Писательница для оборотня

«Оборачивайся, иначе он ей навредит!»— потребовала у меня волчица. 
Остатки моего халата лежали в стороне, но мне нужно было чем-то прикрыться. Даже в этой патовой ситуации я не готова была голышом предстать перед тремя мужчинами.
Мотнув головой, волчица откинула разъярённого Влада в сторону и направилась к кровати. Там, за кроватью, обернувшись человеком, я стянула детское розовое покрывало с изображением леденцов и укуталась в него. 
— Не трогайте её! Она не умерла! — успела вовремя, когда Влад, рыдая на коленях уже подполз к маленькой волчице и хотел её обнять. 
«Ещё совсем детёныш,» — подумала я, глядя на размеры новоиспечённого оборотня. 
«Она подросток,» — мягко поправила меня волчица, а я ощутила, как нас двоих наполняет любовь к этой малышке. 
— Сейчас волчица лечит её тело, первый оборот. Я тоже первого оборота не помню. Она очнётся прежней девочкой, когда будет здорова, — предупредила я, встретив растерянный взгляд. 
Слёзы катились по мужскому лицу беспрестанно, а Влад, похоже, и не сразу осознал всё то, что я сказала ему. 
— Она будет здорова? — уточнил убитый горем отец и я лишь молча кивнула. 
Так было горько осознавать, что не скрывайся оборотни по сей день, можно было бы вылечить сотни, даже тысячи таких детей, как Лиза. 
Сев на край кровати, укутанная в детский плед, я, как и Влад осталась ждать пока Лизе вернётся её человеческий облик. Вспомнив свой первый осознанный оборот, я знала, что ей нужна будет помощь волчицы. 
— Ты свободна, можешь собирать вещи, и мои парни отвезут тебя домой, или к родителям, — опомнился и начал бубнить Влад спустя час после того, как моя волчица обратила Лизу. 
— Ну вот ещё! — возмутилась я, напоровшись на удивлённый взгляд Влада. — Я никуда не уйду, девочке на первое время нужен тот, кто сможет её успокоить пока она не начнёт контролировать оборот. Кто ей всё объяснит? 
— Я объясню, — холодно отозвался Влад. 
Я и понятия не имела, почему он так себя ведёт, но всё оказалось куда проще. 
— Почему не я? — упиралась я, чувствуя и нежелание волчицы покидать эту малышку. 
— Потому что у Лизы нет матери, а ты к ней слишком добра и внимательна. Она начинает к тебе привязываться, что я буду делать потом? Ты уйдёшь, а привязанность останется, — вполне здраво рассуждал Влад. 
— Хм. Я могу навещать её, дружить с ней, — предложила я, чувствуя невероятную связь с этой маленькой волчицей и большую ответственность за девочку.
Она определённо появилась именно после оборота и это было никак не оборвать. Волчица внутри меня молчала, но была насторожена и ждала решения Влада навострив уши. 
— Ну хорошо, — явно нехотя согласился Влад. 
Он так хотел уберечь свою дочь от всех возможных ненастий в жизни, что во всём заранее усматривал негативные последствия. 
— Я останусь здесь, пока Лиза не научится контролировать оборот. 
Решив один из важнейших вопросов, мы снова замолчали, волчица внутри меня успокоилась. В теле маленькой волчицы Лиза провела весь день и всю ночь. Влад уже начал сомневаться, что всё это нормально и нервничал с каждой минутой всё больше. Под утро, примерно в то же время, когда обратили девочку, тело маленькой волчицы начало принимать человеческий облик. 
— Я могу её поднять с пола? — нервничая, спросил Влад, оглядывая плечо Лизы. 
То было целым и невредимым, её кожа больше не отдавала синевой и о той страшной болезни напоминаний на теле малышки не осталось вовсе. 
«Может,» — разрешила мне волчица и я поспешила передать её слова Владу. 
— Можно!
Малышка Лиза была ещё какое-то время без сознания. За эти минуты Влад развёл вокруг неё бурную деятельность. Велел убрать запёкшуюся кровь с пола и пригласил врача, который обследовал Лизу, послушал её сердце и даже сделал электрокардиограмму. 
— Это невероятно, состояние её сердца таково, что её хоть сейчас в космос, — с изумлением поведал врач. 
— С её сердцем всё хорошо? — переспросил Влад, словно не понял его слов. 
— Да. Она здорова. Я это вам даже без полного обследования могу сказать, ваша дочь больше не нуждается в пересадке сердца. 
Влад кивнул, всё с тем же сосредоточением на лице. Казалось, что он уже неспособен радоваться тому, что Лиза здорова. Так привык жить в страхе потери дочери, что взять и  отпустить этот страх не мог. 
Когда малышка открыла глаза, я тактично последовала за врачом. Нужно было дать Владу побыть наедине с дочерью, только я осталась за дверью детской комнаты. Пока я подпирала спиной стену, мимо прошагал Вадим Сергеевич. 
— Отличный наряд, детка, — улыбнулся он и подмигнул, оценив покрывало с карамельным рисунком. 
— Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой, добродушно и не более, только волчица была иного мнения.
«Максима забыла, уже другим глазки строишь...» — обиженно заметила она. 
И не могла я возразить ей тем, что Максим сам повёл себя как свинья, ведь уже давно искала его поступку оправдания, простив за несдержанность чуть ли не в тот же вечер. 
Мне ещё добрых полчаса пришлось подпирать спиной стену, прежде чем Влад позволил навестить малышку. 
— У вас пять минут, она ещё очень слаба, — процедил Влад, явно не жаждущий моего общения с Лизой. 
— Хорошо, — согласилась я, просеменив в детскую. 
Лиза только после ванны сидела на кровати в розовой пижамке, опираясь спиной на мягкие подушки. Её мокрые волосы медного цвета буквально сияли от того здоровья, которым девочку напитала волчица. 
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я у девочки, присев на край её кровати. 
— Всё хорошо, только я её не слышу, — протараторила девочка. Она взяла меня за руку уже тёплой и розовой ладошкой. 
Не было больше той жуткой синевы, что  просвечивала через тонкую кожу. Лиза была здорова и её сердце билось ровно, правильно. 
— Всё хорошо, я, как и ты, не сразу услышала свою волчицу. Связи образуются совсем скоро, — успокоила я малышку и склонилась поцеловать её в щёку. 
Лиза крепко обняла меня в ответ.
— Спасибо, что спасла меня, — шепнула девочка, вышибая этой чистой и искренней детской благодарностью слёзы из моих глаз. 
— Ерунда, — отмахнулась я, украдкой утирая слёзы. 
— Вам пора, мисс Лиза ещё слаба и ей нужно отдохнуть, — строго отчеканила няня девочки, буквально отрывая от меня малышку. 
— Конечно, увидимся позже, — пообещала я Лизе и ещё раз чмокнув её в щёку, вышла за дверь. 
В душе было так тепло, и я ни о чём уже точно не жалела. 
— Идём, — встретил меня Вадим Сергеевич.