Писательница для оборотня
— Тогда хорошо, — обрадовалась тётя, садясь в машину.
Мы поехали туда, где меня ожидал сюрприз...
Я узнала это место ещё когда мы подъезжали. Не глазами, я его почувствовала, что ли. Сердце ускорилось, разгоняя по венам адреналин. Держась за машиной риелтора, я сжала руль с такой силой, что с трудом повернула в нужный момент, напрочь забыв о поворотнике. Дом и лес, о котором говорил Роман, оказались бывшими владениями Аристовых. Именно сюда меня однажды привозил Максим. Именно в этом доме он меня закрыл в комнате без кровати... Сразу мысли в голове. 《Как бы всё сложилось, не брось он меня в тот день и будь в комнате элементарная кровать?》
— А кто владелец? — спросила я у Романа, когда мы вышли из своих машин перед опустевшим тихим домом.
— Этим объектом владеет наше агентство. Насколько мне известно, бывшие владельцы его спешно продали за бесценок и уехали.
— Вам продали за бесценок, а вы с нас три шкуры содрать хотите? — проворчала тётушка.
— Это бизнес, хотя объект и так продаётся ниже рыночной стоимости. Наш директор уже распорядился поделить территорию и продавать участок кусками по двадцать соток, но работы по межеванию ещё не начали. Если сговоримся сегодня, возможно, удасться выторговать для вас хорошую скидку.
— Ах, не надо скидку. Я покупаю, — словно заворожённая, я взяла из рук Романа ключи от дома и подошла к двери.
Перед глазами стоял тот вечер. Сестра Максима, заскочившая на его руки. Смех, добрые взгляды, детские рисунки, уютное убранство дома. Дрогнув, я повернула ключ в податливой замочной скважине и, отворив дверь, прошла внутрь. От стен веяло теплом и наполнившее чувство что я дома, успокаивало. Все тревоги нет-нет да посещавшие меня вмиг развеялись, потеряли свою дурную силу.
— Милая, ты уверена? Мы даже дом не посмотрели, вдруг рухлядь какая-то.
— Дом в отличном состоянии, — возразил Роман. — Пять спален с мебелью, только одна комната пустая на втором этаже. Есть ещё гостиная, столовая, кухня, кабинет, гардеробная и внимание! В этом доме есть бассейн! Дорожка два на пять метров. Вся мебель и техника включена в стоимость, если не нужна и пожелаете обновить, то мы всё вывезем. Жить можно хоть сейчас, дом идеален, — распинался риелтор, а я давно сделала свой выбор.
— Меньше слов, готовьте документы. Я покупаю этот дом.
— Таня, может, ещё подумаем? — осторожно спросила тётя.
— Нет. Я дома.
— Если у вас есть время, мы можем поехать к нам в офис и подписать все бумаги сейчас.
— Да, отлично. Кстати, я не нарушу закон? Это ведь фактически моя собственность? — уточнила я, следуя за Романом к выходу.
— Оу! В любом случае, я для вас могила, валяйте, — с радостью Роман разрешил и я выпустила волчицу на волю.
Лицо обдул прохладный ветер с ароматом багульника и опавшей хвои, моя звериная половинка понеслась вглубь леса. Вековые сосны, тянущиеся к небу, скрыли от нас её пушистый зад, только задние лапы сверкнули.
— Она надолго? — спросил Роман, ему не терпелось подписать договор купли-продажи.
— Думаю да. Я могу оставить её здесь, а мы поедем в офис, — идея не показалась мне дурной, я точно знала, что вернусь сюда уже сегодня.
Это место было моим домом с самой первой секунды, как только я перешагнула его порог ещё с Максом. Жаль только я была тогда так напугана, что не поняла этого.
— Таня, зачем ты её выпустила? Пока туда, потом нам за ней возвращаться, ехать обратно и домой только к ночи попадём, — возмутилась тётя.
— Да нет же, я перееду сюда уже сегодня.
— Сегодня?!
— В доме всё есть для жизни, — напомнил Роман. — Только продуктов прикупить.
— Вот, заключим договор, заедем к тебе за вещами первой необходимости и вернёмся. А волчица пока лапы разомнёт. Засиделась без свободы.
После заключения договора я заехала с тётей на её квартиру за кое-какими вещами. Потом мы купили продуктов в ближайшем супермаркете и поехали обратно.
Домой.
Заезжая на территорию, я чувствовала волчицу, она была здесь и, казалось, была счастлива.
— Пойду посмотрю кухню, — объявила тётя, с волнением направилась в сторону последней.
Я же пошла на поиски нужной мне комнаты. Мне необходима была спальня Максима. Где она, я наверняка не знала и знать не могла, ведь меня туда не приглашали, когда я была здесь. Без волчицы внутри я не чувствовала так остро запахи, и она не могла мне подсказать, будучи далеко в лесу, но меня вело что-то неведомое и я пришла туда, куда мне было необходимо попасть.
Так легко открыла тяжёлую дубовую дверь и прошла в комнату с чувством, что нашла что-то давно потерянное и такое необходимое мне.
Здесь не было практически ничего. Все личные вещи были вывезены, на одной из полок осталась лишь книга по какому-то маркетингу. Только стены и мебель впитали в себя запах Максима. Особенный, проникающий теплом под кожу, уютный и успокаивающий с древесными нотками.
Глубоко вдыхая этот воздух, я прошла по гулкой комнате, села на край кровати и обхватив руками живот, горько и беззвучно заплакала. Впервые за эти месяцы. Отсутствие Максима рядом, с каждым днём давило всё сильней. Тоска такая, что хоть волчицей вой, а не отпустит.
Мне его страшно не хватало, я крепилась и всё равно искала его взгляд в каждых чужих глазах. Вздрагивала и сердце сбивалось с ритма, если кто-то подобно ему коверкал мою фамилию, конечно, случайно. И я ждала его каждую минуту. Вот сегодня, сейчас, откроется дубовая дверь, и Аристов зайдёт в комнату, ворча, как обычно что-то о работе...
Но нет. Тишина. Нет. Не заходит и снова тоска накрывала чёрной пеленой зыбкую надежду. А вместе с тоской всё больше росло и непонимание.
За что он так со мной?
Всё же хорошо. Никого не приставили к стенке и даже живых и здоровых теперь больше, чем могло бы стать без моих откровений. Слёзы громадными каплями всё падали на шёлковую блузку, немного искажая её персиковый цвет, а я следила за этим и постепенно успокаивалась.
Отрывисто вздохнув, я утёрла слёзы и оглядела комнату снова. Вся мебель из тёмного дерева отлично сочеталась со светлыми стенами, а небольшие окна компенсировались высокими потолками. Несмотря на пустоту, отсутствие штор на окнах и постельного белья на кровати, эта комната была тёплой. И я точно знала, что детям здесь будет хорошо. Простор позволял расставить кроватки прямо здесь, хотя бы на первое время.