно бросила я ей и выскочила из комнаты.
— О, дождались, теперь она и тебя предала, — с тяжелым вздохом сказал Варун Моргану, — увидела более сильного…
— Боже, — наверное, Тим взялся за голову…
Смерть, я едва не убила ее. Господи, она ведь действительно была бы мертва, не успей я отвести удар... Что я наделала?!
Заклинание всевидящего ока легко скользнуло в открытую дверь, а я выбежала на улицу.
Лилит оттолкнула бога, вскочила и исчезла, открыв портал. Морган уставился на пришедших с ним мужчин глазами полными отчаяния и пустоты…
— Оксана! – выкрикнул Тим, и побежал за мной. Слезы нахлынули и заклинание само по себе схлопнулось от разыгравшихся эмоций.
Инспектор нашел меня во дворе. Я спряталась за большой куст сирени и беззвучно рыдала, сидя на сырой земле. Он подошел и уселся рядом.
— Я рад, что ты сумела остановиться, — тихо сказал он, притягивая меня к себе, пересадил на руки и крепко обнял.
— Ты не понимаешь, Тим, — сказала я, утыкаясь в его грудь,— я хотела этого, я была готова ее убить!
— Понимаю, — он погладил меня по голове, — а так же я видел, что ты смогла в последний момент отвести удар.
— Из-за ревности я могла лишить ее жизни, — он прижал меня еще плотнее.
— Хватит, милая, не надо слез, пойми, мне не нужна другая, какой бы она не была. Просто запомни это и не ведись…
Я отстранилась:
— Ты не веришь мне?! – обидно, безумно. Он ведь и в самом деле не верит! — я лишь сказала ей, что не отдам тебя, а она попыталась убить меня! Я защищалась, Тим!
— Я верю тебе, так же как знаю, что, такие как она на многое способны ради власти и силы. Она ушла. Не знаю куда, но мне кажется, что уже не вернется. Ты ни в чем не виновата. Ты еще научишься держать себя в руках, даже если будет казаться, что это невозможно. А сейчас тебе нужно успокоиться. У нас работа, помнишь?
Мы оба замолчали. Еще минут пять он сидел, прижимая меня к себе, давая выплакаться и успокоиться.
— Идем, — наконец-то сказала я, утирая остатки слез, — ты прав, работа превыше всего!