Сыновья войны

– Мы хотим, чтобы ты вступил в полицию Лос-Анджелеса.


За ужином Доминик впервые за много дней улыбнулся. И не из-за вкусной еды. В ушах у него больше не звенело, и он был рад пообщаться с гостями.
Сегодня к ним заглянули отцовские друзья-морпехи – Маркс, Беттис и Зубчик. Дом был в восторге от того, что сидит рядом с уважаемыми им воинами.
Но морпехи не искрили шутками, как в их прошлые встречи. Они были измождены неделями боев против АВП.
У Дома было много вопросов, но пока Моника и Елена были рядом, он решил с ними повременить. Ему и так предстояло вскоре услышать их истории.
– Надеюсь, у меня получилось как надо, – сказала Елена, хотя у нее всегда получалось как надо.
Она поставила миску с картофельным пюре на стол, вернулась кухню и вынесла ростбиф, зеленую фасоль и макароны.
– Пахнет превосходно, миссис Сальваторе, – вежливо заметил Зубчик.
Беттис восторженно принюхался.
– Спасибо, что пригласили нас. Не помню, когда в последний раз ел что-то домашнее.
– Я скучал по твоим обедам, Елена, – сказал Маркс.
Горящие свечи отбрасывали призрачный свет на обильную пищу и винтовки, стоявшие в углу столовой.
Роналдо, сидевший во главе стола, сложил руки домиком.
– Закрой книгу, малышка, – попросил он Монику, у которой рядом с тарелкой лежал открытый роман.
– Опять сухой паек? – простонала она, когда Дом положил пюре на ее тарелку.
– Нет, тут все настоящее, – возразила Елена. – Ешь, обещаю, тебе понравится.
– Сначала помолимся, – сказал Роналдо.
Доминик взглянул на отца. Молиться перед едой было непривычно.
– Беттис, окажешь честь? – спросил Роналдо.
– Разумеется. – Беттис сложил руки и склонил голову. – Спасибо, Господи, за то, что собрал нас всех вместе, и за пищу, чтобы поддержать наши изможденные тела. Но больше всего – спасибо за то, что заботишься о нас, бережешь нас в эти темные времена.
– Аминь, – подытожил Зубчик.
Беттис перекрестился. Доминик последовал его примеру.
– Так, теперь поедим, – сказала Елена.
Моника попробовала пюре и сказала:
– Неплохо, мам.
– Отлично, – заметил Зубчик.
Дом смаковал каждый кусочек. Это была первая настоящая еда за много недель, ужин не из правительственных пайков или энергетических батончиков.
– Итак… – проговорила Елена, – вы, ребята, расскажете нам, что тут творится?
Маркс взглянул на Роналдо – тот кивнул.
– АВП бегут из Калифорнии, – сказал Маркс. – Но они побеждают в других штатах. Видели бы вы, как легко они расправились с повстанцами в Орегоне. Наш командир говорит, что скоро нужно будет готовиться к вторжению.
– Поэтому, наверное, мы все до сих пор здесь и нас никуда не направили, – добавил Беттис.
Елена опустила вилку.
– К вторжению? – переспросила она тихо.
– Не переживай, – сказал Роналдо. – До этого не дойдет. Я действительно считаю, что скоро все это закончится. Как только Эллиот погибнет, наступит мир и мы начнем все восстанавливать.
Роналдо, должно быть, заметил, насколько нелепо прозвучали его слова. Никто ничего восстанавливать в ближайшее время не собирался. Америка была на последнем издыхании, и судьба Лос-Анджелеса висела на волоске.
Поэтому Доминик тоже хотел участвовать в происходящем. И поэтому он должен был участвовать.
Когда они доели пюре, в дверь постучали. Роналдо вскочил со стула и схватил винтовку. Остальные морпехи сделали то же самое. Доминик проводил Монику с Еленой в кухню.
Роналдо осторожно подобрался к заколоченному окну и выглянул в щель между листами фанеры.
– Не вижу, кто там.
Зубчик вышел в гостиную, чтобы попытаться рассмотреть визитера.
– Похоже, коп, – сказал он. – На дорожке припаркована патрульная машина.
Дом вышел вперед.
– Это, наверное, Лось.
– Я не знал, что он придет, – сказал Роналдо.
– Я тоже, – ответил Доминик.
Роналдо открыл дверь и увидел на крыльце лучшего друга своего сына. Тот, похоже, удивился огневой мощи, которой его встречали.
– Ого, мистер Сальваторе, – проговорил Лось, приветственно подняв руку.
Роналдо хлопнул Лося по плечу:
– Рад тебя видеть, парень.
– И я вас, сэр.
– Можно без «сэра». Я работаю за зарплату.
Остальные улыбнулись его привычному ответу сержанта, к которому обращались вежливо, как к офицеру.
– Андре, здравствуй! – поздоровалась Елена с Лосем.
– Добрый вечер, миссис Сальваторе, – ответил он. – Простите, что помешал. Я приехал захватить Дома в участок. Сегодня у него первое ночное…
Лось осекся, взглянув на Доминика.
– Лось собирался показать мне кое-какие приемы, прежде чем начнется обучение, – подхватил Дом.
– Обучение? – Елена взглянула на Роналдо. Тот хранил молчание.
– Не волнуйся, мам. Я буду осторожен, и это единственный способ добывать продукты. Другой работы нет, а я стану хорошим копом.
– Отличным, – заверил Лось.
– Поверить не могу, – сказала Елена. – Вы оба еще совсем мальчики. С блестящими перспективами! Андре, ты…
– Моим мечтам стать профессиональным футболистом или актером конец, миссис Сальваторе, – сказал Лось. – Я с этим смирился и вступил в полицию, как и мой брат, потому что это единственный вариант.
– И мы не мальчики, мам, – заявил Дом. – Мы мужчины!
– Да, так и есть, – сказал Роналдо, глядя на Елену. – Мир изменился и на какое-то время останется таким, как сейчас. Возможно, навсегда.
– Пойду соберу вещи, – сказал Дом, прежде чем мать успела снова возразить.
– Можно мне тоже пойти? – спросила Моника.
– Нет, – отрезали хором Елена и Роналдо.
Повесив нос и надув губы, Моника взяла книгу и пошла к себе.
От вида расстроенной сестры у Дома зашлось сердце.
– Эй, сестренка, – позвал он.
Остановившись у дверей в свою спальню, Моника обернулась.
– Может, когда у меня будет своя патрульная машина, я свожу тебя в обсерваторию Гриффита, хорошо?
– Правда? – Ее личико с ямочками просияло.
– Ага.