Закат без правил

Понимаю. Особенно там, где про видимость.
- А ещё очевидное принимают за невероятное, поэтому просто не обращают внимание. Может, то и были утки, а не твои суслики озабоченные?
Тём ненадолго нахмурился и даже задумался.
- Крошка, а ведь ты тоже права. За понимание? - протянул он свою бутылку словно бокал, и звонко ударившись своей о его тару, я сделала очередной глоток.
Ларионов же принялся рассказывать об иных обитателях местной фауны, а мне оставалось лишь поражаться, откуда он столько знает про местные края и про сусликов? Его сравнения и шутки немного успокаивали, но совсем не избавляли от сводящих с ума своих же выводов.
Хочешь что-то спрятать - положи на видное место.
Именно это сбивает с толку.
Мы друг у друга на ладони, но в каждом действии пытаемся найти подвох. Прикрываемся дружбой, продолжая при этом откровенно шутить, в то время как, так называемая, «френдзона» - и есть та самая оболочка, которую мы используем в качестве оберега, а вот то, что кажется шуткой - возможно, как раз настоящее.
И оно на самом виду.
   
Глава 39. План
Мы возвращались, когда уже стемнело.
Карманные фонарики нам, конечно, помогали, но спуск казался теперь намного круче подъёма. Тём крепко держал меня за руку и не переставал развлекать - это умиляло. Другая бы дрожала от страха наверняка, а я всё чаще растягивала губы в улыбке и наслаждалась этой прогулкой по опасному лесу.
Мне было хорошо вот так брести за Ларионовым в полной неизвестности, слушать его размышления о плюсах отсутствия цивилизации и даже смеяться над тем, что вполне возможно, скоро я привыкну и даже заведу курочек.
Или корову. При этом я жестко отбрасывала мысли, почему мы решили отгородиться от мира, как сказал Тём, сегодня мы забудем об этих войнушках верхов. Было даже плевать, что я порядком замёрзла.
Я бы наверняка заметила его замешательство, когда мы подходили к дому, и даже обратила бы внимание на то, как изменился его настрой, когда мы достигли двери, но была настолько поглощена своими открытиями и приподнятым настроением, что вспомнила обо всех этих внезапных странностях уже позже.
- Кто первый в душ, тот выбирает, где спать, - вдруг объявил Ларионов, едва мы вошли внутрь жилища, и я бросилась с ним наперегонки до ванной комнаты.
Подбежала первой, конечно, самая быстрая и ловкая. Но тот, кто всё же посильнее, оперся рукой о дверь, и открыть мне её не удалось, я смеясь, развернулась и уткнулась во взгляд исподлобья. Моя широкая улыбка начала постепенно сползать, Тём же стал совершенно серьёзным, он тяжело дышал, а мне вдруг показалось, что ему уже плевать на границы.
- Я могу уступить, но у меня есть условие, - полушепотом произнёс он.
- Слушаю внимательно, - с трудом произнесла я, не отводя глаз.
- Ты оденешься во что-то более прикрывающее твои прелести, а то я не выдержу, что мёрзнешь за стеной и приду согреть.
«Приходи...» - незамедлительно ответила умница мысленно.
- Если это поспособствует твоему спокойному сну, - ответила полная идиотка, пожав плечами. Он ухмыльнулся и руки убрал:
- Спасибо, - произнёс и сделал шаг назад, потом развернулся и стал удаляться, а я поспешила исправиться:
- Чёрт, - произнесла нарочито громко; пока Ларионов разворачивался, убрала ладони за спину и прислонилась спиной к двери, чуть наклонив при этом голову. - Я же совсем не взяла одежду для сна.
Тём прищурился, а я развернулась и, открыв дверь повернулась, бросив через плечо:
- Придётся спать без одежды, - вздохнула, юркнув в образовавшийся проём.
И только закрывшись на замок похвалила себя. Посмотрим, верны ли мои предположения и умеет ли Тём читать между строк. Если что - всегда можно съехать на шутку. Мы же так удачно используем оберег, ещё один раз он выдержит удар, в случае чего.
Принимая душ, я услышала негромкую музыку, не понимая, откуда она доносится, начала оглядываться и обнаружила небольшой динамик наверху у двери.
Круто! Старинный домик, оснащённый современными технологиями, был мне по душе. Тут же захотелось подпевать, так как песню я знала. Ничего не мешало впрочем, поэтому я старательно вытягивала гласные, наплевав на возможно сворачивающиеся в трубочку уши Тёма.
Не прошло и пяти минут, как в дверь раздался стук, и я затаила дыхание, чуть не уронив душ, которым уже смывала пену. Между нами перегородка, а мне хотелось, чтобы она вовсе исчезла.
- Я ещё не замёрзла, - всё же произнесла, опомнившись.
- Я не за этим. Ты не могла бы петь погромче? А то там дикие животные могут бродить, но теперь я знаю, как нас спасти.
- Придурок, - пробурчала, сцепив зубы.
- Что? Почему замолчала? Не останавливайся, крошка. Я бы, кстати, присоединился к тебе, но тогда мы останемся без ужина.
Да он там явно веселился. Не так уж и много он выпил, да и напиток, казалось, выветрился уж, но Тём от этого шутником быть не перестал.
Вот прямо напрашивается товарищ.
- О, так я сейчас открою. Ужин, приготовленный тобой - это звучит зловеще. Готовка - это не твоё, дорогой, и, кажется, я готова пожертвовать дружбой.
Ларионов рассмеялся и успокоившись заверил:
- Ладно, не спеши. У нас ещё уйма времени, как-нибудь присоединюсь, я добрый, и, кстати, не бойся. Готовить не собирался. Я всего лишь мастер разогрева. Старик притащил достаточно полуфабрикатов.
Мастер, мне осточертели твои намёки.
Выждав время, я вытерлась и обернулась полотенцем. Однако воду выключать не стала. Эффект неожиданности никто не отменял, пусть думает, что у меня ещё процедуры.
Осторожно вышла из ванной, тихая музыка теперь раздавалась из другого динамика, который я теперь видела у края коридора под потолком. В спальню дверь открыта, там Тёма нет, я прошла в гостинную, но на удивление, товарищ и эту комнату не занимал, кухня тоже оказалась пуста. В прихожей стоят кроссовки, а значит, на улицу Ларионов не выходил, поэтому я подошла к лестнице, что вела на второй этаж.
И тут же по спине пробежала дрожь.
Да в доме было не жарко, но и холода я не испытывала. Набравшись смелости, принялась подниматься по ступенькам, точно зная, что не остановлюсь, пока он сам меня об этом не попросит, но чем выше поднималась, тем больше приходила в замешательство.
Тём с кем-то разговаривал, я слышала лишь приглушённый голос, ещё и эта музыка с душем, который всё ещё было слышно, поэтому разобрать, что конкретно говорил мой друг не получалось. Ещё шагнула вверх и ещё.
Передо мной сейчас стояла стена, и чтобы выйти, мне стоило всего лишь подняться на последнюю ступень и повернуть, но я застыла, наконец, разобрав голос.