Не драконь меня, Ведьма!
Моя стихия – вода. Мой путь – защищать добро! А раз работа инспектора, как я успела понять, это и есть охрана всего светлого и доброго, значит мне одна дорога, и пусть никто и ничто не пытаются стоять у меня на пути! (Звучит, прям как слоган к какому-нибудь фильму…).
Я невольно сжала кулаки. Нашла свою цель, и буду добиваться её. А любовь подождет!
Я резко встала с кровати и решила прогуляться. Дошла до парка, зашла в беседку и там уселась с одной из книг, выданных наставником для обязательного чтения.
Послышались голоса. Одни из них явно принадлежал инспектору, я вслушалась:
— … после ужина придётся заняться её воспитанием. Ох, не простая задача будет из этого «нечто» сколотить инспектора…
— Вот увидишь, она справится, — а это, похоже, директриса, — помнишь, как я стала боевым магом? Тоже ведь говорили, что толку из меня не будет…
— Да уж, Марианна, ты училась в группе на три года старше меня. Я все еще помню, как однажды прогулял урок. А тебя застукали целующейся с мальчишкой из твоей группы. У парнишки был далеко не первый «косяк» и его отправили на отчисление. А нас, как особо провинившихся, отбывать наказание, отмывая темные закоулки подвала. Мы тогда впервые воочию увидели крыпсов, там обитающих… — они рассмеялись, придавшись воспоминаниям, а я вспомнила учебник: полу-гончие, полу-крысы. Выглядят отвратительно, от грызунов защищают замечательно. И едят немного. Одна проблема — для тех, кто их ни разу не видел, это ужас воплоти. Кривые зубы, неестественно изогнутое тело, острые подвижные уши (четыре штуки, так между прочим), задние лапы изгибаются коленями назад, а три пары горящих красных глаз прекрасно завершают немиловидную картину.
— Хорошо еще, что на тот момент директором академии был добродушный старичок, тогда еще ставленник ордена, — Марианна вздохнула, — помню те времена. Магия, как у них водится, не есть хорошо. Особенно боевая. Вот её и перестали преподавать. И вы небольшой группкой с несколькими учителями обучались магической «самообороне». Причем так секретно, что комар носа не подточит. А артефакты, читающие мысли сам орден и запретил…
— А ты, увидев зверей диковинных взвизгнула, как и полагается девочке-травнице и начала невольно раскидываться хаотичными волнами огня. Хорошо, что я тоже огневик и уж от своей стихии щиты научился ставить еще с пеленок. Мне тогда пришлось кинуть легкое парализующее заклинание. А заодно потушить горящий по стенам мохнатый, сухой мох. Еще чтоб отогнать крыпсов я впервые рыкнул, как взрослый дракон. Как же я собой гордился! – они снова рассмеялись.
— Мое девчачье любопытство, как только пришло в себя, засыпало, тебя вопросами о том, как ты это сделал и почему пользуешься боевой магией, а на следующий день ты привел меня в ваш кружок шуточно называемый «Дырявая лодка», и с девизом (это они сказали хором): «спасение утопающих – дело рук самих утопающих!».
Тим вздохнул:
— Наставник тогда сказал нам всем: «Талант, ребята, знаете ли, штука капризная, и или он есть или его нет. У всех кто сейчас здесь – он есть. Держитесь всегда друг друга, вместе вы – сила! А по отдельности лишь песчинки в стакане под названием «мир».
— Да, — Мари помолчала и продолжила предаваться воспоминаниям,— наставник нас, как равных по комплекции, поставил в пару.
— А юноша по имени Марк, еще тогда не мог отвести от тебя глаз…
— Тим, не надо, — попросила директриса,— хватит воспоминаний. Вечер хороший. Скажи, что ты на самом деле думаешь о девчонке?
— М? – он, видимо, как раз отпивал из бутылки с вином (да-да, я ее рассмотрела сквозь густую листву).
— Ты столько лет сопротивлялся, так не хотел напарника. После истории с…
— Не надо, — резко оборвал он ее.
— Тим, не всегда истории повторяются, — сочувственно сказала Марианна и по-дружески коснулась его плеча,— девочка не виновата в том, что было…
— Мари, хватит! – он злился, и явно из-за женщины! И явно из-за любимой!
Сама не понимаю почему, глаза защипало, навернулись слезы, я выскользнула из беседки с другой стороны и сквозь кусты убежала в комнату.
Что меня так расстроило? Почему из-за этого дракона меня все время душат слезы?
Я просидела еще полчаса и пошла в тренировочный зал: поразмяться с оружием и заклинания поразряжать. Надо их обновлять периодически. Но и тут я вляпалась… только и успела в проем нырнуть. Из-за угла показалась честная компания в составе инспектора, директора и зама.
— Да, помню как ты на Мари с первого же дня запал, — хихикнул инспектор, похлопав по плечу Маркуса.
— Так ты знал и даже не намекнул мне?! – шуточно насупилась директриса.
— Угу, — буркнул дракон, — скорее, не знал нравится ли он тебе. У вас, мадам, получше с маскировкой!
— А ведь ты так же смотришь на Оксану! – в тон ему ответил зам директора.
— Я? Нет. Тебе показалось, — возмутился инспектор.
— Рыбак рыбака видит издалека, — хихикнула Мари.
— Конечно, показалось, — ехидно добавил Маркус, и продолжил уже более серьезно, — Тим, мы слишком давно знакомы. Нас твое «нет» лишь раззадорит. Так что извини, но мы тебе не верим!
— Вы тоже давно знакомы, а созрели только сейчас, — попытался возмутиться Тим, но Мари оборвала его на полуслове:
— Нас пнули, Тим, натыкали носом, как угодно это назови, и мы как твои друзья, просто обязаны предупредить, что твоя холостяцкая жизнь под угрозой!
Опять они дружно смеются с меня… Чего они вообще пристали? Никогда еще не было так обидно.
— Хотите, верьте, хотите, нет, — буркнул инспектор, вызвав еще волну смеха,— все равно мне на эту ведьму недоученную! Вы вообще с ней общались? Да она же идеалистка полная. Таких уникалов вообще мало! Ей лишь бы справедливости во всем добиться! Терпеть таких не могу, вы же знаете… — как-то не совсем уверенно закончил он.
— Ну, тогда, пожалуй, ужин надо из романтически-дружеского переделать в деловой,— задумчиво произнесла Мари.
— Да, действительно, — мгновенно подыграл ей Марк, — сейчас отдам распоряжения, да, Тимбран? – я осторожно высунулась из-за угла, дракон скривился. Ага, имя свое, значит, не любишь, ну-ну…
— Ну, так что? – спросила Мари, — ужинать-то как будем, а?
— Да делайте что хотите! – ответил он. Настроение окончательно испортилось, не нужна ему напарница – пол беды. Я не нужна, а это уже больно. Он сделал несколько шагов вперед, собирался уйти.
— Тим, извини, — попытался оправдаться Маркус, — я не хотел обидеть тебя. Даже подумать не мог, что ты так прореагируешь…
— Да ладно, все нормально, друг мой, — отмахнулся он, — просто устал. У меня отпуск уже не помню когда был… Вот сейчас вместо ужина на работу пнули… — пожаловался он.
— Твоя работа очень важна, ты же знаешь это, — вздохнула Мари, — так же как и то, что здесь тебе всегда рады. С настроением или без, раненному или здоровому… Любому, Тим.