Когда заканчиваются сказки

– Ничего, – сухо ответила Аньяна. – Ломай.
Ярослава отступила на шаг и, немного присев, отвела назад руку с пламенем. Сжала её в кулак, и на мгновение в коридоре стало темно, только руны на камнях источали слабый рыжий свет. Выдохнув, Ярослава сделала выпад.
Кулак врезался в стену, и от него побежали тонкие огненные «трещинки», захватывая всё пространство и стараясь дотянуться до рун. И когда последняя «трещина» добралась до последней руны, стена задрожала, и коридор озарила яркая вспышка.
Атли охнул, с запозданием прикрывая глаза. Судя по растерянным возгласам сзади, Леля и Аньяну вспышка тоже застала врасплох.
– Ах да, надо зажмуриться, – усмехнулась Ярослава и добавила издевательским шёпотом: – Забыла предупредить.
С этими словами она шагнула в тёмный провал в стене.
– Вот же стерва, – шёпотом огрызнулась Аньяна.
– Не отставайте! – крикнула Ярослава из темноты.
Атли заморгал, стараясь отогнать белых мушек, что всё ещё водили хороводы перед глазами.
За стеной оказался ещё один коридор, на этот раз без дверей, и Ярослава, судя по едва заметному дрожанию рыжего огонька, была уже далеко впереди.
Коридор заканчивался единственной дверью из камня. И чем ближе подходил Атли, тем сильнее ощущал пронизывающие это место чары. Дверь оказалась приоткрыта.
– Кто-то здесь всё-таки был, – мрачно заметила Ярослава, протискиваясь внутрь.
Ярослава подбросила огненный шар вверх, и он разделился на десяток мелких шариков, которые разлетелись в разные стороны и повисли в воздухе, освещая пространство. Просторное круглое помещение – каменная темница с огромными, вмурованными в стену цепями. В полу – дыра, из которой слышался тихий плеск воды.
– Они прорыли ход. – Аньяна стояла на краю провала и глядела вниз. – Значит, среди них есть чародеи с магией земли.
– Очень наблюдательно, – хмыкнула Ярослава, оглядываясь по сторонам. – А по отзвукам воды скажешь, дай угадаю, что он ведёт к реке?
– Чешуя! – Лель присел на корточки и указал пальцем себе под ноги. – Возьму, чтобы сравнить с той, что на голове.
На стене и полу виднелись глубокие борозды и пятна сажи: похоже, Аспиду не нравилось, что его держали в заточении. Атли похолодел. Значит, все эти годы здесь и правда держали Жнеца? Так близко к людям, к воспитанникам. Какие ещё тайны были у Аргорада и остальных? И чем они ещё обернутся для Гвардии? Чувство необъяснимого, мучительного бессилия разъедало его, и всё происходящее казалось неправильным, ненастоящим, странным. Волк внутри только добавлял суматохи, раздражённый чарами, которые были призваны сдерживать чудище в темнице – Волк чувствовал в них угрозу и рвался прочь из подземелья.
– Значит, чернокнижники, – протянула Ярослава, разглядывая цепь в стене, одно звено которой было размером с её голову. – Как же вы умудрились их проморгать? А это что?
Она нагнулась и выудила из каменной крошки золотой медальон. Хмыкнула, присвистнула и бросила его Атли. Пальцы сомкнулись на холодном металле, и Атли разжал ладонь, уже догадываясь, что увидит.
На исцарапанной золотой поверхности была вырезана руна Чернобога.
 
24 
 Грустная песня о доме
Василиса сидела на снегу, обхватив колени, и глядела на тяжёлые ветви Красного Дуба. Ладонь грел путеводный клубок, который она зачем-то взяла с собой. Василиса практически не помнила, как очутилась здесь, и едва ли могла сказать, сколько уже просидела. Она ускользнула из постели на рассвете, когда Финист ещё спал. Подобрала с пола разбросанную одежду, грязную и пахнущую огрочьей кровью, но это её мало беспокоило. Василиса хотела как можно быстрее оказаться как можно дальше от Финиста, от таверны, от города. И Дуб – единственное место, дорогу к которому она помнила.
Василиса до конца не понимала, что произошло. То есть нет, разумеется, она понимала, что именно произошло физически, но что творилось в это время у неё в душе, в голове – этого она не понимала. Они с Финистом будто бы смешались, сцепились, срослись так крепко и туго, что невозможно было не то что отделить их друг от друга, даже разглядеть было невозможно, где заканчивается она и начинается он. Как капля яда растворяется в вине, так и чувства Финиста растворились в Василисе.
Финист был её ядом. А если яд попадает в вино, его уже не вычерпать, не выцедить, как ни старайся, и Василиса чувствовала, что отравлена.
И больше всего она боялась, что, даже если найдёт способ разорвать клятву и сбежать, Финист так навсегда и останется её частью.
А ещё боялась признаться себе в том, что ей понравилось. Чувствовать его, прикасаться к нему, подчиняться ему. Это было мучительно и приятно одновременно. Как тягучая боль в мышцах после тяжёлой тренировки.
– Я должна вернуться домой. – Василиса вбивала каждое слово как гвоздь. – А это всё не по-настоящему. Финист – это не по-настоящему.
Чародейка вскочила на ноги и сжала кулаки. Нет, она не будет сидеть сложа руки. Финист обещал отпустить её, когда она заработает достаточно денег, чтобы уехать. Всё, что ей нужно, – просто раздобыть золота и швырнуть его Финисту в лицо.
* * *
Василиса спешилась, забросила плащ на седло и оглядела темнеющую громадину руин. Замок выглядел всё так же безжизненно и печально, как и неделю назад. Только вот Василиса знала, что внутри затаились два горных тролля, которые будут рады раскроить ей череп.
Её интересовал сундучок с сокровищами, который Финист выронил, когда тролли напали. Как ни пыталась, она не сумела вспомнить, что видела его в столовой, куда они рухнули. Так что, возможно, он так и остался лежать в обломках библиотеки. Кто знает, может быть, там достаточно золота, чтобы освободиться из цепей клятвы. Каков бы ни был риск, свобода того стоит.
В этот раз у Василисы было преимущество: она помнила расположение коридоров и окон, знала, с каким врагом и в каком количестве ей придётся столкнуться.
«Тупость, короткая память, неповоротливость», – повторила про себя чародейка, подходя к двери. Это надо использовать.
«Непробиваемые каменные тела и смертоносные удары», – об этом нельзя забывать.
Василиса встряхнулась, размяла шею и медленно выдохнула, вспоминая всё, чему её учил Беремир. Спокойствие, холодная голова и горячие руки. Кончики пальцев закололо, с них в любой миг готово было сорваться – нет, не пламя, только бесполезные искры, но и их можно использовать. Меч у левого бедра теперь верный её спутник. Двигаться тихо, подготовить план отступления.
Василиса прикрыла глаза, вспоминая извилистые коридоры замка. Уходить так же, как и в прошлый раз: спрыгнуть из библиотеки в столовую, оттуда – в коридор, три поворота, и в окно, кубарем вниз по склону.
Главное, смотреть в оба. Прикрыть спину в этот раз будет некому. Сейчас Василиса многое бы отдала за то, чтобы Кирши был рядом. На губы скользнула непроизвольная усмешка. Вот так. Она так рвалась в бой сама, в одиночку, так и норовила оставить Кирши позади, а теперь что?