Женские убеждения
– Главное – не снимайте свои сапожки, – порывисто вставила Грир. И вспомнила, как думала в свое время, что работать в «Фем-фаталь» наверное будет интереснее, чем у Фейт Фрэнк: теперь она поняла, что это не так.
Фейт сказала:
– Затея, о которой я вам хочу рассказать, Грир, включает в себя еще одну сферу деятельности. Собственно, из-за нее я и приняла предложение Эммета, от которого поначалу отказалась. – Она нагнулась к Грир ближе. – Дело вот в чем. Довольно часто мы сможем запускать специальные краткосрочные проекты и оказывать нуждающимся женщинам непосредственную помощь.
– Как здорово! – откликнулась Грир, хотя плохо представляла, что это может значить – пока ей представилась лишь смутная картинка, на которой сильные женщины стояли в ряд, а на них дождем сыпались деньги. Так и подмывало занять место в этом ряду. При том, что она была застенчивой тихоней, ей очень часто хотелось показать себя достойной и незаменимой: Грир Кадецки, девушка с раскрасневшимся лицом – вкалывает, вот и раскраснелась.
Жаль, что нельзя сказать: на вас я буду пахать как лошадь, Фейт Фрэнк.
– Мы уже приступили. Я убедила Эммета вложить средства в организацию, которая помогает больным и нуждающимся чернокожим женщинам из сельской местности в южных штатах. Кстати, называться мы будем «Локи».
– Как-как? – не сдержалась Грир.
– Знаю. Сама так же отреагировала. Но постепенно привыкаешь. «Локи». Множественное число от «локус». Потому что очень много разных вопросов, связанных с правами женщин, много вещей, к которым можно приложить свою энергию. Не самое лучшее название, но мы думали до упора и ничего лучше не придумали. Люди будут видеть это в письменной форме и гадать: это что, много каких-то локов? Или, может, лохи с опечаткой? Лично мне такой вариант нравится.
– Тогда мне тоже! – заявила Грир.
– Эммет хочет, чтобы я поскорее набрала команду. Я уже пригласила нескольких сотрудников, они начали работать. Он снял нам это огромное помещение. Да уж, совсем не то, к чему я привыкла. Вы же видели редакцию «Блумера». Я привыкла, что на работе люди сидят по двое за одним столом, а лифт вечно ломается. Вот что такое для меня женская солидарность. Но теперь у нас все в других масштабах. «Шрейдер-капитал» хочет, чтобы мы были поблизости, а они тут рядом, на двадцать седьмом. – Она подняла глаза к потолку в качестве иллюстрации, потом переплела пальцы и посмотрела на Грир в упор. – Ну, что скажете?
– Звучит просто замечательно.
– Да, вот именно. Сочетается с вашими жизненными планами? – осведомилась Фейт.
– Я не уверена, что они у меня вообще есть.
– Правда? Мне казалось, в вашем возрасте они у всех есть. Мои состояли в том, чтобы побыстрее свинтить от родителей.
Грир решилась.
– Я хочу работать здесь. Вот мой план. А по вечерам собираюсь писать понемногу. Может, когда-нибудь смогу стать писателем, но пока мне нужна работа, чтобы как-то вступить в мир и… обрести смысл жизни. Это то, что вы мне сказали при нашей встрече. И мне кажется, на этой работе я его обрету.
Фейт с серьезным видом кивнула.
– Хорошо. Буду с вами откровенна, Грир. Я вас пригласила на собеседование не из-за вашего блестящего ума. То, что вы умница, я знаю – оценки отличные, и вы действительно талантливо пишете – мне кажется, в этом отношении у вас все будет хорошо. Но вам сколько – двадцать два года? Когда мне было двадцать два, я не знала ничего и ни о чем и вприпрыжку отправилась в большую жизнь.
– Чтобы разливать коктейли в Лас-Вегасе, – припомнила Грир.
– Вот именно. Так вот, на собеседование я вас пригласила прежде всего потому, что вы мне кажетесь перспективной. И надо же – вы мне притащили сковородку, очень остроумно. Так что, если согласны, я вас беру.
– Ох, Фейт, большое вам спасибо! – зардевшись, произнесла Грир. – Конечно, я согласна.
– Работа, как вы понимаете, для начинающих. Много скучного и монотонного.
– Сомневаюсь.
– Нет, именно так, дослушайте до конца. Поначалу будете заниматься бронированиями. Потом станем подключать вас и к другим вещам. Насколько быстро – зависит от вас.
Грир едва удавалось усидеть на месте, пока Фейт объясняла подробнее, в чем будет состоять ее работа. Хотелось лечь на спину, точно штангист, и поднять весь длинный диван в воздух вместе с Фейт Фрэнк – чтобы показать, на что она, Грир, способна.
Через две недели Зи помогла Грир перебраться в квартирку-студию в Бруклине, на Проспект-Хайтс. Собственное жилье Грир было бы не потянуть, если бы Эммет Шрейдер не проявлял удивительной щедрости к своим сотрудникам. Квартирка представляла собой простенькую запущенную коробку в небольшом здании, нуждалась в генеральной уборке, для которой ни у Грир, ни у Зи не было настроения, зато ее украшала оригинальная лепнина и рельефный жестяной потолок, которые как раз и подкупили Грир. Через друзей она добыла кровать, которую поставила в одной части студии, имевшей форму буквы Г, приобрела компактный диванчик, почти новый, который можно будет разложить, если кто приедет с ночевкой – его затолкали в угол на другой стороне комнаты. На стенах пока висело лишь несколько невнятных репродукций. Например цветок, он же вагина, кисти Джорджии О’Кифф.
– Не оригинал, если ты еще не понял, – пояснила она Кори, когда устраивала ему видеоэкскурсию, то есть ходила с компьютером по комнате.
Пока Зи собирала ей стул, купленный в ИКЕА, Грир продолжила экскурсию снаружи, с телефоном: описала продуктовый рыночек неподалеку, Гранд-Арми-Плаза, парк, Бруклинскую публичную библиотеку с высокими золотыми дверями. Поблизости, сказала она, взгромоздился Бруклинский музей, а также раскинулся Ботанический сад, а дальше, на Вашингтон и Франклин-авеню, есть карибские котлетные – «Я туда, понятное дело, ни ногой, а вот ты да, и довольно скоро», а также пункты обналичивания чеков и диспетчерские такси.
К концу дня, распаковав вещи и доведя квартиру до приемлемого состояния, они сели рядышком на крыльце.
– Отличная у тебя улица, – повторяла Зи, хотя снаружи холодало.
– Действительно, – соглашалась Грир. – Но все равно ощущение странное. – Она посмотрела на Зи. – Ты там как у себя в Скарсдейле? Не очень скучаешь?
– Ничего. Есть приятные вещи – например, холодильник, который сам изготавливает лед. Унитаз с подогревом и все такое.
– Можешь приезжать в гости, когда захочешь, – пригласила Грир. – Правда. Без приглашения. Я тебе ключи дам.
– Спасибо.
– Я тебе очень признательна. Мне сегодня одной было бы совсем тяжко. Обустраиваться здесь. В смысле – ты лучше всех, Зи. Как всегда. Хочу, чтобы ты знала.
Она почувствовала, что может расплакаться, и причин тому множество. Дружба. Страх.
– Да ладно, – сказала Зи. Они еще немного посидели, заканчивать этот день не хотелось ни той, ни другой. – Ну, пора мне домой, – наконец сказала Зи. – Судья Венди пообещала, что приготовит сегодня особую лазанью, без меня никак не обойтись. Да и вообще, я уверена, что ты хочешь побыть одна.