Охота Грифа

Это был неловкий момент. Я прекрасно знала, что в столице множество девушек, которые припеваючи живут за счёт мужчин. Наверняка множество из них к Стелле приходят одеваться на их деньги, и я на общем фоне выгляжу немного странной... Но какая уж есть.
— В том-то и дело, что мне нужно одеться на свои средства, но так, чтобы мой мужчина не ударил в грязь лицом, знакомя меня с друзьями, а главное — с их девушками, — выпалила я, засунув смущение куда подальше. — Не спрашивайте, так получилось.
Стелла с Галкой переглянулись, как-то странно заулыбались и пришли к совершенно нелепому выводу.
— А-а-а, да тут идёт игра по-крупному! Любовь с дальнейшим походом за колечком! — сказала Галя хозяйке магазина, и та усиленно закивала, соглашаясь с её догадкой.
 
— Благое дело! За мной девочки! — воскликнула Стелла и, глядя на такой энтузиазм, я решила их не разубеждать.
Мне нравился их настрой.
Стелла завела меня в одну из трех комнат квартиры, которая играла роль примерочной — на стенах висели ростовые зеркала, — и принялась носить мне вещи из тайных закромов. То есть из других комнат, в которых стояли ряды вешалок и коробок. Наступила настоящая модная вакханалия!..
 
* * *
…Потратилась я в тот день прилично, но получила столько эстетического удовольствия и купила столько отличных вещей, что у меня даже настроение от расходов не ухудшилось. Я прекрасно понимала, сколько бы заплатила за эти покупки в брендовых бутиках. В конце концов, премия, которую мне пообещал Пётр Васильевич, эти расходы покроет. Зато завтра мне будет не стыдно с Грифиным в ресторане, а это многого стоит.
    
Глава 6
Матвей
— Мам, ну почему ты просто не хочешь съездить на консультацию? Это очень хорошая клиника, там работают врачи самой высочайшей категории, клянусь. Лёля поедет с тобой, да ты и сама знаешь немецкий...
Мы сидели в гостиной перед огромной плазмой, где транслировался очередной дурацкий сериал, в котором доярка выходит замуж за миллиардера, и я уже изрядно злился. Мать упорно делала вид, что события на экране гораздо интереснее моих слов.
— Сынок, ну ты же знаешь, я тебе рассказывала, что у меня был врождённый порок лёгкого, потом операция. Нет, я боюсь. Вдруг умру на столе, а так сколько Бог отмерил — все моё, — отмахнулась она и вдруг потрясла за руку, привлекая внимание к экрану, где лежащая на больничной койке тётка обнималась с семьёй, — смотри, смотри, у Зои Михайловны тоже сын вдруг стал богатым, женился, подарил трех внуков сразу, и теперь она умрёт счастливой! Мне бы так!
Боже, дай мне сил! Шумно выдохнул и закатил глаза. Ведь адекватная же женщина всегда была! Учительница! Ну что на неё нашло-то в последнее время?
Лёлька тоже сидела в углу и тихо офигевала.
— Мам, ну что ты говоришь такое? Ты молодая у нас совсем! Завязывай. Зачем ты про смерть опять? Будут и у тебя внуки...
— Ага! Дождёшься от вас, как же. Тебе тридцать уже, а я и девушку ни одну не видела рядом, — поджала она губы и отвернулась к окну, лишний раз подтверждая, что сериал ей вообще побоку. Все разговоры — сплошная манипуляция.
— А у меня есть девушка, между прочим, — раскрыл я козыри. Вообще-то я к ним и шёл, чтобы рассказать о Диане, но мать с порога начала свой спектакль. — Собирался вас знакомить послезавтра, но раз ты решила на себе крест поставить, то и не стоит, наверное...
— А вот я сейчас как не посмотрю, что ты лоб здоровенный вымахал, как возьму тапок! — мамульен нагнулась, изображая, что снимает с ноги кокетливый шлепанец с розовым пушком. Я рассмеялся и шутливо закрылся руками, типа очень боюсь. Так-то лучше. А то строит из себя старушку, хотя сама ровесница Анжелины Джоли и выглядит не хуже. — Кто такая? Сколько лет? Из нашего города? Как зовут? Как познакомились?
Настрой и тон сменились как по волшебству.
— Я её знаю? — сестра подключилась к допросу. Она, наконец, отлипла от угла, резко перестав изображать из себя приведение. — Ангелина? Лена?
Вообще не угадала.
— Приведу — и увидите сами, — подкинул я дровишек в топку любопытства своих самых дорогих женщин. — Готовьтесь, в общем. Она у меня настоящая принцесса.
— Лёль, звони в салон, срочно! — мама подскочила с дивана, а я пошёл на выход.
Миссия выполнена. Они на крючке.
Спускался в лифте и вспоминал Диану. Наши с ней выходные. Где-то между этажами кабина остановилась и впустила мужика с собакой. Он на меня так странно посмотрел, что я спохватился и поймал себя на том, что улыбаюсь. Сделал грозную рожу, и попутчик отвернулся.
Вновь погрузился в воспоминания в машине. А ведь я в успехе встречи с Дианой уверен не был. Ехал позавчера в Москву с тяжёлым сердцем. А всё Лина, чтоб ей встретился кто-то другой, и она отлипла от меня навсегда! Пожелал от души, даже переплюнул три раза, хотя это и не из той оперы… Ладно, лишним не будет, любые средства хороши. Ангелина очень упорная. Вернее — упёртая. Она продолжила меня донимать в пятницу перед поездкой. Будто бы я не дал накануне понять, что её беременность, в которой я очень глубоко сомневался, меня не волнует. На что она рассчитывает вообще?
— Матвей, — войдя в кабинет перед обедом, позвала меня бывшая убитым голосом, заставляя оторваться от ноута. Стояла перед столом такая прямо вся печальная и скромная, даже без своих обычных каблуков. Кажется, даже без макияжа… Но утверждать не буду, тут я не силён. — Давай поговорим нормально.
— Давай, — согласился. Мне несложно ещё раз ей повторить свою позицию, — о чём?
— Я не могу поверить, что ты так поступаешь со мной, — тоном оскорблённой невинности заявила она. — С матерью твоего будущего ребёнка.
— Лина, тут нет ничего удивительного. У нас уже больше месяца нет отношений. Мало того, я тебе никогда ничего и не обещал.
В её глазах промелькнула злость, и она сделала пару быстрых шагов к столу.
— Ладно, я это приму. Но ты рушишь все бизнес-планы, Матвей!
— Ну почему же? По плану у меня должна быть невеста, и вот она уже есть. Диана.
Лина всплеснула руками и заговорила со мной, как с бунтующим подростком.
— Объясни мне, что за блажь на тебя нашла? Зачем тебе эта никому не известная потрёпанная девица?
А вот это она зря. Оскорбляя Диану, она тем самым принижала и меня. Мой выбор и умственные способности. А я в них с детства не привык сомневаться. В общем, судьба Лины была решена давно, а в тот день окончательно, и амнистии не подлежала.
— Лина, не нужно вот этих вот разговоров. Не унижайся, — устало сказал я ей. — Мы с Дианой знакомы четыре года, не нужно пытаться очернить её в моих глазах, это бесполезно.
Но мои слова возымели обратный эффект. Маска кроткой овечки слетела, и  внезапно бывшая сорвавшись с катушек, заорала: