Сыновья войны
– А если никто не захочет нам продавать? – спросила Елена.
– Тогда пойдем пешком. Там безопасная зона, ничего с нами не случится. Обещаю.
Моника недоверчиво скрестила руки на груди. Слышать спор родителей стало уже привычным, но напряженность между ними в последние дни явно возросла.
Машина перед «Эксплорером» тронулась вперед – пробка сдвинулась с места.
– Видишь? – сказал Роналдо. – Все будет в порядке.
«Эксплорер» въехал в городок, по сторонам дороги появились старые домики и магазинчики. До границы оставалось несколько кварталов, и Доминик увидел забор, который ее обозначал.
– Это колючая проволока? – спросил он.
– Давай помедленнее, – сказал Роналдо.
– Что?
– Делай, что говорю, – приказал он.
Дом убрал ногу с педали газа. А мгновение спустя увидел то, что напугало отца. Перед воротами стояла группа вооруженных людей, которые проверяли машины и беженцев. По их форме Доминик определил, что это не полиция города или штата.
И еще он заметил позади них развевающийся на ветру флаг АВП с головой ворона. Это были и не морпехи, и не армия…
Все были с винтовками, а за насыпью из мешков с песком виднелось еще больше солдат. Проезжая часть была заблокирована стеной из машин, грузовых контейнеров и заграждений.
За баррикадой беженцев отделял от орегонской стороны границы высокий штабель бетонных блоков.
Дом заметил еще одну группу солдат. Некоторые были с немецкими овчарками. Они охраняли границу.
– Черт, – тихо выругался Роналдо.
Они медленно ползли вперед, и Дом увидел солдат на крышах контейнеров, где были установлены прожекторы. Когда последний луч солнца скрылся за холмами по ту сторону озера, они вспыхнули. Солдаты у прожекторов направили их на дорогу, осветив беженцев на обочинах и машины, ожидавшие своей очереди на въезд.
Впереди, через несколько машин, двое солдат схватили человека и повалили его на землю.
– Что происходит? – спросила Елена.
Роналдо приложил палец к губам. Он пытался расслышать, что там говорили, но Доминику и так все стало ясно. Штат Орегон больше не был нейтральной территорией, и АВП контролировали границу.
– Что мне делать? – спросил он.
Роналдо пристально смотрел на происходящее.
– Я… не знаю. Дай подумать.
– Эти солдаты везде, – сказал Дом.
– Вижу, – ответил Роналдо. Он вздохнул и выругался себе под нос. – Вы, ребята, проезжайте без меня. Я найду способ пройти в другом месте.
– Что? Ну уж нет, – отрезала Елена и подалась вперед, натянув ремень безопасности. – А если Орегон теперь территория АВП, что тогда?
– Послушай меня, – сказал Роналдо, строго глядя на Елену. – Мне нужно, чтобы ты была сильной, умной и заботливой женщиной, на которой я женился, и провезла наших детей через границу без меня, пока я буду искать другой путь.
– Роналдо, – шепнула она.
– Пистолет у тебя?
– Да, но что с того? Ты нам нужен, Роналдо, и я считаю, что нам нужно держаться вместе.
– Мама права, пап, – вмешался Дом. – Плюс если нам удастся где-то устроиться в Орегоне, как мы найдем тебя? И что, если тебя поймают?
– Я не хочу, чтобы ты уходил, пап, – поддержала Моника.
– Если они тебя поймают, то убьют, – сказал Дом. – Мы уже знаем, что они тебя ищут.
Роналдо, казалось, задумался над мольбами родных, но выражение его лица говорило Дому, что он все же склонялся к тому, чтобы разделиться. Они все понимали, что сделают АВП, если поймают его, и Доминик не собирался этого допускать.
Луч прожектора упал на машину перед ними, и двое солдат подошли проверить ее.
Прежде чем отец успел остановить его, Дом переключил передачу, вывернул руль и выехал на левую полосу.
Солдаты закричали, вскинув руки.
– До встречи, говнюки, – пробормотал Дом и нажал на газ. Шины взвизгнули. – Держитесь!
– Дом, что ты… – крикнул Роналдо, но Дом перебил его:
– Увожу нас отсюда к чертовой матери!
В темноте прогремел выстрел, и Доминик, взглянув в зеркало заднего вида, увидел, что солдаты целятся в «Эксплорер» из винтовок.
– Ложись! – крикнул он.
Заднее стекло разбилось, осколки посыпались на пустые канистры из-под бензина. Моника и Елена вскрикнули.
Полоса, ведущая на юг, в Калифорнию, была полностью свободна. Огни машин, едущих на север – в Орегон, сияли, как рождественская гирлянда длиной в тридцать миль.
Роналдо повернулся назад, вскинул винтовку, но Дом не видел ни «Хамви», ни других машин, которые бы их преследовали. Елена сидела с пистолетом в руке, готовая вступить в бой.
– Пригните головы, – сказал Дом.
– Меня уже достало пригибаться, – ответила она. – Я…
Моника взглянула на нее, и мать осеклась. Доминик вжимал педаль газа в пол, сердце у него колотилось. Они все были на грани, но, увидев мужество матери, он смог поверить, что вместе они смогут преодолеть что угодно.
– Кажется, за нами не едут, – сказал Роналдо, глядя в заднее окно.
Дом проехал двадцать минут на скорости девяносто миль в час, удаляясь вглубь территории повстанцев и увидел дым над горизонтом. Он не знал, что там находится, но понял, что они ехали не прочь от сражений, а навстречу им.
Двигатель задребезжал и фыркнул. Они проехали еще милю, и «Эксплорер» заглох, израсходовав весь бензин.
Беженцы, шедшие вдоль обочины, смотрели на них, но на этот раз Доминик не отводил взгляда. Если не удастся выменять немного бензина, то им вскоре придется присоединиться к этим беднягам.
За полторы недели, прошедшие с начала боевых действий, более трети населения Лос-Анджелеса бежало подальше от насилия. Антонио слышал, что то же самое происходило и в других городах Калифорнии.
Тем временем на клан Моретти обрушились испытания. Он потерял основных клиентов после ракетной атаки ВМС на базы АВП в Лос-Аламитос и едва не лишился капитала в результате засады, устроенной «Бладс».
Но Антонио знал, что на столь важную встречу не стоит отправлять малочисленную группу. Бандиты не понимали, что именно он устроил им засаду, а не наоборот.
Это стоило ему почти десятка бойцов, к тому же едва не погиб Желтохвост. Но убить младшего кузена Антонио оказалось не так просто.
Семья Моретти стала сильнее и в результате того, что Вито и другие родственники перебрались к ним из тайных укрытий в разных странах. Вскоре им предстояло набрать такую же силу, какой они обладали в Неаполе.
