Сыновья войны
Доминик с друзьями прошли за ней в гостиную.
Самуэль отвел взгляд от телевизора.
– Видите? – спросил он, вытаращив глаза. – Еще одна атака. Теперь уже на АЭС.
Трое подростков сгрудились вокруг и стали смотреть репортаж.
– Срань господня! – проворчал Лось, когда свет замерцал и отключился. Вместе с телевизором.
Доминик подошел к разбитой стеклянной двери на задний двор и увидел, что свет гаснет по всему городу. День рождения выдался незабываемым.
– 4 –– Это последние, – сказал Винни.
Он закрыл фургон и хлопнул Добермана по спине.
– Поверить не могу, что твой дядя хочет, чтобы мы продали их оптом, – сказал Доберман. – Мы бы куда больше заработали, если бы толкнули их своим людям, как обычно.
– У него наверняка есть причины, – сказал Винни.
– Думаю, ему нужна наличка.
– Как и всем в стране. – Винни вышел, чтобы проверить ряд красных пятигаллоновых канистр с бензином. Их оставалось всего десять. Может, поэтому им так нужна была наличка.
Но, несмотря на незавидное положение, дон Антонио казался непоколебимым. Он дал им безопасность, здесь в Лос-Анджелесе, и заботился с тех пор, как они покинули Неаполь.
Раздалось эхо шагов, и в гараж, качая головой, вошел Желтохвост.
– Сегодня мне выпала честь быть нянькой вам, малыши, – объявил он, снимая с плеча новенький автомат M4 и подходя к шкафчикам.
Винни с Доберманом переглянулись.
– На что уставились, а? – усмехнулся Желтохвост. – Хватайте пушки.
Винни замер, недоумевая. Обычно они ездили на сделки сами и только с одной пушкой, которая лежала в бардачке.
– Шевелитесь, говнюки, – поторопил Желтохвост.
– Остынь, чувак, – сказал Винни, привыкший к ругани старших. Пока он не дал клятву и не стал посвященным клана Моретти, остальные могли называть его как угодно.
– А ты почему с нами? – спросил Винни.
– Потому что мы еще кое-куда заедем, и мне нужен фургон, вот почему.
Винни взял «Ругер SR9» и сунул пистолет в кобуру под эластичным ремнем синих спортивных штанов. Доберман зарядил несколько патронов в свой обрез и дослал один в патронник.
Все вместе направились к фургону.
– У кого ключи? – спросил Желтохвост.
Доберман бросил ему ключи.
Дверь гаража открылась.
Кристофер въехал в гараж на старом мерседесе и выбрался оттуда с тремя разодетыми итальянцами. Это были жилистый и подтянутый Лино с бритой головой и в дорогих солнцезащитных очках; покрытый боевыми шрамами Кармин с прилизанными волосами и Фрэнки с длинной темной шевелюрой и пожеванной спичкой во рту.
– У кого-нибудь есть «Ред Булл» или хотя бы «Адвил» [24]? – спросил Доберман. – После ночки, что нам с Вином выдалась, мне и то и другое не помешало бы.
– У тебя что, голова разболелась от конференции по сосанию члена? – спросил Кармин и, сверкнув желтозубой ухмылкой, сплюнул табачную жвачку в сливное отверстие в полу.
– Это не у меня что-то белое на губе, – сказал Винни.
Кармин поднес палец к изувеченной губе, и все прыснули со смеху.
– Подловил тебя, старик, – рассмеялся Винни.
Даже Фрэнки усмехнулся, что было редким для него проявлением эмоций. И отошел вместе с остальными, перешучиваясь и болтая.
Но Кристофер задержался. Он подошел к Винни и предупредил:
– Будь осторожен. Все совсем плохо.
– Буду.
– Не волнуйся, я присмотрю за малышами, – сказал Желтохвост.
– И делай все, как велит Закари, – приказал Кристофер.
«Эскалейд» Моретти припарковался на подъездной дорожке, и из него вышли Антонио, молчаливый Рафф и какой-то громила, которого Винни никогда раньше не видел.
Кристофер с остальными вытянулись по струнке при приближении дона Антонио.
– Эй, Вин, хочу тебя кое с кем познакомить, – сказал он. – Это твой братишка Вито.
Увалень выглядел великоватым для «братишки».
– Троюродный, – прохрипел Вито. Он был крупным, не меньше двухсот пятидесяти фунтов [25], с длинными волосами и большим родимым пятном на правой ноздре.
На Винни нахлынули детские воспоминания.
– Вито, рад тебя… Господи, я тебя с детства не видел!
– Я был в Южной Америке кое с кем из наших родственников, – сказал Вито и похлопал себя по животу. – Там отличная кухня!
Все рассмеялись, даже Рафф.
– Там хоть что-нибудь осталось? – спросил Кристофер.
Лицо Вито расплылось в ухмылке, но дружелюбной она не выглядела, и Винни вспомнил истории о своем троюродном брате. Как и Кармин с Фрэнки, Вито был вспыльчив, особенно когда напивался.
– Рад наконец к вам здесь присоединиться, – сказал Вито. – И рад тебя видеть, Вин.
Все приехавшие ушли с доном Антонио в кабинет.
– До встречи, сосунки! – крикнул Кармин Винни и Доберману.
Винни, качая головой, подошел к фургону. Его тошнило от потока ругани со стороны старших и от того, что ему приходилось постоянно быть на побегушках, делать грязную работу. Ему хотелось заниматься наркобизнесом, и по-крупному, что бы это на самом деле ни значило.
Он забрался в фургон и сел рядом с вешалками для одежды, а Доберман устроился впереди. Желтохвост выехал из гаража и включил музыку.
– Ненавижу американский музон, – сказал Доберман и достал телефон. – Давай подключим его. Я поставлю настоящую музыку.
– Не, не поставишь, – отрезал Желтохвост и включил гангста-рэп, который Винни слушал в детстве.
– «Калифорнийская любовь» [26] – вот что мне сейчас нужно, – пояснил Желтохвост. – Вы-то еще девственники или ваши вишенки уже лопнули?
Винни рассмеялся.
– Ну же, у тебя была уже куколка, Вин? – Желтохвост взглянул в зеркало заднего вида на Винни, а потом покосился на Добермана. – Про твоих-то шлюх мы знаем.