Жена Тони

Чичи не сдвинулась с места в круге света. Она укоризненно покачала головой, глядя на бывшего мужа и грозя ему микрофоном, как скалкой.
Барбара была облачена в просторное нейлоновое платье салатового цвета с тюрбаном в тон, а Люсиль надела широченные бирюзовые брюки и ярко-розовое болеро – они отлично смотрелись с ее коротко подстриженными седыми волосами.
– Сюрприз! – прошептала Барбара.
Оркестр шоу «Сегодня вечером» снова заиграл.
– Клянусь, мы репетировали! – добавила Люсиль, уже начавшая потеть под софитами.
Рабочие сцены выкатили стойки с микрофонами и поставили их на отметки на полу. Барбара и Люсиль заняли свои места.
Прежде чем Чичи успела сбежать за кулисы, к ним присоединился Тони. Все три камеры повернулись к исполнителям.
– Ах ты сукин сын, – прошипела Чичи в сторону Тони, натужно изображая улыбку.
Он запрокинул голову и расхохотался.
– Просто пой, Чич, – сказал он.
Тони взял ее за руку. Две телекамеры откатились на авансцену и повернулись к Тони и Чичи, а третья сфокусировалась на Люсиль и Барбаре.
Зазвучала музыка, и последние сорок лет будто унесло волной, а вместе с ними ушла и вся копившаяся годами печаль, все остатки старых обид, все несбывшееся, все «ах, если бы» и «только бы» – ненадолго, не навсегда, а лишь пока играл оркестр. А что же они пели? Да просто повторили припев «Скалки моей мамаши».
Похоже, зрители соскучились по памятным ориентирам прошлого, будто находя в них подтверждение – да, их блистательная молодость когда-то действительно была. Как-никак эпоха свинга принадлежала именно им, и с тех пор больше не возникло ничего подобного. Они выиграли войну, создали новый образ жизни и дожили до этой самой минуты. Когда песня закончилась, зал разразился оглушительными овациями.
Под новые аплодисменты режиссер-постановщик увел за кулисы махавших публике Люсиль и Барбару. Джонни подал знак Чичи и Тони присоединиться к нему на диване.
Тони настаивал, чтобы Чичи заняла место в кресле, предназначенном для главного гостя. Но она отказалась, и в кресло опустился Тони, предварительно убедившись, что Чичи удобно устроилась в центре дивана. Началась рекламная пауза.
– Умереть не встать, – восхищенно покачал головой Джонни.
Они поблагодарили его. Продюсер утащил ведущего куда-то за сцену.
Тони повернулся к Чичи.
– Впервые даю интервью на телевидении, – признался он.
Чичи сладко улыбнулась зрителям.
– Наслаждайся, пока можешь, – проговорила она сквозь сжатые зубы. – Когда все это закончится, я тебя придушу своими руками.
Тони ухмыльнулся, потянулся к ней и похлопал по руке. Пот все еще катил с него градом после танцевального номера, и Чичи уже успела подозвать гримершу, чтобы промокнуть ему лицо. Девушка занялась Тони.
– Какая вы красотка, – сказал он ей, – вылитая Конни Стивенс.
Явно чувствуя неловкость, гримерша вежливо посмеялась.
– Хватит, дедуля, – сказала Чичи, подмигнув девушке, которая теперь водила пуховкой по ее лицу. Когда та ушла за кулисы, Чичи крикнула ей вслед: – Не бойтесь, он плохо видит, плохо слышит, а по ночам то и дело встает пописать.
– Ты никогда не позволяешь мне развлечься, – протянул Тони.
Чичи оставила его реплику без ответа. Карсон вернулся, и Чичи устремила взгляд в зал. Ведущий поприветствовал телезрителей после рекламной паузы.
Тони начал с шутки, показав на Чичи пальцем и повторив на камеру:
– Она никогда не позволяет мне развлечься!
– Ты уже столько наразвлекался, что дальше просто некуда, – сухо парировала Чичи.
Зал рассмеялся – главным образом женщины, как заметила Чичи.
– Ну вот, теперь все поймут, почему мы с тобой развелись, – театрально вздохнул Тони.
– Поймут – и что с того? Какое им до этого дело, Тони? – спросила Чичи, постучав пальцем по щеке.
– Мне есть до этого дело, – вставил Джонни.
– Какая прелесть, – сказала Чичи в камеру с совершенно серьезным лицом. – Вы спросите, спросите у него, чем он занимался. Это вам все объяснит.
– Расскажите нам, чем вы занимались, Тони, – предложил Джонни.
– У меня есть зал в отеле «Сэндс» в Вегасе, – начал Тони.
– Уже лет десять как?
– Да, только это не постоянно. Программа у нас хорошая, есть пара ребят из моего прежнего гастрольного ансамбля, ну и несколько девушек оттуда же.
– Куда же без девушек, – промурлыкала Чичи, приглаживая платье.
– Хорошо, что ассистент отобрал у вас скалку, – ухмыльнулся Джонни.
– Правильно сделал, – кивнула Чичи.
– Насколько я понимаю, ходят слухи, что вы подумываете воссоединиться и снова выступать дуэтом? – продолжал Джонни.
– Да, – подтвердил Тони.
– Нет, – покачала головой Чичи. – Видите ли, Джон, проблема в том…
– Проблема у нас всего одна, Джон… – вставил Тони.
– Всего лишь одна? – оборвала его Чичи.
– Чич, ты серьезно? Вся страна на нас смотрит!
– А что такого? Порядочные люди уже в постели, а кто же откажется, чтобы их вечер испортили хорошей ссорой? – И она мило улыбнулась.
– Зрители ведь пытаются расслабиться, отдохнуть.
– К тому времени, как я с тобой разделаюсь, они расслабятся дальше некуда, – пообещала Чичи.
– Да в чем же твоя проблема? – спросил Тони.
– Собственно, проблема вовсе не моя.
– Нет, твоя.
– Это ты так думаешь.
– Так в чем же проблема, Чичи? – поинтересовался Джонни.
– У проблемы Тони много имен, Джон, – Дорис, Шейла, Конни, Нэнси, Диди… Мне продолжать?
– Лучше не надо, – сказал Тони.
– Моему бывшему мужу нравятся женщины, но с тех пор, как он стал бывшим мужем, меня это уже не волнует.
– И именно поэтому я бывший муж – во всяком случае, по ее версии.
– Поэтому и только поэтому. Он прекрасный отец и, если закрыть глаза на походы налево, вполне недурной муж. Не особо рукастый, но с этим я справлялась сама, так что все шло неплохо.
– Вы ведь повторно женились, не так ли? – спросил Джонни у Тони.
– Дважды, – ответила за него Чичи.
– Он у меня спросил! – возмутился Тони.
– Даже трижды, если посчитать меня, – продолжала Чичи.
Зрители рассмеялись.
– Тебя я больше в жизни не посчитаю, – буркнул Тони.
– Ну и не надо, – отмахнулась Чичи. – Но чековая книжка-то все равно у меня.